Самоорганизация и неравновесные
процессы в физике, химии и биологии
 Мысли | Доклады | Самоорганизация 
  на первую страницу НОВОСТИ | ССЫЛКИ   

Сергей Рябов. Военно-пограничная миссия Козельска в его истории
от 27.03.07
  
Доклады


Дело, завещанное предками

Рассматривая пограничную историю наших предков, проживавших на территории будущего Козельского района, будем учитывать, что традиции участия в военных кампаниях, а также опыт охраны и обороны границ, могли придти к ним несколькими путями. Во-первых, вместе с племенами, которые обосновались здесь задолго до прихода вятичей. Известно, что в праславянские времена здесь уже жили предшественники вятичей - финно-угры, между которыми чересполосно селились балты. Во-вторых, эти традиции могли принести сюда племена готтов или гуннов, которые прошли в III -IV веках сквозь дремучие приокские леса, ориентируясь по рекам. Наконец, основы искусства защиты границ территории своего расселения могли быть известны самим славянам-вятичам, пришедшим сюда около V в. нашей эры. Они могли набраться опыта защиты границы, например, ещё в местах своего изначального проживания, поскольку славяне-венеды, эти могучие своей многочисленностью люди, воевали в середине IV в. на южных границах славянских земель с готтами, возглавляемыми их королем Германарихом. Славные мужи этого свободолюбивого славянского племени ещё до первого упоминания в летописях о вятичах мужественно защищали границы и новой области своего расселения от угроз со стороны кочевников. Поэтому такой опыт вполне мог быть приобретен вятичами уже на реке Оке и на её притоках. Здесь на протяжении нескольких столетий они насмерть стояли против тех, кто стремился превратить их плодородную землю в пастбища. Так, например, в VI в. все они оказывали упорное сопротивление аварам, образовавшим большой союз племен - Аварский каганат. Населявшие Верхнее Поочье славянские племена вятичей и северян так и не покорились полностью аварам. Несмотря на то, что приходилось платить им дань, славяне многократно отражали набеги этих степных варваров на свои приграничные земледельческие поселения. Вятичи достойно продолжили славные традиции охраны и защиты межродовых, межплеменных границ, границ первых городищ, мест лова рыбы и охоты, заложенные их предшественниками. В этом состоит предыстория военно-пограничной миссии Козельска - одного из древних центров вятичей, которая выглядит следующим образом. В VII-X вв. шло формирование границ проживания вятичей, которые активно участвовали совместно с другими племенами в защите границ славянской территории от угроз со стороны кочевников. На сегодняшний день, кроме как на территории самого города Козельска, археологами обнаружены остатки вятичских городищ поблизости или на месте современных деревень и сел Пронино, Сосенский, Плюсково, Староселье, Городец, Немысино, Волконское и в других местах. Положение этих городищ показывает нам самые древние границы Козельского района. География его прорисовывается ещё и курганами, которые к настоящему времени обнаружены у селений Волконское, Пронино и Губино. В названный промежуток времени вошли: складывание границ между вятичскими волостями, пограничные контакты, а также межплеменные столкновения на рубежах земли вятичей; совместная с полянами и северянами оборона границ Хазарского каганата, в который входила земля вятичей с 859 по 966гг.; оборона границы области, населённой вятичами, от вторжений киевских ратей в 981 и 982гг.; участие в охране и обороне южного пограничья Киевской Руси от печенегов после того, как киевляне обложили вятичей данью; оборона границы независимого от Киевского государства и других политических центров территориально-племенного образования вятичей от нападений войск Владимира Мономаха в период с 1078 по 1115 год. К этому времени границы между отдельными, некогда едиными славянскими племенами, в Верхнем Поочье сложились уже полностью. Землю вятичей окружили со всех сторон: на севере -кривичи; северо-востоке - меря; юго-востоке - мордва; на юго-западе - северяне; на западе - радимичи. Опыт выполнения пограничной миссии был востребован нашими предками в полном объеме, охрана и защита границ стала главной заботой первых вятических князей. Успешному развитию пограничных традиций содействовало то, что в сознании людей, в то время язычников, изначально укоренилось особо почтительное отношение ко всяким границам, поскольку они представляли для них сакральные объекты. Граница в народных представлениях - пространственный рубеж, разделяющий свой и чужой мир. Это могла быть межа, тын или забор, ворота, порог, окно, река и т.д. В охранительных обрядах, таких как опахивание, обходы, обегание, осыпание, опоясывание и т.