Самоорганизация и неравновесные
процессы в физике, химии и биологии
 Мысли | Доклады | Самоорганизация 
  на первую страницу НОВОСТИ | ССЫЛКИ   

Человечество обновится в саду и садом выправится - вот формула
от 11.05.05
  
Мысли


Все силы должны быть обращены к тому, чтобы поднять производительные силы единственного источника нашего благосостояния - земли…так как земля - это залог нашей силы в будущем, земля - это Россия П.А. Столыпин

Гвардия русская, те кто по вере остались русскими, те, кто ещё песню помнят, слово русское помнят, обряд, одежду, - не так их много, но и не мало по Руси. Мы замкнулись на себе и потому думаем, что нас мало и потому грустим и тоскуем. А мы должны знать, что мы есть, и вот потому: Слу-шай! Ты вот сейчас приехал ко мне, значит, меня услышал...А ведь, признайся, не хотел ехать-то, а приехал...Значит, потянуло и дело тут не во мне, - батюшка захлёбисто, густо засмеялся, хотя ничего смешного в его словах не было. - Значит и в тебе есть это: Слушай! Главная нынче задача - сдруживаться...Сдруживаться не ради корысти, а чтобы знать о существовании людей общего духа по всей стране. Тут и списков никаких не надо вести, чтобы создать волну русского духа, верно?
Владимир Личутин из Часлова. Сельский поп


Крестьянин - сын солнца, жрец солнца, его слуга, его поклонник. Он получает от светила дозволения и силы, чтобы вырастить пищу, жратву (от слова пожирать, гореть), и снова отдает ее на заклание огню, чтобы питать его, поддерживать силу. Потому крестьянин живет по солнцу, по его коловороту и никогда не сможет выломиться из этого природного распорядка; иначе человечество до времени сойдет в землю. Вольный труд пахаря на вольной земле и творит, пестует его натуру, его обычай, этику и эстетику, оставляя хлебороба до последнего часа язычником, поклонником Солнца и огня (крес - огонь, крест - солнце)
Владимир Личутин из Часлова. Душа неизъяснимая      
http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_375.htm
Я не знаю, как всё это будет, но это сбудется. Сад будет. Помяните моё слово хоть через 100 лет и вспомните, что я вам об этом...в искусственном саду и среди искусственных людей толковал. Человечество обновится в саду и садом выправится - вот формула...Что-нибудь должно произойти...но только у всех должна быть земля, и дети должны родиться на земле, а не на мостовой...Фабрика тоже дело законное и родится всегда подле возделанной уже земли: в том ее и закон. Но пусть каждый фабричный работник знает, что у него где-то там есть Сад, под золотым солнцем, собственный...и что в этом Саду живёт и его жена, славная баба не с мостовой, которая любит его и ждёт, а с женой - его дети...Que diable (чёрт возьми - франц.), в Саду детки будут выскакивать прямо из земли, как Адамы...Если хотите всю мою мысль, то, по-моему, дети, настоящие то есть дети, то есть дети людей, должны родиться на земле, а не на мостовой. Можно жить потом на мостовой, но родиться и всходить нация, в огромном большинстве своём, должна на земле, на почве, на которой хлеб и деревья растут...Если вижу где зерно или идею будущего - так это у нас, в России. Почему так? А потому, что у нас есть и до сих пор уцелел в народе один принцип именно тот, что земля для него всё, и что он всё выводит из земли и от земли, и это даже в огромном её большинстве. Но главное в том, что это-то и есть нормальный закон человеческий. В земле, в почве есть нечто сакраментальное. Если хотите переродить человечество к лучшему, почти что из зверей поделать людей, то наделите их землею - и достигнете цели. По крайней мере у нас земля и община в сквернейшем виде, согласен, - но всё же огромное зерно для будущей идеи, а в этом и штука. По-моему, порядок в земле и из земли, и это везде, во всём человечестве. Весь порядок в каждой стране - политический, гражданский, всякий - всегда связан с почвой, и с характером землевладения в стране. В каком характере сложилось землевладение, в таком характере сложится и всё остальное. Если есть в чём у нас в России наиболе беспорядка, так это в владении землею, в отношениях владельцев к рабочим и между собою, в самом характере обработки земли. И покамест это всё не устроится не ждите твёрдого устройства и во всём остальном...И, заметьте, именно в это-то время и свирепствовала у нас наиболее война между нашими умниками о том: есть или нет у нас, в самом деле, какие-то там народные начала, которые бы стоили внимания людей образованных? - Нет-с, позвольте: значит, русский человек с самого начала и никогда не мог и представить себя без земли...Уж когда свободы без земли не хотел принять, значит, земля у него прежде всего, в основании всего, земля - всё, а уж из земли у него и всё остальное, то есть и свобода, и жизнь, и честь, и семья, и детишки, и порядок, и церковь - одним словом, всё, что есть драгоценного...Вот и будут родиться детки в Саду и выправятся...Я ведь только и хотел лишь о детках, из-за того вас и обеспокоил. Детки - ведь это будущее, а любишь ведь только будущее...От того и детей любишь больше всего
