Самоорганизация и неравновесные
процессы в физике, химии и биологии
 Мысли | Доклады | Самоорганизация 
  на первую страницу НОВОСТИ | ССЫЛКИ   

Козельск
от 22.03.07
  
Мысли


Ото ту Матырь летшiа реще мо, яко смiеяi паднуте на Iегунштя а первiе iе а рострщiте iу

Козельск обороняется от татар в течение 7 недель
воу Татарехъ не смеють его нарещи градъ Козелскъ, но градъ злыи, понеже бишася по семь недель, убиша бо от Татаръ сыны темничи три
Словы лестные невозможно есть прияти. Козляне же совет сотвориша не вдатись Батыеви рекше себе, аще князь наш млад есть, но положим живот свои за него и зде славу сего света приемше…Татарове ж, бьюшес, град прияти хотяще, разбившим стены града и взыдоша на вал. Козляне ж с ножы резахуся с ними, совет же сотвориша, изыти противу имъ на полкы Татарьскыа, и исшедшие из град, иссекоша праща их и нападше на полкы и оубиша от Татар 4000, сами ж избиени быша. Батый же взя град Козелескъ и изби въся и до отрочате, ссущих млеко, а о князи Василии не ведомо се: инии глаголяху, яко в крови утопе, понеж бо млад бе. Оттоле ж в Татарех не смеяху его нарещи Козелескъ, но зваху его град Злыи, понеже бяше билися оу горад того, по семъ недел, и оубиша 3 сыны темничи. Татарове же искаша их и не обретоша их во множестве трупиа мертвых
Во кузнице заиграли кузнецы.
Свою силушку являли удальцы.
- Будет дело! Будет лемех! Будет плуг!
Каждый будет нам и сват, и брат, и друг!
Нам трудинушка любая по плечу.
Только что там, за рекою, слышно?
Чу!
Чур нас, пращур!
Чур, святая Божья Мать!
Чутко надо ухо к ворогу держать.
Убежать? Да не пристало нам дрожать.
Не пристало страхом чуждых ублажать.
И спешил народ ко Храму бечевой.
Звал их колокол тревожный, вечевой.
И решили козельчане, как один:
Все умрём, а город наш не отдадим!
Сегодня Законодательное собрание Калужской области (Дума) подумало и решило поддержать инициативу Козельского общества русских литераторов (ранее уже одобренную Козельским ЗакСоб) о присвоении Козельску звания Город воинской славы России
http://www.kozelsk.ru
http://korl.kozelsk.ru/almanach/6/6(860).pdf
http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_450.htm
Переселение народов - так обыкновенно называется в истории буря, которая в конце IV в. и первой половине V в. пронеслась по всей Европе. Но как и большинство названий, присваиваемых таким периодам, это название едва ли выражает существо дела. Это не было переселение - это была буря, какой ни до того, ни особенно впоследствии Европа никогда не знала. Она потрясла Европу до самых ее оснований.
В этом не было ничего удивительного. Римская империя окончательно распадалась. Величайшая империя, культура которой для своего времени была наиболее высокой, разваливалась.
Этот гигантский по тому времени колосс рухнул, превратился в развалины. Подточенная изнутри, Римская империя распалась под ударами извне.
Как хищники, ринулись на Рим отважные одиночки, целые племена и союзы племен. Это было, следовательно, не переселение, а грабительские, захватнические набеги. Переселялись не народы, но завоеватели всех видов отправлялись на грабеж. Под их натиском, однако, пришли в движение и те, кто в других случаях, может быть, и не тронулся бы со своего места. Так вихрь закружился по Европе. Поднялась буря и в Азии и в Африке - повсюду, куда простиралась прежде власть Римской империи, по тогдашним представлениям - во всем мире.
Это была страшная картина заслуженного, хотя и ужасного падения Рима!
