Самоорганизация и неравновесные
процессы в физике, химии и биологии
 Мысли | Доклады | Самоорганизация 
  на первую страницу НОВОСТИ | ССЫЛКИ   

М. Глушкевич. Русский народ, его земля и история
от 05.12.07
  
Доклады


Народ-же возголосив: Боже, утверди! Боже, укрепи! Да будем во веки едино!


Первая битва
Помчались в бой дружины грозно, смело,
Их не страшили тучи вражьих стрел.
Их Русь звала, их Русь вела на дело,
Пред ними свято-русский стяг горел.
Они шли в бой с врагом и супостатом,
Погибнуть и сражить злодейский род.
Шел сын с отцом и брат шел с верным братом,
Шла Русь крещенная, шел весь народ.
И долго бой кипел. Герои дни и ночи,
Как львы, родное знамя берегли.
Одна лишь смерть могла сомкнуть их очи.
Решалась доля Галицкой земли.
Как львица билась Русь. И задрожали
Ряды врагов, повергнутые в прах.
Ура! герои трижды закричали,
И выше, выше взвился русский стяг.
И день настал, и луч блеснул восточный,
И поле грозной битвы осветил.
И день настал, и час настал урочный,
И враг в постыдном бегстве отступил.
Привет
Я боюсь, что вам чужд будет тихий привет
Сына Родины, темной от горя и бед,
Где, скорбя о пленении прадедных нив
Клонит головы долу хор плакальщиц - ив,
Где краса и веселие - редкие сны,
Где печаль и в цветах и в улыбке весны,
Где страдалец-народ, непокорный судьбе,
Шесть столетий с врагом стоит в грозной борьбе,
Богатырские внуки в могилы легли,
Не дворцы, а курганы встают из земли,
Где и песни - стенание жалкое птиц,
Что средь бурь от родимых отстали станиц,
Где Христос на изрубленном русском кресте
Словно на век застыл в своей скорбной мечте.
Под стопой палача, под клеймом нищеты
Увядали высоких стремлений цветы,
Где-и хаты и люди, и мысль, и дела
Также серы, как осенью низкая мгла,
Где как будьто лишь камней таинственный глас
Миру скорбный про Галич поведает сказ,
Где так чужды нам ласка, участье, привет.
Как ражденным во тьме золотистый рассвет
В.Р. Ваврик. Мариан Феофилович Глушкевич. К 25-лет...Биографический очерк. Машинопись. 1 фото. 1960, 59с.
Предисловие
Галицко-русское княжество, просуществовавшее три столетия (1054-1340), как самостоятельное государство, томилось в польской и австрийской неволе шесть столетий (1340-1939). Находясь на рубеже Востока и Запада, между славянской и германской стихиями, население этой страны во 2-ой половине 19-го века идеологически образовало две родины: Галицкую Русь и Галицию Украину. Галицкая Русь ориентировались на Россию, а Галицкая Украина устремляла свои взоры на Австрию и Германию.
Настоящий очерк Галицкой Украины не касается. В нем будет речь о Галицкой Руси, главнейшими представителями которой после раздела Польши (1772) были: Д.И. 3убрицкий, Русская троица, т.е. М.С. Шашкевич, И.Н. Вагилевич, Я.Ф. Головацкий, Н.Л. Устианович, A.С. Петрушевич, И.Н. Гушалевич, И.И. Шараневич, В.А. Дедицкий, И.Г. Hayмович, В.Д. Залозецкий, В.И. Хиляк, О.А. Мончаловский, Е.И. Калулужняцкий, Ф.И. Свистун, А.А. Полянский, Д.И. Вергун, Ю.А. Яворский, О.А. Марков, Д.А. Марков, Н.П. Глебовицкий, С.Ю. Бендасюк, М.Ф. Глушкевич и много других.
Большинство из них вышло из духовной среды; также, как в России И.Г. Чернышевский, Н.Л. Добролюбов, Н.Н. Страхов и другие, они были прогрессивными деятелями Галицкой Руси. С их именами связаны ее возрождение (1837-1848) и культурное развитое на протяжении почти целого века (1848-1939).
Тяжелый рок тяготел над Карпатами, и только с появлением в них советской армии, просветлело над древним Галичем, и Галицкая Русь обрела полную национальную свободу.
Мариан Феофилович Глушкевич
1