Ф.М. Достоевский. Земля и дети
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_395.htm
Думают, подозревают ли олончане о той великой, носящей в себе элементы вечности, культуре, среди которой живут? Знают ли, что наш своеобразный бытовой орнамент: все эти коньки на крышах, голуби на крыльцах домов, петухи на ставнях окон - символы, простые, но изначально глубокие, понимания олонецким мужиком мироздания? Чует ли учительство, по самому положению своему являющееся разьяснителем ценностей, чувствует ли оно во всей окружающей, подчас ничего не говорящей непосвященному, обстановке великие непреходящие ценности искусства? Искусство, подлинное искусство во всем: и в своеобразном узоре наших изб, и в архитектуре древних часовен, чей луковичный стиль говорит о горении человеческих душ, подымающихся в вечном искании правды к небу...Надо быть повнимательней ко всем этим ценностям, и тогда станет ясным, что в Советской Руси, где правда должна стать фактом жизни, должны признать великое значение культуры, порожденной тягой к небу, отвращением к лжи и мещанству, должны признать ее связь с культурой Советов. Учительство должно оценить этот источник внутреннего света по достоинству, научить пользоваться им подрастающее поколение, чтобы спасти деревню от грозящей ей волны карточной вакханалии, фабрично-заводской забубенности и хулиганства
Николай Клюев. Слово к учителям о ценностях народного искусства - 14 января 1920 (опубликованно в газете Звезда Вытегды, 29 января 1920)
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_1146.htm
Растение из воздуха образует органическое вещество, из солнечного луча - запас силы. Этим обьясняется прибыльность труда земледельца: затратив сравнительно небольшое количество вещества - удобрения, он получает большие массы органического вещества; затратив немного силы, он получает громадный запас силы в виде топлива или пищи. Сельский хозяин сжигает лес, стравливает луг, продает хлеб, и они снова возвращаются к нему в виде воздуха, который при содействии солнечного луча вновь принимает форму леса, луга, хлеба. При содействии растения он превращает не имеющие цены воздух и свет в ценности. Он торгует воздухом и светом.
К.А. Тимирязев. Растение как источник силы
http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_546.htm
Если желают поставить русское сельское хозяйство на твердые ноги, на торный путь и лишить его характера азартной биржевой игры; если желают, чтобы оно было приноровлено к местным физико-географическим (равно как историческим и экономическим) условиям страны и на них бы зиждилось (а без этого оно всегда останется биржевой игрой, хотя бы годами и очень выгодной), безусловно необходимо, чтобы эти условия - все естественные факторы (почва, климат с водой и организмы) - были бы исследованы и испытаны, по возможности, всесторонне и непременно во взаимной связи
В.В. Докучаев. Труды Особой Экспедиции (1894)
http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_329.htm
Россия, особенно в ХХ веке, оказалась эпицентром столкновения совершенно разных линий развития человечества. Одна линия была представлена западной цивилизацией, мы ее выше подробнее характеризовали. Конечно, такой путь прямо противоположен духу земледельца, он требует отрыва от земли и вытеснения сельского хозяйства в качестве третьестепенного и невлиятельного фактора жизни. А вот другой, противостоящий ему путь - это путь общества, которое в своей большей части является земледельческим, а в какой-то части - городским. Города как бы вкраплены в земледельческое население и являются центрами его культуры. Один из крупнейших экономистов ХХ века, исследовавший в частности, экономику сельского хозяйства, Кондратьев, называл это аграрно-индустриальным типом развития. Этот тип прямо противоположен тому типу развития, который реализуется в западном капиталистическом обществе...