п., подчеркивалась замкнутость границы, призванной защитить от демонов, от мора, града, пожара и других бедствий. Вот почему всякие границы признавались святыней и подлежали безусловному почитанию, а потому охранялись с особой тщательностью и всеми средствами. При угрозе осквернения границы славяне всегда становились на её защиту без особых раздумий и внешнего принуждения, подчас жертвовали ради неприкосновенности границ своей жизнью. На границе часто совершали магические ритуалы. Так, например, здесь вешали на ветках березы убитых лягушек, чтобы вызвать дождь. На границу отсылались болезни разными магическими способами: выбрасывали туда лоскуты, которыми обтирали больных. Здесь на утренней или вечерней заре -граница дня и ночи по времени, часто исполнялись заговоры. Установление границы (межи) в поле нередко совершалось путем особых ритуалов. Так, например, когда определяли границу, то вырезали из дерна крест и несли его на голове, или брали кочку земли и клялись: Пущай эта земля задавит меня, если я пойду неладно! На межу часто приводили детей и клялись их здоровьем. Нарушение границы было великим грехом и влекло за собой суровое наказание. Считалось, что виновник будет носить на том свете на себе землю с межи. Строго наказывалось также и неправильное проведение границы. Сакральными были и территории, прилегающие к границам, а также элементы, присущие пограничью. Так, например, пограничные знаки, такие как межевой камень, крест, дерево, ров и др. считались неприкосновенными, их нельзя было даже задеть рукой или косой, вокруг них всегда оставляли островок целинной земли. Владимир Даль нашел пословицы, которые имеют прямое отношение к границам как к сакральным славянским рубежам. Например, На межах да на распутьях нечистая сила; Городьбой не огорожена, а межой обведена; Межи да грани -ссоры да брани; Близ границы не строй светлицы; Над черепками да угольями в межевых ямах домовой с лешим сходятся. В XI в. главная военно-пограничная миссия Козельска, пусть ещё и не названного в летописях, но, несомненно, уже существовавшего города, заключалась в защите границы земель вятичей от кочевников. Одновременно здешние жители эпизодически участвовали в пограничных конфликтах на границе между удельными княжествами Святослава II Ярославича - князя Черниговского и Всеволода - князя Ростовского и Суздальского, получивших земли вятичей после того, как в 1054 г. великий князь Ярослав разделил перед своей смертью главные города и земли вятичей между своими пятью сыновьями. Все они должны были слушаться старшего из сыновей, которому был отдан Киев. Территория была поделена так, что главная их часть отошла во владение Святослава II Черниговского. Другая, меньшая часть по рекам Угре и Протве досталась Всеволоду, князю Ростовскому и Суздальскому, благодаря чему недалеко от Козельска и стала проходить граница между Черниговской и Ростово-Суздальской землями. Киевляне называли тогда Ростово-Суздальскую землю Залесской Русью, поскольку она лежала за дремучими лесами, заселенными вятичами. Среди этих лесов и укрывался тогда ещё неизвестный летописцам Козельск - пограничный город, стоявший на рубеже между двумя княжествами. По сообщениям более позднего времени Козельск хотя и находился на отдаленной периферии Киевской Руси, но этот пограничный город, впервые упомянутый в русских летописях в 1146 году, играл важную роль в военно-политических планах князей из домена Ростислава Великого. Поэтому его обороняли не одни только козельчане, при необходимости к ним на помощь высылались княжеские отряды из Чернигова и даже из Киева. Киевским князьям было от кого оборонять далёкое пограничье. Решение задач маневренной обороны этого и других черниговских центров предполагало наличие разветвленной сети сухопутных дорог, поскольку одними водными путями обойтись было нельзя. Дороги посуху должны были круглогодично поддерживаться в проезжем состоянии для того, чтобы надежно связывать Чернигов с дальним пограничьем, а также со столицами других княжеств. Как раз к тому времени, когда Киевская Русь распалась на 15 земель, относятся первые письменные сообщения о дорогах, с разных направлений, ведущих и к Козельску. Так, например, во 2- й половине XII в. карачевский князь Святослав Всеволодович передал своему дяде Святославу в Козельск письмо, в котором предупредил о грозящей ему опасности: Давыдовичи с Ростиславом Смоленским хотят идти на тебя. - Это первое из найденных на сегодня упоминаний о существовании прямого пути из Карачева в Козельск. Дороги требовали охраны, а места пересечения ими княжеских границ - устройства ворот-крепостей. А как охранялась нашими предками граница от её нарушения многочисленными врагами, в первую очередь, кочевниками? Приемов и способов было не мало, от наблюдения до прямых боевых столкновений на границе. Вместе с