Первый толчок был дан издалека, откуда-то с нижней Волги, Дона и Северного Кавказа. Здесь гунны, кочевые пастухи монгольского происхождения, стремительно передвигающиеся благодаря своим быстроногим коням, подчинили своей власти различные степные племена и образовали союз, который стал наводить страх на окружающее население. Истые кочевники, гунны в поисках добычи совершали набеги на далеко отстоящие от них земли. Они двинулись прежде всего на юг, где дошли до самой Сирии, но потом обратили свои взоры на Рим, как на самую богатую и желанную добычу. Но на своем пути они, однако, натолкнулись на большое препятствие. К западу от них на берегах Черного моря устроили свои поселения, образовав не меньший союз'племен, готы. Это было северное племя, при Таците жившее на нижней Висле и, может быть, в южной Скандинавии, где их следы до сих пор еще остались во многих местных названиях (got).
Готы тоже были воинственным племенем. Готские дружины для грабежа направлялись так далеко, что одна их часть (восточные готы) по Днепру добралась до Черного моря, другая (западные готы) - достигла Венгрии. Черноморские готы, смешиваясь с жившими там гетами, аланами, гепидами, бастарнами - племенами различного происхождения,- образовали из них новый, подвластный им союз. Вслед за отдельными дружинами потянулись и другие группы готов. В результате и на новых местах готы достигли численного, а вскоре и культурного превосходства. Они и здесь продолжали совершать набеги на окрестные земли, проникая в Малую Азию и на Балканы, где опустошили и Солунь и Афины. Но в то же время они знакомились с античной культурой. Западные же готы в Венгрии, где император Аврелиан в III в. добровольно уступил им Дакию, стали непосредственными соседями Рима.
Все это привело к сильной романизации готов, которые, воспринимая римскую культуру, создали и свою довольно высокую культуру. Рано приняв христианство, готы дали известный, доныне сохранивший свою ценность, перевод библии на готский язык, который оказал столь большое влияние и на другие языки, особенно германские. Развилась у них также и материальная культура, как это показывают оставшиеся после них многочисленные памятники.
На это сильное объединение готов при своем движении с востока на запад натолкнулись гунны и нанесли ему поражение в 375 г. Гуннская конница одержала победу над готской пехотой.
375 год можно считать началом тех великих событий, которые объединяются под общим названием "переселение народов".
Восточные готы, или остготы, продолжали, правда, оставаться на месте и вступили даже в гуннский союз племен. Но западные готы, или вестготы, отступили к Дунаю, где, спасаясь от голода, в 376 г. предложили свои услуги императору Валенту, согласившись за одно лишь обеспечение их пищей служить ему в качестве пограничной охраны. Однако римские чиновники, пользуясь бедственным положением готов, стали на них охотиться и обращать их в рабство вместе с женами и детьми. В отчаянии готы подняли мятеж.
Впрочем, мятеж подняли не только они одни. К ним присоединились и рабы, принадлежавшие крупным римским землевладельцам, и крестьяне, низведенные римской системой рабского труда тоже до положения рабов. Горняки золотых рудников также предложили им свою помощь. Восстали все, кто был угнетен рабовладельческим Римом.
Так выступил на сцену третий, самый грозный, внутренний враг Рима - его собственный трудящийся люд, труд которого составлял основу всей римской системы угнетения.
Вскоре после этого стала очевидной великая сила тех, на чью сторону встал этот люд. Вестготы в 378 г. в битве под Адрианополем, у самых укреплений Царьграда, нанесли римлянам страшное поражение. Сам император Валент был убит в бою. Готы разбрелись по всему Балканскому полуострову, опустошая все на своем пути.