Это идея представления об обществе как о машине. С другой стороны была крестьянская цивилизация. Особенность ее заключалась в том, что крестьянин в процессе своего труда сам решал на каком клочке своей земли, когда и что он начинает сеять, когда он начинает жать, когда свозить. Его труд был творческим, в том же смысле как творческий труд поэта или математика. Но с той разницей, что крестьянский труд - единственная форма труда, когда он носит творческий характер и в то же время является массовым, может относиться к большой части населения, а не быть уделом некоторых избранных. Сейчас, в последнее десятилетие, крестьянство вызывает все больший интерес, особая его роль осознается, возникла даже некая область знания под названием крестьяноведение. Например, выяснилось, что крестьянство не связано с какой-то исторической эпохой, формацией, феодализмом или античностью. Это форма существования людей, которая наблюдается в течении тысячелетий, типа семьи скорее. Эти две принципиально разные цивилизации, два похода к жизни оказались не совместимыми...
По крайней мере, можно указать на один проект развития современной жизни на основе крестьянско-городского хозяйства. Этот проект был очень глубоко разработан целыми поколениями ученых и практических деятелей и в значительной мере воплощен в жизнь у нас в России. Я о нем вскользь упоминал, он был связан с идеей кооперации. Это целое море очень глубоких идей, конкретных исследований, исследования отдельных географических областей, отдельных областей хозяйства. И началось это течение с начала ХХ века, хотя предшественником его можно считать даже и Менделеева, который высказывал аналогичные мысли. Один из его создателей Чупров говорил, что, по его мнению, кооперация для земледелия имеет примерно такое же значение, как техника для промышленности: она таким же образом в десятки, сотни раз увеличивает интенсивность этой деятельности. Но это не было предтечей идеи колхозов, т.к. вся эта система взглядов не затрагивала самого производства и не меняла характера труда. Сформулировать последовательную и наиболее полную концепцию, по-видимому, было делом Чаянова Александра Васильевича. Сейчас я изложу вкратце эту теорию. Чаянов был ученым колоссального трудолюбия и таланта, написавшим большое количество книг и статей. Но в то же время он обладал замечательным литературным слогом, и поэтому я разрешу себе, привести из него довольно длинную цитату: Что, в самом деле, замечательного в том, что крестьянка, отдоив свою корову, чисто моет свой бидон и относит в нем молоко в соседнюю деревню, в молочное товарищество, или в том, что сычевский крестьянин-льновод свое волокно вывез не на базар, а на приемный пункт своего кооператива? На самом деле эта крестьянка со своим ничтожным бидоном молока соединяется с двумя миллионами таких же крестьянок и крестьян и образует свою кооперативную систему Маслоцентра, являющуюся крупнейшей в мире молочной фирмой. А сычевский льновод, обладающий, уже достаточной кооперативной выдержкой, является частицей кооперативной системы Льноцентра, являющегося одним из крупнейших факторов, слагающихся мировой рынок льна. В других местах Чаянов подчеркивает особую ценность фактора крестьянской жизни, связанности ее с индивидуальным творчеством крестьянина и связи ее с землей. Например, он говорит, что деятельность сельского хозяина настолько индивидуальна и носит настолько индивидуальный местный характер, что никакая руководящая извне воля не сможет вести хозяйства. - Иными словами, работник может эффективно вести хозяйство только в одном случае - если он родился и вырос на этой земле...