Жизнь Род Глушкевичей вышел из духовного сословия Галицкой Руси. Иоанн Глушкевич был в 1829-1870 годах настоятелем прихода в с. Вороблике на Лемковщине, где, кроме прямых занятий, уделял много внимания просвещению своих прихожан, обучая их грамоте, пению и садоводству. Его сын Феофил (1845-1910) исполнял должность приходского священника в с. Малнове Мостисского уезда (В то время Малновский приход состоял из трех приселков: Мелешки, Дубина и Загорбы. Он насчитывал 2046 русинов, 9 поляков и 52 еврея). Это был образованный человек, любитель словесности и искусства, и его перу принадлежит несколько статей воспитательного содержания. У него было три сына: Мариан, Богдан и Роман. Личности первого из них посвящаем ниже следующие строки.
Имя Мариана свидетельствует о последних лучах влияния польской культуры, господствовавшей на задворках галицко-русской интеллигенции вплоть до 1-ой мировой войны.
Мариан Феофилович родился в 1878 году в с. Малнове. Дома он был обучен начальной грамоте. После окончания 9-го года родители отдали его в немецкую львовскую гимназию, которую он прошел с отличием. Также с отличием он окончил юридический факультет львовского университета, получив диплом доктора юридических наук.
Будучи студентом, Мариан Феофилович принимал деятельное участие в обществе галицко-русских студентов Друг, вокруг которого группировалась молодежь высших учебных заведений. В 1895 году он состоял членом правления, в 1897 году был заместителем председателя, и в 1898 году исполнял должность председателя общества.
Общественную работу продолжал М.Ф. Глушкевич в Бродах, как судья, в 1906-1909 годах. Студенты И.Ф. Гудима, И.О. Пинковокий и В.Н. Котельницкий осуществляли все его мероприятия в городе и уезде.
Прежде всего он оживил жизнь мещан в читальне общества им. Мих. Качковского, затем перевел основательною реорганизацию бродовского уезда, который стал оплотом борьбы за русскую идею в Галичине. Не было воскресения и праздника, чтобы он не выезжал в село с докладом. Особенно много внимания он посвятил воспитанию школьной молодежи, составил для нее специальную грамматику, преподавал ей русский язык и литературу, приобрел для бурсы им. Ф.М. Эффиновича богатую библиотеку русских классиков и устроил даже в своей квартире вечеринку в честь А.С. Пушкина.
Высокий, стройный, интересный, жизнерадостный и энергичный молодой судья был кумиром молодежи. Увидев его, приближавшегося ровной походкой к общежитию, она приходила в восторг. Он сердечно здоровался с ней, и она любила его за то, что гордо отворачивался от людей старого курса, так названных рутенов, что возвышался над мещанской заскорузлостью, подвергал критике реакционное духовенство, умно, плавно и высокопарно вел речь и выдвигал смелые, свободолюбивые и революционные кличи. Посредством своей жены Александры Богдановны, дочери известного галицко-русского писателя Б.А. Дедицкого, он привлек к общественной работе интеллигентных женщин города и при их помощи открыл девичий пансион с преподавательницей русского языка Ниной Щербинской, выписанной из России.
В читальни бывали вечеринки, на которые приходили - патриции и плебеи -: Глушкевичи, Сохоцкие, Шущинские, Сухаровские, Диаковские, Микулины, Онуфровы, Белинские, Дребичи, Полещуки, Ярмолюки, студенты, гимназисты, старших классов гимназии. Вокруг Юлиана Осиповича Кустыновича и Мариана Феофиловича Глушкевича всегда толпилось много молодежи. Все вместе танцевали, пели патриотические и революционные песни, говорили о Славянстве, России, Пушкине, Гоголе, Толстом, Наумовиче, спорили о прогрессе и революции. Все вместе были охвачены одной думой о Родине.
В годы пребывания М.Ф. Глушкевича в Бродах произошли в уезде два важных события для русского дела. В 1907 году на основании первых общих, равных, тайных и непосредственных выборов в австрийский парламент был избран депутатом доктор прав Дмитрий Андреевич Марков 30.000 крестьянских голосов. В 1908 году депутатом в галицкий сейм был избран председатель Русской организации доктор прав Владимир Феофилович Дудыкевич. Это была большая победа русской идеи в Австрии. М.Ф. Глушкевич будучи судьей, зависимым от правительства, не выдвигал своей кандидатуры ни в парламент, ни в сейм, но самоотверженно руководил выборной компанией в пользу выдающихся вождей Галицкой Руси.
Выслужив 10 лет в суде, Мариан Феофилович перебросился на адвокатское поприще. Он переселился в Золочев и в конторе адвоката доктора прав Ивана Драгомирецкого отбыл двухлетнюю практику (1909-1910), и затем действовал как защитник по уголовным делам. Одновременно, в меру возможности, он занимался и общественными делами Золочевского уезда. В начале 1913 от открыл собственную адвокатскую консультацию во Львове.
В древней столице Галицкой Руси Мариан Феофилович привлек к себе сразу общее внимание русского общества, которое, в угаре партийных и национальных страстей народов лоскутной Австро-Венгрии, уже открыто ориентировались на Россию, закрепляли связь со всеми славянами и присоединялись к оппозиции против немецко-мадьярского зажима, за что навлекло на себя ненависть полиции, жандармерии и всех органов государственной разведки. Австрия и Германия лихорадочно готовилась к войне с Россией.
В галицко-русском обществе с тревогой поднимался пафос борьбы и патриотизма. Мариан Феофилович в то время развернул свой ораторский талант. Обладая поэтическим наитием, он ударил по самым чувствительным струнам галицко-русской молодежи и овладел ею совершенно. Это был апогей его дерзания и славы, особенно ярко вспыхнувший во время великого политического процесса журналиста Семена Юрьевича Бендасюка и товарищей. Своими яркими, изысканными и продуманными речами он занял первое место среди защитников Галицкой Руси, какими были В.Ф. Дудыкевич, К.С. Черлюнчакевич и Л.Ю. Алексевич. На М.Ф. Глушкевича молодежь смотрела, как на своего духовного вождя, и на каждом шагу устраивала ему горячие встречи.
Процесс, в продолжении двух лет тщательно подготовленный австрийским прокурором, окончился провалом обвинительного акта как раз накануне первой мировой войны. Восторг галицко-русской общественности быстро сменился неслыханным горем. Еще не прозвучали первые выстрелы пушек, а уже вся интеллигенция Галицкой Руси очутилась в тюрьмах.
Тысячи крестьян повисли на виселицах, тысячи пали жертвой произвольных расстрелов, десятки тысяч были загнаны в ужаснейший конц. лагерь возле Граца, Талергоф.
В.Ф. Дудыкевичу, С.Ю. Бендасюку, Л.Ю. Алексевичу, Г.С. Мальцу, Ю.М. Секало, М.Е. Сохоцкому и М.Ф. Глушкевичу удалось счастливо ускользнуть из рук австрийского палача, но всем им заочно был вынесен приговор смерти через повешение венским дивизионным судом, вместе с лучшими деятелями галицко-русского народа: Д.А. Марковым, К.С. Черлюнчакевичем, В.М. Курыловичем, слесарем Г.Л. Мулькевичем и крестьянином Ф.Я. Дьяковым.