Что касается германцев, которые до этого были главной силой, атакующей Рим, то из них одни лишь вандалы не только продолжали воевать, но и выдвинулись вперед. Прочие мелкие племена, до сих пор участвовавшие в битвах, теперь исчезли, в том числе маркоманы и квады. Они растворились в новых крупных отрядах, пришедших с востока, либо образовали новые большие объединения. Появились франки, алеманы. Германцы наступали главным образом на запад, в римские провинции - Галлию (Францию), Иберию (Испании) и, наконец, Африку. Это были прежде всего вандалы, которые, объединившись не только с близкими к ним силингами (силезцами), но и сарматскими аланами, достигли в начале V в. самых западных окраин Римской империи. Таким образом Римская империя, теряя провинцию за провинцией, начала распадаться и на западе.
После смерти императора Феодосия, в 395 г., Римская империя вообще была разделена на две части: Западно-римскую с центром в Риме и Восточно-римскую с центром в Византии. Таким образом, навсегда пало не только единство Римской империи, но и вообще единство римского мира, его культуры, религии. Рим тогда так ослабел, что фактически уже не оборонялся, а если и оборонялся, то не собственными силами, а при помощи варваров, то есть фактически сдавался на милость победителя.
Начало положил император Феодосии, который, не будучи в состоянии приостановить напор вестготов на Балканы, заключил с ними в 382 г. договор, по которому им предоставлялось право оставаться на Балканах, но при условии, что император принимал их к себе на службу, зачислив в свои главные войска. Феодосии, разумеется, привлек этим к себе вестготов, так что, когда в 395 г. он умер, они якобы оплакивали его как "друга готов". Однако когда в том же году империя была разделена, готы провозгласили свою независимость и избрали своего готского короля - молодого и способного Алариха, который был воспитан при дворе Феодосия и очень хорошо знал Рим и его интриги.
Предложив свои услуги теперь уже только восточно-римскому императору Аркадию, Аларих стал не только его полководцем и советником, но, опираясь на военную силу, сделался полновластным хозяином государства. Впрочем, не лучше обстояли дела и на западе.
Главным полководцем западно-римского императора Гонория был опять-таки варвар Стилихон, по происхождению вандал. И эти два варвара держали в своих руках судьбы обеих империй.
Когда Аларих, состоя на службе у Аркадия, вторгся в пределы Италии и дошел до самого Милана - резиденции Гонория,- Сти-лихон хотя и преградил ему путь, но вступил с ним в тайные переговоры. Аларих за определенную ежегодную плату тайно перешел на службу Западно-римской  империи.
Так легко, за деньги, можно было заставить служить себе этих иноземных полководцев и начальников. Но так же легко они и изменяли Риму, ибо служили ему вовсе не ради него самого, а исключительно ради своей наживы. Но как глубоко уже пал Рим! Он еще существовал, но то был только призрак былого величия Рима. В тех случаях, когда он даже оказывал сопротивление, он только еще более обнаруживал свою беспомощность. Когда вандалы начали одну за другой занимать западные провинции Рима, несомненно не без ведома и согласия вандала Стилихона, римский сенат обвинил Стилихона в измене. В 408 г. римляне убили не только Стилихона, но обрушились и на других германцев, находящихся в Италии, не щадя даже их жен и детей. Германцы бежали к Алариху, который из дружбы к Стилихону, действительно, принял их.
Тогда Аларих подступил к Риму. Начались знаменательные переговоры его с сенатом. Сенат, чтобы склонить Алариха к примирению и запугать его, указал на многочисленность населения Рима. Но Аларих ответил:
- Чем гуще трава, тем лучше ее косить.
 Затем Аларих потребовал освобождения всех рабов не римского происхождения и передачи ему всего золота и серебра. Сенат в ответ на это выразил свое удивление:
- Что же останется римлянам?
Аларих кратко ответил:
- Жизнь!
Так дерзко мог уже варвар разговаривать с римским сенатом!
Сенат еще раз прибег к хитрости: дал обещание, но не выполнил его. Однако времена такой политики прошли. К Алариху, который выжидал в Тоскане, массами бежали римские рабы и колоны (крестьяне), их было, как говорят, свыше 40 000, а рабы, оставшиеся в Риме, открыли ему ворота.