Если перейти на более конкретный, прозаический язык, то концепция Чаянова заключается в следующем. Он берет то, что называется трудовым планом сельского хозяйства, и разбивает его на определенные звенья. При этом он выясняет, что есть ряд звеньев, вроде тех, которые он упоминает, которые могут быть с успехом кооперированы. После этого, в результате большого количества частных исследований, собирания громадного количества фактов, он строит так называемую теорию дифференциальных оптимумов. Это означает, что для каждого звена производства, например, сбивания молока или получения кредитов, он выясняет, сколько хозяйств нужно объединить вместе в этой деятельности, чтобы она была наиболее эффективна. При малом их числе она еще недостаточно эффективна, при большом она становится слишком громоздкой и т.д. И он выясняет, что разброс здесь колоссальный, поэтому эффективность кооперации может быть достигнута только за счет того, что деревня покрыта сетью кооперативов и каждый крестьянин состоит во множестве кооперативов. Это он называет горизонтальной кооперацией. Если же некоторые группы крестьян объединят всю свою деятельность во всех областях, то в каждом отдельном звене этот оптимум, как правило, будет нарушен и система перестанет быть эффективной. Яркий пример этого дает колхоз. Концепция эта была разработана и до революции. Во время военного коммунизма для деятелей этого направления жизнь была сложна. А во время НЭПа опять возник период мирного сосуществования, мирного взаимодействия с властью, когда эти люди могли писать, публиковаться и организовывать кооперативы. Эта система была изложена в множестве статей, книг и конкретных исследованиях в конкретных географических или хозяйственных областях. Я хочу обратить ваше внимание на одно ее изложение, по-моему, очень ярко передающее ее дух. Это полуфантастическое сочинение Чаянова, которое называется Путешествие моего брата Алексея в страну крестьянской утопии. По форме это действительно фантастическое произведение: из того времени, когда оно написано (1921 год), герой загадочным путем переносится для него - в будущее, а для нас - в прошлое: в 1984 год и попадает в удивительную для него в страну, Россию того времени. Некий его спутник показывает ему эту страну и объясняет ее особенности. И вот, что он ему говорит: что был принят закон, ограничивающий размеры городов, так что сейчас не существует городов с населением больше ста тысяч. Если хотите, городов у нас нет. Есть место приложения узла социальных связей. Вот прямо как античные Афины. В основе нашего хозяйственного строя лежит индивидуальное крестьянское хозяйство. Мы считаем его совершеннейшим типом хозяйственной деятельности. В нем человек приходит в соприкосновение со всеми силами космоса и создает новые формы бытия. Каждый работник-творец, каждое проявление его индивидуальности - искусство труда. Дальше тот же спутник рассказывает кое-что об их истории. В социалистический период нашей истории крестьянское хозяйство почитали за нечто низшее. Социализм был зачат как антитеза капитализму. Рожденный в застенках германской капиталистической фабрики, выношенный психологией измученного подневольной работой пролетария, он мог мыслить новый строй только как отражение строя, окружающего его. Будучи наемником, рабочий, строя свою идеологию, ввел наемничество как символ веры будущего строя. Для нас же совершенно ясно, что с социальной точки зрения промышленный капитализм есть не более чем болезненный припадок, поразивший обрабатывающую промышленность в силу особенности ее природы, а вовсе не этап в развитии всего народного хозяйства. Мне кажется, что здесь чрезвычайно много глубоких наблюдений и мыслей. Совершенно, конечно, правильно замечание о том, что социализм не является диаметральной противоположностью капитализма, а является его отражением - тем, что капитализм видит, глядя в зеркало. Во-вторых, верно то, что западное капиталистическое общество, включая и его социалистическое отражение, есть какой-то болезненный этап в развитии человечества, связанный, может быть, с потерей веры в Бога, с утратой чувства красоты мира и со стремлением построить жизнь в каких-то изолированных от всего мира формах, которые в принципе не могут быть осуществлены и приходят в противоречие с самым фактом жизни. Эта система кооперации была разработана и даже в какой-то мере внедрялась в жизнь. Было несколько миллионов такого типа кооперативов в нэповской России и 10 - 20 миллионов кооперативов дореволюционных. Но все это развитие было, конечно, прервано коллективизацией 30 года. Все крупнейшие деятели, включая и Чаянова были арестованы одновременно в 1930 году. Они были осуждены на десять лет тюрьмы, но в 1937 или 1938 году они были все, за одним или двумя исключениями, расстреляны. И Чаянов тоже был расстрелян. Насколько я знаю, сейчас эта система привлекает большое внимание и используется в Индии и в Китае. В Китае, например, в дискуссиях по организации крестьянского хозяйства ссылки на работы Чаянова встречаются очень часто. То, что я изложил, я вовсе не излагал как некий план, который человечество теперь может использовать. Конечно, этот план был создан для своего времени, и он пригоден только для него. Я его изложил как модель возможных вариантов, как пример многообразия путей, среди которых человечество должно выбирать. И тогда, конечно, шанс на реализацию именно этого пути, мне кажется, был минимальным. Потому что реальной физической силы, на которую при этом могли опереться, не было. Хотя в сводках ГПУ того времени постоянно с тревогой говорится, что среди крестьян распространены разговоры о создании, как тогда говорилось, крестсоветов, т.