Дикие расправы не спасли Австрию. Карпаты заняла русская армия. М.Ф. Глушкевич возвратился из России во Львов и занял место юрист-консультанта при галицком генерал-губернаторе, а в 1915 году был назначен градоначальником Перемышля.
Из-за отсутствия оружия русские войска вынуждены были уйти из Карпат. Эта была страшная катастрофа и для России и для Галицкой Руси в особенности: население целых деревень уходило на восток в Россию; беспримерный произвол австрийской военщины захлестнул несчастный край.
Среди беженцев в России был и Мариан Феофилович с семьей. Он остановился в Ростове на Дону, где осела основная масса галицкой интеллигенции. В донском университете он пополнил русские юридические дисциплины, особенно философию, уголовное право. Живое участие он принимал в организации гимназии для галичан и работал в качестве юрисконсульта в банке Приазовского края.
В начале 1917 года пала царская власть. Россию охватила революционная волна, затем гражданская война. Мариану Феофиловичу, как каждому галицко-русскому беженцу, довелось претерпеть не мало унижения и обид. В то бурное время совершенно напрасно погиб В.Ф. Дудыкевич, народный вождь Галицкой Руси, погиб в расцвете лет журналист С.А. Лебединский, и многие беженцы не вернулись восвояси.
С разбитым сердцем Мариан Феофилович вернулся в родной Львов. Тут он всецело посвятился адвокатуре и тут закончил второй период жизни, который, несомненно, знаменовал собою явный упадок его поэтического дарования и общественной деятельности. Правда, он принимал еще участие в центральных галицко-русских организациях, возобновивших свою деятельность после австрийского разгрома, был председателем О-ва им. Мих. Качковского, сотрудничал от поры до времени в галицко-русских изданиях, произносил патриотические речи в честь просветителей Галицкой Руси И.Г. Наумовича (1926), Б.А. Дедицкого (1927) и И.И. Шараневича (1929), выступал на собраниях Русской организации и на днях Русской культуры, все-ж таки он уже не вознесся до такой высоты, на какой стоял до первой мировой войны.
По почину общества галицко-русских студентов Друг, 22-го марта 1930 состоялось чествование 30-летия литературной деятельности М.Ф. Глушкевича. С докладом выступил доктор юридических наук А.Е. Хиляк. Юбиляр получил много приветствий от галицко-русских обществ и поодиноких людей в краю и из-за границы. Проф. Ф.Ф. Аристов прислал из Москвы специальную статью, Д.Г. Янчевецкий, приговоренный к смертной казни в Вене, вместе с галицко-русскими патриотами, откликнулся из Ростова на Дону задушевным стихотворением:
Поклон тебе, певец народный,
И полный дружества привет,
Трибун отважный, самородный
И стойкий Галича поэт!
Я получил твоих стихов
Невянущее вдохновенье,
Как будто галицких цветов
Я ощутил прикосновенье.
Попытки молодежи, оживить и расшевелить музу поэта, не увенчались успехом. Он все далее и далее уходил от общественных дел в свое укромное затишье, особенно после трагической кончины жены, сгоревшей в пламени газа. Он стал угрюм, грустен.
Эта грусть Маркиана Феофиловича таилась, несомненно, и в других причинах: в развеянной надежде на национальную свободу Прикарпатской Руси после проигранной Россией войны, в тяжелых условиях Галицкой Руси, в тисках шляхетской Польши. Наконец, долголетняя, неизлечимая болезнь рака подрывала его организм и думу.
Я устал. Мне ненавистен
Мутный бред людских страстей
Я устал от пошлых истин,
От врагов и от друзей,
Стая злых, тупых, холодных -
Труп под сгнившею парчой.
Нет живых, нет благородных,
Сильных любящих душой.
Веру в доблесть подрывает
Зависть жадная невежд,
Яд сомнений разъедает
Души полные надежд.
Одинок, забыт, печален
Меж своих чужой брожу
Я с тоской на храм развалин
Светлых юных снов гляжу.
Эти грустные строки, писал проф. Ф.Ф. Аристов, имеют неоспоримое автобиографическое значение. За последние годы писатель ушел и от общественной жизни и от поэзии, в 1927 году отказался от чествования 50-летней жизни. Будем верить, что молчание поэта лишь временное явление, объясняемое его усталостью и безотрадным положением Родины -.
Напрасно звал Маркиана Феофиловича к прежней работе лучший друг Карпатской Руси. Он остался глухим на его призыв и, правду-матку говоря, уже не в силах был сокрушить змею, точившую его грудь.
После тяжелой операции Мариан Феофилович Глушкевич скончался 17-го июля 1935 года на 57 году жизни, не дождавшись освобождения своей Родины от 600-летнего плена. Похороны его праха состоялись по восточному обряду, так как еще в 1914 году, когда русская армия вошла во Львов покойный, вместе с многочисленными своим земляками, присоединился к православной вере под именем Константина. У гробницы галицко-русских журналистов на Лычаковском кладбище сказал прощальное слово доктор юридических наук А.Л. Павенцкий, который прекрасно знал Маркиана Феофиловича, как коллега по профессии и часто выступал с ним в политических процессах. В самых общих чертах он охарактеризовал его следующими словами:
Когда казавшаяся достигнутой лелеянная в мечтах свободная Родина осталась лишь тусклым воспоминанием минувших дней, когда грянули неимоверные потери и неисправимые ошибки, когда под ударом роковых событий разуверился покойный и когда его душа лишилась самых задушевных былых надежд, тогда в глубине своего сердца он хранил, как нечто самое драгоценное: любовь ко всей Руси, любовь к Руси всех времен и всех пространств, ко всем ее разновидностям: вольному Новгороду, гордому Пскову, державной Московии, думной Украине, тихой Волыни и древнему Галичу. Всю Русь широкую, как корабль дальнего плавания, любил он любовью одинаковой. С годами она превратилась в скорбную печаль, тем более печальную, что душа поэта терзалась от бессилия. Эта скорбящая любовь к Руси будет ему путеводной звездой по ту сторону Стикса, когда он ляжет в этой гробнице рядом с Луцыками, Пелехами, Мончаловскими и Дедицкими -.
Кроме А.Л. Павенецкого, на смерть М.Ф. Глушкевича откликнулись его товарищи-адвокаты Евгений Давидяк, Дмитрий Сосюкало и еврей доктор Зоммерштейн, отметивший в личности М.Ф. Глушкевича человека высоких качеств, глубокого мыслителя и прекрасного юриста-защитника. Некрологи поместили львовские издания: Життяi право, Календарь о-ва Мих. Качковского, Русский голос, Дiло, Новый час, Земля i воля, и варшавские газеты: Слово, Русское Слово, Wiadomosci ukrainskie (с.1-9)
...
Избранные стихотворения Статьи критиков, как бы они не были хороши, не в силах сказать о писателе столько, сколько могут сказать о нем его собственные сочинения. Поэтому пусть сам читатель судит о таланте М.Ф. Глушкевича, по его-же мыслям и чувствам, высказанным им в стихах (с.22)