тем, учитывая тот факт, что спустя восемь веков важнейшей преградой для врага, возводимой на козельской земле, стали засеки, о которых рассказ впереди, представляется важным сказать следующее. Из поколения в поколение в Верхнем Поочье, как и во всем Волжско-Окском регионе, передавались знания о формах и способах действий по защите границ проживания славянских родов и племен. Давние пограничные традиции и военная практика их охраны и обороны восходят к далекому индоевропейскому прошлому. Эти военные премудрости являлись тайным знанием наших пращуров, к которому допускались далеко не все. По своей природе эти знания не были предназначены для какой- либо фиксации в виде письменных текстов, тем не менее, они всегда оставались в реальной жизни людей, среди которых постоянно и всегда находились хранители сакральной памяти о премудростях охраны и обороны границы. Не исключено, что многие из загадок Верхнего Поочья обусловлены особым изначальным пограничным характером самой реки Оки. Есть версия, что даже имя, данное этой священной реке и созвучное понятию око (глаз), свидетельствует об отношении к ней со стороны древних жителей как к всевидящей реке(мифологема - всевидящее око - известна со времен Древнего Египта). На эту реку, бывшую центральным перевалочным пунктом многочисленных мигрантов, прошедших через прилегающие земли, возлагалась особая роль всевидящего глаза, способного заметить любого званого и незваного гостя. Крутые берега Оки, как и её притоков, в том числе Жиздры, обеспечивали прекрасный обзор стражникам, а глубокий фарватер надежно защищал аборигенов. Особенности природного ландшафта, важнейшим элементом которого были лесные массивы, активно использовались в обороне границы. Главная роль в истреблении живой силы противника, во всех случаях, отводилась оборонительным рубежам, устраиваемым в лесах. В период XII-XIII вв. пограничная миссия Козельска наиболее ярко проявилась дважды. В 1190-1192 гг., когда он активно участвовал в обороне границы русских земель от вторжения многочисленных половецких орд. Тогда на берегах реки Жиздры были основаны укрепленные пункты, на месте которых в более позднее время стали сторожевые посты - центры обороны против отрядов сначала золотоордынцев (до XIV в.), а затем крымских татар (в XVI-XVII веках). Но главным событием, свидетельствовавшим о самоотверженном выполнении Козельском военно-пограничной миссии, начало которой было положено ещё предками, явилась, конечно же, семинедельная героическая оборона города от татаро-монгольских захватчиков в марте-апреле 1238 года. Ещё из школьных учебников по истории памятны нам страницы, на которых было описано это событие. Козельский рубеж стал тем пределом, а это тоже граница, до которого дошел и откуда вынужден был спешно уходить в степь хан Батый. Изучение пограничной предыстории Козельска дает нам основание полагать, что не только сила духа, но и большой опыт, накопленный в предыдущих схватках со степняками, а также какие-то другие, не до конца известные или понятные нам обстоятельства, послужили основой для невиданного дотоле длительного сопротивления козельской крепости врагу. В середине XIX в. составитель знаменитой Летописи Калужской записал: В 1238 г., когда татары вторглись в Россию под предводительством Батыя и истребили Владимир на Клязьме, Москву, Ярославль, Ростов, Тверь, Торжок и проч., только одних городов четырнадцать, кроме слобод и погостов, и не дошедши до Новгорода только ста верст, возвратились к Козельску; Козельские граждане защищались 7 недель, доколе татары разбив стены взломились на вал. Тогдашний Князь Козельский Василий Титович был ещё в младенчестве, и потому осажденные граждане и народ говорили: положим живот свой за нь; здесь славу света приемше, тамо небесные венцы от Бога приимем, и резали врагов ножами, устремились на все войско Батыево, изрубили многия стенобитныя машины Татарские и, положив на месте 4000 неприятелей, сами, как выражает Карамзин, легли на трупах. Хан по взятии города, умертвив в нем всех людей жен и младенцев, Козельск назвал злым городом; Князь Василий пропал без вести, говорили, что он утонул в крови. Эти известия были почерпнуты автором Летописи Калужской из текстов, включенных в Никоновскую (Патриаршую 1539-42гг.); Лаврентьевскую (1377г.); Новгородские -I, II, IV и V списки (составлены, по крайней мере, до XVII в.); Летопись Авраамки (конец XV в.); Ипатьевскую; Софийский временник (1432г.); Супрасльскую (1520г.); Никифоровскую; Типографскую (20-е г. XVI в.) летописи; Рогожский летописец или Тверскую, Вологодско-Пермскую и другие летописи. Каждая из них привносит некоторые новые детали, однако неизменными всегда были упоминания о следующем: Козельск мужественно оборонялся в течение 7 недель самими горожанами; в последней