е. некой крестьянской организации, но это были только тенденции, которые еще никак не реализовались. При некотором очень специфическом раскладе событий, может быть, маленький шанс реализации этой системы был, но она тем не менее не реализовалась. Она была подкреплена чрезвычайно сильным интеллектуальным и духовным фундаментом очень глубоких исследований, которые и до сих пор в экономике играют большую роль. Например, другой столь же значительный представитель этого направления - это Кондратьев. Он руководил институтом, который занимался изучением связей планирования индивидуального хозяйства и рынка. Он обнаружил, в частности, некоторые периодичности в истории экономики, примерно пятидесятилетние, которые он назвал длинными волнами; сейчас они являются общепризнанным экономическим фактом и фигурируют под названием циклов Кондратьева. Но не было политика этого направления, хотя бы сравнимого с масштабом Кондратьева или Чаянова. Тут, мне кажется, проявляется то существенное обстоятельство, что в критические моменты истории наиболее яростная борьба обычно происходит между двумя путями развития, которые на проверку оказываются не так уж далекими друг от друга. Но всем под большим, колоссальным давлением внушается, что выбор существует только между ними: или - или. Так несколько лет назад на всех экранах телевизоров раздавался вопль: Выбирай или проиграешь! Всегда именно такой призыв и бывает. И истинная интеллектуальная смелость требуется как раз для отказа от этого навязываемого выбора. В этом смысле концепция аграрников, которую развивал Чаянов, к которой примыкал Кондратьев и многие другие, была примером глубокого интеллектуально-революционного мышления, в то время как политика, принятая партией, оказалась более стандартной, поскольку использовала путь, уже пройденный на Западе. И в целом этот путь в конечном итоге приводил Россию к тем же самым системам ценностей западной идеологии. Это был как бы некий обходный путь, который сейчас завершился. Леса все сняты, и сейчас уже все видно как на ладони. И какой же в результате может быть подведен итог?
И.Р. Шафаревич. Духовные основы Российского кризиса XX века
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_446.htm
В основе нашего хозяйственного строя, так же как и в основе античной Руси, лежит индивидуальное крестьянское хозяйство. Мы считали и считаем его совершеннейшим типом хозяйственной деятельности. В нем человек противопоставлен природе, в нем труд приходит в творческое соприкосновение со всеми силами космоса и создает новые формы бытия. Каждый работник-творец, каждое проявление его индивидуальности - искусство труда. Мне не нужно говорить вам о том, что сельская жизнь и труд наиболее здоровы, что жизнь земледельца наиболее разнообразна, и прочие само собою подразумевающиеся вещи. Это есть естественное состояние человека, из которого он был выведен демоном капитализма
А.В. Чаянов. Путешествие моего брата Алексея в страну крестьянской утопии
http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_82.htm
Святы из Усвята - Александр Васильевич Чаянов
http://kirsoft.com.ru/skb13/KSNews_323.htm
В то же время народный гений - гений народа, восставшего и сознавшего свои потребности, - будет работать над введением новых приемов земледелия - приемов, которые мы предчувствуем уже и теперь, но которые еще требуют проверки на опыте. Тогда будут произведены опыты над влиянием света - это неоцененной еще в земледелии силой, которая дает возможность ячменю созревать в 45 дней в якутском климате; сконцентрированный солнечный свет или искусственный свет будет соперничать с теплотой в деле ускорения роста молодых растений. Какой-нибудь будущий Муше изобретет машину, которая сможет направлять и заставлять работать солнечные лучи, вместо того, чтобы добывать из недр земли солнечную теплоту, заложенную там в виде угля. Будут сделаны опыты над орошением земли культурами микроорганизмов - мысль вполне рациональная, но еще новая, осуществление которой даст, вероятно возможность разводить в земле живые клеточки, необходимые растениям как для питания их корешков, так и для разложения составных частей почвы
П. Кропоткин. Хлеб и Воля
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_18.htm
Нет, не умерла Россия, братцы мои, это не трупище окоченелое, но призаснула, понурилась, погрузилась в себя, дожидаючись нового неистового трудника на новое тяжкое, но и сладкое послушание. И только упавшие загороди, прясла, покосившиеся с прогнутыми хребтинами скотиньи дворы и заброшенные подворья с провалами оконниц пока ещё стерегут границы погибающих русских селений, возникших во времена царя Гороха, задолго до покорения Крыма.