Друзьям
М.Ф. Глушкевича

Когда, друзья, мечтами опьяненный,
Я ваших весь заслушаюсь бесед,
Тогда пред вашим кругом преклоненный,
Твержу вам мой восторженный привет:

Вперед, вперед, герои молодые,
Ставайте под родное знамя в ряд,
Любви, науки меч и щит святые
Пусть славой родину нам озарят!

Пусть труд, тот гордой вольности родитель
Страстям, безволью, лжи живой укор,
Приемлет вас в священную обитель,
На вас направит прочих братьев взор!

Бодритесь духом, силы призывайте,
Пусть силу духа освятит любовь,
Свободой гордые главы склоняйте
Пред верой в счастье будущих веков!

Заветные слова святой отчизны:
За Русь и за свободу, жизнь и труд -
Пусть, наконец, трудами нашей жизни,
В желанный, прочный подвиг, возрастут!

А ты, великий, мощный, неизменный,
Ты, русский дух, свой храм благослови
И юный жар дружины вдохновенной
Огнем святых порывов оживи!
О.А. Мончаловский. Родина. Сборник избранных русских стихотворений. Собрал и издал для галицко-русской молодежи О.А. Мончаловский, Львов, типография Ставропигийского института,1905
http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_689.htm
  

Мариан Глушкевич. Сказание о князе Романе Галицком

Не заря тихо по небу катится,
Не злат месяц гуляет по нивушкам,
На коне, из похода злосчастного,
Князь Роман мчится в замок свой галичский.
А в груди его рана кровавая,
А из раны той струйкою алою
Кровь, сквозь латы, дымясь, пробивается
И по корзну (зипун) сочится по княжьему.

Всю дружину удалую, храбрую
На полях Завихостских оставил он.
Она спит там, сном вечным повитая…
А он скачет - дружинушки новые
Собирать и со славой вернутися,
Зане в Галиче чада осталися:
Святогоровы внуки хоробрые,
Молодецкие отроки юные
И вся дума его седоглавая…

Мчится вихря быстрее Мстиславович…

Поднебесного грома грознее он
И светлее палючей он молоньи…
И отходят с пути его в сторону
Цепи гор, пред конём расступаяся,
От ударов подковы серебряной
Озаряется ночи тьма тёмная,
Алым полымем степь занимается,
А вдале слышны вои звериные…
Да стенания птицы испуганной…

Мчится вихря быстрее Мстиславович…

А как в землю вступил он родимую,
Совершилось тут чудо великое:
По дороге ль он скачет иль по полю,
По лесам, по зелёным ли нивушкам,
Из земли встают витязи славные,
Подымаются мстители грозные,
Все в кольчугах и шлемах чеканенных,
Кто колчаном с стрелами пернатыми,
Кто копьём, кто мечём потрясаючи,
И зовут: Гей, Роман - свет Мстиславович!

Ты сзывай нас на рать на великую,
Ты веди нас на битву кровавую,
Чтобы наша земля старорусская
Вся до пяди осталася вольною,
Чтобы вражья соха не тревожила
Богатырских могил святопамятных!
За отчизну, за Русь православную
Буйны головы сложим мы вО стократ!.