вылазке за стены крепости участвовали только горожане; у стен Козельска татары потеряли 4000 своих воинов. После знакомства со всеми этими летописными сообщениями у читателей всегда возникает много вопросов, но все они сводятся к главной загадке - каким образом небольшая крепость могла выдержать столь длительную осаду и как одни только горожане (граждане) смогли нанести татарам столь большой урон в живой силе? Объяснить все это лишь одним героизмом, мужеством, силой духа или верой в Бога со стороны козличей попросту не возможно. Появилось множество гипотез, главные из которых сосредоточиваются вокруг численности горожан или гарнизона крепости, характера действий татар, а также силе или слабости войска, собранного татаро-монголами для осады и последующего штурма города. Однако приемлемого для всех оппонентов ответа не находит никто. - Не могло такого быть в принципе, Могло, но не здесь и не тогда, Все вставлено в летописи для красного словца - вот далеко не полный перечень эмоций, которые возникают после знакомства, как с самими летописными известиями, так и с их комментариями. Уж не поэтому ли всё чаще учебники, повествуя о событиях времен татаро-монгольского нашествия, обходят молчанием сообщения о козельской эпопее? Между тем, многое становится понятным, если рассматривать этот город как одну из пограничных крепостей Черниговского княжества. Не так давно вышла в свет книга известного военного историка А.Б. Широкорада - Русь и Орда. В ней впервые изложен совершенно новый взгляд на события, произошедшие весной 1238 г. у стен Козельска. Поскольку соображения историка проливают некоторый свет на извечные вопросы, которые задают себе все, кто прикасается к этой теме, приведем их здесь подробно. Вот, что пишет автор книги: Точных сведений о движении татарского войска назад в степь нет ни в русских, ни в восточных летописях. Видимо действительно центр армии шел по линии Вязьма-Козельск, при этом была ли Вязьма разорена или сдалась на милость победителя - не ясно. Какой-то правофланговый отряд татар подошел к Смоленску и стал в 25 верстах от него на Долгомостье…Далее А. Широкорад дает блок информации, которая требует осмысления: По булгарской же летописи Козельск держался не 7 недель, а 7 дней. Причем штурм крепости не удавался не столь из-за отчаянного сопротивления жителей, сколько из-за атак конной дружины, укрывавшейся в лесу недалеко от города. Как только татары начинали штурм, с тыла их атаковала конная дружина. На седьмой день конная дружина, находившаяся в Козельске, на рассвете пошла на вылазку. Татары проспали атаку, и большая часть дружинников из Козельска ушла в Чернигов. Козельск же был взят и по приказу Бату-хана (Батыя) сравнен с землей. По булгарской летописи в боях за Козельск татары потеряли убитыми 7 тысяч воинов. Историк заключает: Таким образом, потери татарам под Козельском были нанесены не простыми горожанами (как это принято было говорить советскими историками), а сильными черниговской и козельской дружинами. Если верить булгарской летописи, то это был первый пример тактически грамотных действий русских в войне 1237-1238 годов. После взятия Козельска татарское войско направилось в степи, в Половецкую землю, где Батый разбил хана Котяна, который с 40 тысячами своего народа ушел в Венгрию, где получил земли для поселения. - На страницах своей книги А.Б. Широкорад сообщает также, что в 1239 г. татары пошли на Чернигов в качестве кары за активное участие черниговской дружины в обороне Козельска. Нам остается только добавить, что сильные конные отряды, которые наносили ощутимые и весьма болезненные удары в тыл штурмующим крепостные стены татарам и о которых ведет речь А.Б. Широкорад, есть ни что иное, как высокомобильные (по современной терминологии) резервы из Чернигова. Эта конница, скорее всего, и пришла на выручку Козельску - пограничному городу на самой окраине Черниговской земли, бывшему недалеко от границы с Суздальской землей. Таким образом, это был не просто первый пример тактически грамотных действий русских, но и передовой образец активных беспокоящих ударов передовых войск, выдвинутых в приграничную полосу для отвлечения войск, штурмующих пограничную крепость, пример нанесения поражения противнику с целью вынудить его отказаться от дальнейших наступательных действий. Не из-за грозящей весенней распутицы, а эта версия считалась прежде одной из главных, а в силу того, что татарам были нанесены потери в живой силе, сделавшие их тумены небоеспособными, Батый вынужден был в тот год уйти в половецкие степи, чтобы зализать свои раны. Остается также загадкой, почему, все же, татары избрали маршрутом движения своих отрядов тот, который вывел их к Козельску
Альманах Злой Град VI
http://korl.kozelsk.ru/news.htm

  


СТАТИСТИКА