Ведь ни оспы, вроде бы не было, ни повальной чумы, ни холеры, ни огневицы, ни сполошного верхового пожара, ни саранчи, ни татарской орды с непосильной налогою...Это, не видя от крестьянина обороны, хватко, с широким замахом рубанула закосневшая в гордыне и пошлой дикости Москва по русской деревне, норовя бесстыдно обескровить ее. Это чужой по духу ростовщик-процентщик, новый хазарин, схвативший в столице власть, обезлюдил землю, пустил низовой пал, чтобы выморочные пустошки позднее прибрать под себя, как бросовые, негодящие. Для него могильный дух - это самый сладкий дух. Знает, выжига и плут, что нет в мире ничего дороже земли, и цена на неё с каждым годом прирастает...Даже из-за такой, вроде бы скудной и неродящей земли мужики прежде кольями до смерти дирывались. Земля - самое выгодное помещение капитала, если надёжно похоронена мужицкая закваска, способная однажды породить Разина, Пугачёва, Антонова.
И пространна вроде бы Русь, а каждого клоча жаль, ибо знаешь, что русской кровью, слезами и потом полит он, радостями, молитвами и скорбями вымощен на сто пядей вглубь. Святая Русь - это крестьянская Русь. Не будет крестьянина, не станет и православной Руси, и потому столетиями враги, не наши, всякие упыри и недотыкомки насилуют, распинают деревню, а ныне гнёт над нею обрёл самые жестокие изощрённые формы. Вот она-то, русская деревня, воистину на своих плечах тащит по бездорожице веков Христов крест, и мало кто из чужих слышит этот надсадный хрип из глубин народа и постоянный ропот, что доносится от земли, странно минуя ушеса обжорной столицы, откуда уже не дождаться мужику милости. Не понимают, гордоусы, - сойдёт с земли крестьянство, и останется перед лицом Бога лишь новый вавилон, а горькая судьба его хорошо известна. Сведут с земли мужика и кто же тогда защитит Русь...Нет ответа...
Помню, в бытность мою журналистом, деревня подавалась обывателю как земной рай, дескать, жизнь там впотяготку да вполяготку, реки молока, озёра сметаны, горы творогу, земляника со сливками, домашние яички, сало с розовыми прожилками, своя самогонка с ног валит и душу веселит, хоть запейся на дармовщинку, и вот полеживает наш Ванька, лентяй, неумеха и засоня, на русской печи, задеря ноги в закопчённый потолок, и рукой уж лишний раз не ворохнёт, а только ждёт, когда вещая рыба-щука провернёт всю работу земляную, а в городах, дескать, от зари до заката пластайся в гари да чаде, на производство идёшь, как на каторгу, с нетерпением дожидаясь пенсии, сосчитывая каждый оставшийся годок, чтобы наконец-то освободиться от повседневной нуды и по-настоящему отдохнуть, увидеть мир своими очами. Часть правды в последних сетованиях и была, действительно фабричные солнца не видали, но отчего-то на лёгкую жизнь выпихивали родители своих чад из деревни именно в города, чтобы хоть няньками да уцепились бы за место и не хватили того лиха, что досталось отцу-матери. На моей памяти было, как изворачивались наши дядья и тётки, братья и сёстры, чтобы скрыться из деревни, вербовались на стройки, стремились в армию, институты и ремеслухи, только чтобы убежать от деревенской притужаловки и получить заветную краснокожую паспортину. Значит, это на земле, под родящим солнцем, гнетея была несносимая, немыслимая, но миф по городам о крестьянской жизни вывешивался самый лучезарный...
Ну вот теперь землицы запущенной, беспризорной необозримо, не надо за пахотный клин на вилах биться, кажется, поезжай Петр Лукич, из престольной в фермеры, засевай своё польцо, заводи элитных коровёнок, лошадёнок, правь сам своими пажитями, корми себя и Русь, никто тебе не указ, воля-вольная...Но что-то не шибко торопятся наш Петр Лукич и Иван Иванович на мать-сыру землю, чтобы обихаживать ее и плодить потомство, ибо куда легче ковать деньгу из воздуха иль харчиться в охранниках при детсаде...Мать-сыра-земя любит уважение к себе, почитание, да горб и мозоль, и от истинного, завещанного Христом труждания соблазнили ростовщики русского мужика. Теперь его житенным калачом на село не заманишь, знает он, где можно нынче лёгкую копейку сшибить. И потому на всём долгом пути до Зараменья редкий человеченко попадётся, стоит, сердешный, о край дороги, как пересохшая будылина, надвинув на глаза кроличью шапёнку, и то ли ветром его шатает, то ли от опохмелки валит с ног.