Слышит князь голоса эти грозные,
И в груди его сила великая
Бурей-вихрем растёт-подымается…
Прискакал он ко граду зубчатому,
Устремил в него взоры орлиные
И зовёт, истекая весь кровию:
Гей, вы отроки, други, гей, соколы,
Святогоровы внуки хоробрые!
Вы звоните мне в колокол нАбольший,
Вы трубите во трубы мне звончаты,
Чтоб все батыри русские слышали,
Вы сзывайте мне вече народное,
Собирайте вы рати великие
И ведите на битву кровавую
За отчизну, за Русь православную!
Гей, вы, други, что волки удалые!

Но не кончил он речь богатырскую, -
Одолела, знать, рана кровавая, -
Так и умер под замком он галичским…
А на замке дружинники втепоры
За ковшами сидели и брашнами,
Пели песни гусляры разгульные,
У бояр были головы пьяные…

В стране ж, на родимой сторонушке,
На Днестре, на Сбруче и на Серете
Алым полымем степь занимается,
Озаряется ночи тьма тёмная:
Из костей встают мстители грозные,
Подымаются витязи славные,
Собираются силы несметные…
Денно нощно там ждут-дожидаются,
Что вожди к ним удалые явятся,
Поведут их на битву на рать,
За отчизну, за Русь умирать…

До сегодняшня дня дожидаются…

Свободное Слово Карпатской Руси
http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_736.htm


Ф.Ф. Аристов. Славянская Дума. Вып.4. Ряд статей по важнейшим для сознательного Славянства вопросам. Галицко-русские писатели (В.Д. Залозецкий, Д.Н. Вергун, М.Ф. Глушкевич). Москва, Славия, 1911