Так в 410 г. пал Рим-событие, которое произвело повсюду потрясающее впечатление. "Вечный город", падение которого считали немыслимым, был теперь взят, и кем? - варварами!
Конец Римской империи приближался семимильными шагами, и спор шел лишь о том, кто нанесет ему последний удар. Порой казалось, что это сделают гунны. Действительно, проникнув после поражения готов на запад, гунны основали новый союз племен в непосредственном соседстве с Римом - на венгерских равнинах. Именно в это время их ханом стал Аттила (433-454), недаром прозванный "бичом божьим". По своему образованию Аттила не был варваром. Свою юность провел он, как и многие варвары, при византийском императорском дворе, а некоторое время служил даже в римском войске. Тем сильнее чувствовалось, что по своему происхождению и характеру он был гунном.
Именно под его главенством толпы гуннов на своих быстроногих конях совершали набеги, всегда такие внезапные и стремительные, что наводили ужас на другие народы. Аттила знал, куда вести своих гуннов. Он повел их прежде всего к Рейну, а потом за Рейн, где гунны разграбили Реймс и Орлеан, захватив там богатую добычу. Но на обратном пути они вынуждены были вступить в 451 г. в битву, известную нам под именем битвы на Каталаунских полях. Гуннам преградили путь не только римские войска, но также вестготы и другие племена, не менее римлян опасавшиеся гуннов. Это была кровопролитная битва. Древние французские поэты впоследствии воспевали эту битву, изображая ее как победу римско-галльского духа над гуннским варварством. Так было, однако, только в поэзии. В действительности же, в то время как вестготы сражались против гуннов, остготы сражались в войске Аттилы. И поражение Атти-лы вовсе не было таким, как об этом рассказывали поэты.
Аттила, сохранив свою добычу, а также основные силы, направился прямо к Риму. Казалось, что именно гунны, и никто другой, нанесут последний удар Риму. Но римский сенат поторопился, обязавшись платить гуннам ежегодную дань. Поэтому Аттила ушел на юг и вскоре после этого умер (454). Вместе с Аттилой исчезла и гуннская опасность. Гуннский союз, основанный Аттилой, распался.
На Рим напали, однако, другие враги. В 455 г. Римом овладели вандалы, которые занимались тем, что совершали из африканских провинций многочисленные пиратские набеги по всему побережью Средиземного моря. Они тоже искали только богатой добычи. Вандалы так ограбили и опустошили Рим, что память об этом событии навсегда сохранилась в слове "вандализм".
Только Одоакр, тоже варвар, объединив вокруг себя военные дружины различных племен в северной Италии и ударив в 476 г. на Рим, не ограничился лишь грабежом, но совершил акт, имеющий политическое значение: он низложил императора Ромула Августу-ла. Ромул Августул был последним западно-римским императором. Никто другой не занял его места. Это означало, что Римская империя перестала существовать.
До недавнего времени в учебниках истории это событие и расценивалось как настоящий конец Римской империи, а 476 г. был принят за грань между древним миром и средневековьем.
Однако не менее знаменательно для конца Римской империи было то обстоятельство, что нанесение Одоакром последнего удара Риму не вызвало в тогдашнем мире никакого особенного волнения. Падение Рима казалось тогда настолько уже само собой разумеющимся, что когда оно наконец совершилось, то вообще не было воспринято как значительное событие.
Мир сохранял равнодушие даже тогда, когда позднее, в 493 г., остготский король Теодорих, предательски устранив Одоакра, основал вместо Римской империи Остготское королевство, даже тогда, когда восточно-римский император Юстиниан II ликвидировал и это королевство и присоединил Италию к Византийской империи. Мир воспринимал все это лишь как последние отзвуки того, что в истории называется падением Рима.
- Неедлы З. История чешского народа



  


СТАТИСТИКА