Владимир Личутин из Часлова. Сельский поп      
http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_375.htm
Экономических посылов к улучшению, к росту и чрёвному удовольствию нет. Чрёвного удовольствия мы не получим, и, думаю, что будем мучиться довольно долго. Земля замирает, земля погибает, деревни запустели, и что бы возродиться нам нужно начать полностью переделку в головах своих. И понять, наконец, что народ - это те люди, которые живут на земле. А такие люди иссякают, но ведь именно они необходимы нации. Городские из поколения в поколение чахнут, невежественнеют, дичают, не рожают, т.е. вымирают. Природный, талантливый слой генетический, соскоблен за последнее столетие, и вряд ли стоит ждать нового урожая с этой пашни. Оттуда нельзя ждать и прироста. Вспомните, например, 20-30-ые годы генералы, академики, писатели - они все пришли из деревни. Это показатель тогдашнего генетического богатства русского народа. Увы! От жителей современных городов подобного ждать нельзя. Поэтому необходима колоссальнейшая реформа деревни. Надо признать деревню сущностью русского государства, главным телом, ядром нации. Нам предстоит огромная работа по возделке деревни, по возделке земли. Только от деревни может начаться возврат к величию России
Владимир Личутин из Часлова. Вспомним будущее
http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_406.htm
И прежде всего нам надо сосредоточиться на том, что мы утратили. Человечество попыталось за последние два века создать культуру без веры, без сердца, без созерцания и без совести; и ныне эта культура являет свое бессилие и переживает свое крушение. Люди не захотели больше веровать, потому что они уверили себя, будто вера есть противоразумное, научно несостоятельное и реакционное состояние души. Люди отреклись от сердца, потому что им стало казаться, что сердце мешает инстинкту, что оно есть разновидность глупости и сентиментальности, что оно подрывает человеческую деловитость и ставит человека в смешное положение; а умный человек больше всего боится показаться смешным; он желает делать дела и утверждаться в земной жизни. Люди отвергли созерцание, потому что их трезвый, прозаический ум презирает человеческую фантазию и считает, что самое важное в жизни есть эмпирическое и прозаическое. Они вытеснили из жизни начало совести, потому что ее живоносные призывы и укоры совершенно не укладываются в контекст хладнокровных расчетов и деловых планов. И за всем этим, наряду с черствым себялюбием и самомнением, скрывался ложный стыд и ложный страх: люди боятся остаться в бедности и неизвестности, они боятся прослыть ребячливыми, несерьезными и смешными...Голодное самочувствие, тщеславие и честолюбие соединяются здесь с робостью перед общественным мнением...
Еще недавно казалось, что людям бессердечной лжекультуры никак не докажешь обреченности этого пути; они просто не хотели слушать наших возражений и обличении. - Почему же этот путь должен считаться обреченным, если история избрала именно его и осуществляет его? Все превосходно развивается, наука делает замечательные открытия, техника идет вперед и создает невиданное, промышленность процветает, медицина являет все новые достижения, юриспруденция вытачивает свою систему понятий, химия и физика производят миро-потрясающие, а может быть, даже миро-разрушительные опыты и т.д. В чем же обреченность этого пути?!.- Стоя непосредственно перед крушением, в преддверии близящейся мировой катастрофы, люди не хотели видеть, что это не победоносное шествие, а скольжение в пропасть; что формализм и разнуздание суть гибельные координаты; и что властолюбию даются в руки такие средства, которыми оно будет злоупотреблять в всеобщее унижение и порабощение...И вот события последних десятилетий показали, что путь этот есть действительно обреченный путь. Теперь люди скоро убедятся в том, что мнимый прогресс есть в действительности разложение культуры. События заставят их пересмотреть свои воображаемые достижения и обновить свой творческий акт
И.А. Ильин. Путь к очевидности
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_206.htm

Гляну в поле, гляну в небо -
И в полях и в небе рай.
Снова тонет в копнах хлеба
Незапаханный мой край.
Снова в рощах непасеных
Неизбывные стада,
И струится с гор зеленых
Златоструйная вода.
О, я верю - знать, за муки
Над пропащим мужиком
Кто-то ласковые руки
Проливает молоком
С. Есенин



  


СТАТИСТИКА