Мариан Феофилович Глушкевич родился 31 марта 1877 года, в Прикарпатской Руси, в деревне Дыдеве, Турчанского округа, где отец его в то время был приходским священником. 9-ти лет он был отдан в немецкую гимназию во Львове, по окончании которой, 17 лет, поступил на юридический факультет польского, Львовского университета. Уже в годы студенчества, М.Ф. Глушкевич принимал деятельное участие в галицко-русском национальном движении и, как убежденный и стойкий руссофил, был избран председателем общества русских студентов „Друг".
По получении университетского образования, он поступил в суд и служил в разных городах Галицкой Руси: Перемышле, Львове, Золочеве и Бродах. Чиновничья карьера никогда не поглощала всецело писателя и он всегда находил время, чтобы служить народному русскому делу в качестве практического работника и журналиста. Где бы не приходилось жить М.Ф. Глушкевичу, он везде основывал для учащейся молодежи частные курсы русского языка, истории и литературы, а кроме того сотрудничал в журналах: „Живое Слово" (1899г.), „Научно-Литературный Сборник Галицко-Русской Матицы" (1901-1902гг.), „Живая Мысль" (1902-1904г.г.) и „Новая Жизнь" (1908-1909гг.). Прослужив 9 с половиной лет, М.Ф. Глушкевич вышел (в 1910 году) в отставку и, поселившись во Львове, сделался одним из главных сотрудников газеты „Прикарпатская Русь.
Стихотворения М.Ф. Глушкевича изданы в двух небольших книжках: это - „Мелодии (Львов, 1903г., 48с. Цена 1 кор.) и „Собрание стихов. Книга вторая (Львов, 1907г., 45с., издание кружка русских студентов. Цена 1 кор.)
В своих „Мелодиях" М.Ф. Глушкевич лирик чистой воды: он воспевает любовь и красоту природы.
Любовь изображается поэтом во всех ее оттенках, начиная с неясных, целомудренных грез и кончая бурной, огнедышащей страстью. Как музыкально и чутко передана зарождающаяся любовь молодого сердца:
Невинные, несмелые,
Прекрасные мечты,
Как духов крылья белые,
Как белые цветы,
Они лишь раз нам снятся.
Как тучек тени вешние,
Как призраки весны,
Незримые, нездешние,
Несбыточные сны,
Они не возвратятся...
А вот стихотворение „Демон", которое можно смело назвать гимном торжествующей, пламенной страсти:
И в миpе я превечно, дни и ночи,
Как искуситель буду пресмыкаться,
Как хищный зверь, потупя хитро очи,
Над детской лаской, над сердечным другом,
Над вашим добродетельным супругом,
Над вашим Богом буду надругаться!
Я храм святых надежд в душe разрушу,
Я осмею молитвы пред лампадой,
И жаждою безумной взвихрю душу:
Ха-ха, молись! Ха-ха, молись - и падай!
А не успею так добиться цели,
Тогда я, красоту взяв у искусства,
Взбунтую ваши подкупные чувства:
Вселюся в мрамор формою чудесной,
Блесну в картине краскою небесной.
Разсыплюсь песен чудною волною...
Иль над священным пологом постели
Как сон в ночи явлюся сладострастный,
Повисну грезой жгучей и всевластной
И обниму вас нежной пеленою...
Я царь земли, вся жизнь в моей есть власти!
Вы знаете, кто я? Я - демон страсти!
Поэт положительно преклоняется пред природой и это всюду чувствуется при чтении его стихов.
Я видел: в отблеске румяном
Закат весенний угасал
Восток подернулся туманом,
На землю тихий сон слетал.
В это время, тучки шли на ночлег и, немного опоздав, ускоряли свой бег, -
Нo вот одна из них отстала,
Ей не догнать сестричек-туч!
Она уж путь свой потеряла,
Для ней угас заветный луч.
Напрасно бедная просилась
К небесным высям на покой,
Напрасно зоренькам молилась,
Терзаясь страхом и тоской.
Иная жизнь небесной снилась -
В красе полей, в земных цветах,
И чуя смерть, она склонилась
И вся растаяла в слезах.
Во втором своем сборнике стихов, М.Ф. Глушкевич, кроме любви и красот природы, касается еще национально-гражданских мотивов, а также дает образцы эпической поэзии.
Из лирических стихотворений второго сборника, особенно выделяются: „Ты помнишь", „Мы зимние цветы-снежинки" и „Я ждал тебя". В первом из них воспевается любовь, во втором - природа, а в третьем изображено настроение и чувство поэта в зависимости от природы: надежда, любовь и обманутость соответствуют весне, лету и осени.
Но наибольшей силы талант поэта достигает в стихах с национально-гражданской окраской. „Замолкни праздная орава" - самое глубокое произведете М.Ф. Глушкевича на эту тему.
Наконец, в „Сказании о князе Романе Галицком" и в „Сказании о княжиче и рыбачке" автор очень удачно подражает эпической поэзии.
Познакомив с основным характером поэзии М.Ф. Глушкевича и отметив ее достоинства, укажем теперь и на некоторые недостатки. Прежде всего бросается в глаза некоторая вычурность языка („молитвой злой", „одуванчик счастья", „белозвездный мост" и т.д.), которую надо объяснить влиянием символизма и декаденства. Затем попадается неточность рифмы („приличий" и „обычай", „царь" и „дар", „час" и „вяз" и т.д.). Но всего досаднее встречать неудачные и неправильные выражения, благодаря которым обезценивается иногда очень хорошее стихотворение. (Отметим часть таких промахов: „плынут (?) звуки", „лёт", „отара" (?), „стадно", „прыснуть (?) цепи" и проч.).
Все эти недостатки вполне оправдываются тем, что поэту пришлось изучать русский литературный язык, не в школе(в Прикарпатской Руси, как известно, обще-русских школ нет), а частным образом, при помощи чтения русских книг. Можно сказать с уверенностью, что при новом издании своих произведений, автор устранит все указанные недочеты.
М.Ф. Глушкевич обладает безусловным поэтическим талантом, что уже и было отмечено критикой.
Вот как характеризует поэта Ю.А. Яворский („Научно-Литературный Сборник Галицко-Русской Матицы", 1902, кн.4):
„Да, Глушкевич поистине поэт Божьей милостью. Чистейшей пробы поэт-лирик, вдумчивый и изящный, яркий и утонченный, какого серая и глухая Червонная Русь доселе еще не имела и не слыхала вовсе. Если какое-либо сравнение вообще может хоть приблизительно выразить сущность писателя, то творчество Глушкевича нельзя, кажется, охватить в лучшее и существеннейшее определение, как приравнив его к нежной и изящной поэзии Фета: так близко и живо напоминает он этого превосходного русского лирика, как по направлению и объему, так и по внешней отделке и форме своего творчества, во всех его преимуществах и прелестях с одной, и в изъянах и недостатках, с другой стороны. И пусть это назовут преувеличением или эвфемизмом, но название: „червоннорусский Фет" - конечно, mutatis mutandis, - нам кажется самым верным и существенным определением поэтического характера Глушкевича".
„В этих двух маленьких книжечках стихов Глушкевича, - говорит Вера Ник. Вергун (в том же журнале, на 1908г.), - проявляется несомненное дарование. От него мы в праве ждать еще многого. Конечно, каждый алмаз нуждается в шлифовке, каждое дарование требует упорного труда по пути самосовершенствования. Но главное - налицо искра Божия, остальное-приложится".
В заключение сделаем общую характеристику М.Ф. Глушкевича, как поэта.
Талант М.Ф. Глушкевича заметно совершенствуется. Вторая книга стихов отделена от „Мелодий всего пятью годами, а какой виден прогресс в красоте формы, в глубине содержания и разнообразии тем. Лирика стала более чуткой и нежной, появились сильные произведения на гражданские мотивы, наконец, творчество настолько окрепло, что легко справляется даже с очень трудной эпической поэзией.
http://rusyns-library.org/galicko-russkij-pisateli-f-aristov/ 2Мб М.Ф. Глушкевич

РГАЛИ. ф. 196 (фонд Ф.Ф. Аристова) оп. 1 ед. хр. 14
Адвокат Д-р М.Ф. Глушкевич. Тел.18-88
Львов. Валовая ул.14

В письме от 3 июня 1930 - Стихотворения выслал Вам 27 мая двумя заказными письмами...Думаю в стих. Европа - слова - злой и хитрый ум - заменить словами - злой и подлый ум, в стих. Прошла гроза - слова - и снова свищет мокрый дрозд - заменить словами - и мокрый снова свищет дрозд, в стих. Русь - слова - в творческом дыму - заменить словами - и в дыме творческом.
Биографии не посылаю, т.к. к тому что Вы написали, нечего прибавлять.
Думаю, что лучше издать не полное собрание, а избранные стихотворения. Неотмеченные карандашом, я думал бы пропустить, т.к. это слабые, юношеские вещи. Впрочем, во всем полагаюсь на Вас, включительно до порядка и изменений.
Прилагаю оттиск клише и еще 2 юношеских стихотворения...(текстов стихотворений в архиве РГАЛИ не обнаружено)
 
Документ (все по чину, машинопись, с печатью польскою) об авторских правах М. Глушкевича - Ф. Аристову 13 июня 1930г.
Ф.Ф. Аристову в Москве
Я, нижеподписавшийся, галицко-русский литератор Мариан Феофилович Глушкевич, настоящим письмом предоставляю проф. Аристову Федорову Федоровичу все авторские права на издание полного собрания моих стихотворений в России и других странах сроком до конца 1935г.
Профессор Ф.Ф. Аристов получает от меня полномочия вести все без исключения переговоры и заключать с изданиями письменные договоры на печатание полностью или по частям моих стихотворений, их редактирование, корректирование, снабжение вступительным очерком и примечаниями, иллюстрирование портретами и другими рисунками и бесплатное получение установленного количества авторских экземпляров.
Настоящее письмо-доверенность составлено в 3 нотариально заверенных экземплярах, из которых один остается у меня и два передаются в распоряжении проф. Ф.Ф. Аристова.
Львов. 13 июня 1930г. Подпись (нотариальные приписки на польском)

(от руки)
Глубоуважаемый Профессор!
Посылаю в 2 экз. биографию. Клише в Закарпатскую Русь передал...
Примите уверения в моем глубоком к Вам уважении
31/7. 1930. Глушкевич (подпись)

(машинопись, в 2-х экз.)
Мариан Феофилович Глушкевич
Автобиография
(составил для труда Ф.Ф. Аристова - Карпато-русские писатели)
Я родился 19(31) марта 1877 в деревне Дыдеве, Турчанского округа (Галичина), где жили тогда мои родители: отец Феофил Антонович приходской священник и мать - Евгения Осиповна (урожд. Шайдицкая). После домашней подготовки под руководством своего отца, воспитанника русского лицея в Пряшеве на Угорской Руси, писавшего в галицко-русских газетах, я был отдан, 9 лет, в немецкую гимназию во Львове, по окончании которой, 17 лет, поступил на юридический факультет Львовского университета. Огромное влияние на выработку моего характера оказала мать, женщина редкой энергии, убежденная русская патриотка, любившая музыку и литературу и напечатавшая несколько своих разсказов из жизни русско-галицких крестьян в изданиях Общества им. Михаила Качковского. В гимназии и университете горячая любовь к русскому слову развилась у меня под влиянием старших товарищей (Д.Н. Вергуна, Ю.А. Яворского) и известных тогда писателей и народных деятелей (В.Ф. Луцыка, О.А. Мончаловского, В.Ф. Дудыкевича). С шестого класса гимназии я начал знакомиться с произведениями русских классиков. В седьмом уже классе мне попалось  в руки Преступление и наказание Ф.М. Достоевского; этот роман, я читал не отрываясь три дня, забыв при этом совершенно об уроках и гимназии. В годы студенчества принимал деятельное участие в общественном движении и был избран председателем галицко-русского студенческого общества Друг. При получении университетского образования поступил я в суд и служил в разных городах Галикой Руси: Перемышле, Львове, Золочеве и Бродах. Тогда уже появилось в основанном в 1899г. Ю.А. Яворским журнале Живое Слово первое мое печатное произведение - стихотворение Поэтессе. После этого первого опыта, я написал ряд стихотворений, которые Ю.А. Яворский помещал  в редактируемых им изданиях Живое Слово (1899г.) и Научно-Литературном сборнике Галицко-Русской Матицы (в 1901-1902). Затем печатал критические статьи и стихотворения в Живой Мысли (1902-1904) И.С. Свеницицкого, Науке (1907-1908) и Руси - И.И. Процыка и студенческом журнале Новая Жизнь (1908-1909). Куда бы не забрасывала судьба, я везде основывал для русской молодежи частные курсы русского языка, истории и литературы, а также издал с этой целью руководство Практический курс русского языка (Львов, 1908). Свои сочинения писал главным образом на общерусском литературном языке. Кроме того напечатаны мои разсказы, стихотворения и научно-популярные очерки для народа и на местном галицко-русском наречии в Науке и Руси - И.И. Процыка и в изданиях Общества им. Михаила Качковского. Стихотворения изданы в трех сборниках: Мелодии (Львов, 1903, 48с.); Собрание стихов. Книга вторая (Львов, 1907, 45c.); Символы и иллюзии (Львов. 1922, 40c.). Прослужив 9 с половиной лет в суде, вышел в отставку и поселился во Львове, где до половины 1911 года принимал деятельное участие в газете Прикарпатская Русь, состоя членом редакции. Затем переселился в Золочев и посвятил себя адвокатской практике; через два года выдержал требуемое австрийскими законами (для получения звания присяжного поверенного) экзамены и зимой 1913г. переехал опять во Львов, где открыл собственную адвокатскую контору. Здесь я живу и в настоящее время, не переставая изредка помещать свои произведения в местных изданиях.
С 1905 года женат на Александре Богдановне Дедицкой, дочери маститого галицко-русского деятеля и писателя Богдана Андреевича Дедицкого.
Летом 1914 года я защищал перед Львовским уголовным судом, вместе с покойным ныне В.Ф. Дудыкевичем и Л.Ю. Алексеевичем и здравствующим К.С. Черлюниакевичем молодых галицко-русских общественных деятелей: Бендасюка, Колдру, свящ. Сандовича и свящ. Гудиду, обвиняемых в государственной измене. После этого процесса, длившегося более двух месяцев и окончившегося оправдательным приговором, я выехал, вместе с женой и дочерью в Россию, желая отдохнуть в Крыму и на Кавказе. В момент посадки на пароход, отходящий из Одессы в Севастополь, нами были получены сведения об обьявлении войны. Списавшись с пребывавшими в это время в России галицко-русскими деятелями, я возвратился в Киев, где нами был организован Комитет освобождения Прикарпатской Руси, осведомлявший, путем изданий, русское общество о нашей Родине. После занятия русскими войсками г. Львова, я переехал во Львов, где участвовал в возобновленной нами газете Прикарпатская Русь, а равно принимал весьма живое участие в деятельности местных русских обществ и учреждений. Вместе с этим я занимался адвокатурой и выступал неоднократно в качестве защитника перед русским военно-окружным судом во Львове.
В виду оставления русскими войсками Галичины я выехал летом 1915г. в Киев, а оттуда в Ростов на Дону, где служил сперва в местном отделении Московского Народного Банка (секретарем), а затем Юго-Восточном Кооперативном Банке (сперва секретарем, затем инспектором). Совершая п делам банка служебные поездки, я имел возможность познакомиться с людьми и жизнью многих губерний и областей России. В Ростове на Дону я участвовал в литературно-худож. журнале Чашка Чаю, в каковом были помещены некоторые мои стихотворения, а также в газете Ростовская Речь. Кроме того, работал в Комитете помощи беженцам.
Летом 1920г. я возвратился во Львов и возобновил свою адвокатскую контору. В течении нескольких лет состоял председателем (по выбору) народно-просветительского Общества им. Михаила Качковского, участвуя в изданиях этого общества.
Мои профессиональные занятия не позволяли мне серьезно отдать себя литературе. Все мои стихотворения написаны мною буквально в вагоне.
Некоторые из моих стихотворений Демон и несколько др. были переведены на польский язык (Макс. Финслером), несколько стихотворений было положены на ноты известными русскими композиторами - И.И. Церохом, И.И. Яворским и В.Я. Вербицким.
Невыразимо люблю русский язык. Считаю, что он невиданная в мире красота и неисчерпаемое богатство. И неудивительно, ведь он - плод духа русского народа. Дух, который горит, перегорает, но не сгорает!
- Подпись Глушкевич
РГАЛИ. ф. 196 (фонд Ф.Ф. Аристова) оп. 1 ед. хр. 14
Письма Глушкевича Мариана Феофиловича - Аристову Федорову Федоровичу; доверительное письмо М.Ф. Глушкевича - Ф.Ф. Аристову на издание последним полного собрания стихотворений М.Ф. Глушкевича. Автобиография М.Ф. Глушкевича, составленная для труда Ф.Ф. Аристова - Карпато-русские писатели

http://www.rgali.ru/

М. Глушкевич. Русский народ, его земля и история
Др. Мариан Глушкевич. Русский народ, его земля и история. Львов, 1912
Вступление
Вступление В нынешний трудный и тяжкий час, коли кровь и слёзы напоили русскую землю, коли каждый день несе новое горе и грозит новою бедою, коли все мы забыли, що то мир и счастье, в такий лютый час сама собою родится мысль взглянути на минувшость, щобы зачерпнути силы и надежды на будущность. Особенно важна та мысль для нас, сынов Прикарпатской, то есть Галицкой, Буковинской и Угорской Руси, где не только немцы, поляки, мадьяры и жиды змовилися загладити русский народ, но также межи самими русскими людьми закипела братоубийственная борьба, которая горше всякого ворога нищит нашу народную силу и на части розрывае народное сердце. Видячи то всё, що творится последними часами у нас, не один русский чоловек начинае таки направду боятися, що Галицкая, Буковинская и Угорская Русь погибне, пропаде на все часы. Но чи-ж можно погодитися с такою гадкою? Не, не, и еще раз не! С такою страшною мыслью не годится ни розум ни сердце. Бо и розум и сердце русского чоловека говорит, що Русь, которая за тысячу лет своей истории пережила и вытерпела столько бед и бурь, выйде счастливо и из той беды, выйде победна, сильна и могуча, як колись. Пару веков боролся русский народ с дикими розбойниками и напастниками: с печенегами и половцами, що опустошали и грабили киевское и соседнии с ним княжества. Потом татары нападали на Русь, ловили русских людей в хатах, на пашни, на покосе, и снова довгие веки держали в неволе русскую землю. Вслед за татарами появились дикии литовцы, що под свою власть забрали многии русскии земли. Потом шведы пошли войною на руский Новгород, а немцы на русский Псков, а по их примеру и разом с ними ходили и поляки на Русь, ходив и великий французский полководец и цесарь Наполеон со всеми народами Европы, котрых подбив под свою власть - а все ходили все на то, щобы забрати русскую землю для себе, щобы загладити русский язык и русскую веру, щобы розбити Русь и русских людей зробити своими слугами.
Но русский народ устояв. Он сам один, без помочи других народов, победив всех своих ворогов. Он победив татар на Куликовом поле, он поразив на голову немцев, он прогнав и поляков из Москвы, русский царь Петр Великий розбив и шведов, Русь победила и Наполеона сь его 12 народами. В тяжкой борьбе за свое житье единилася, собиралася и крепла Русь. Печенеги и половцы давно исчезли, татары, хоть и живут еще и до ныне, но, слабыи и безсильныи, они доживают свой век на службе у русского народа. Те немцы, литовцы, латыши, шведы, финны и те поляки, що колись хотели завоевати Киев, Новгород и Москву, все они, а що найменьше часть их ныне суть подданными русского народа. И так Русь крепла и росла, и сотворила одну из найбольших и найсильнейших держав, якии только видев свет. Ту державу создала Русь сама одна, создали русские люди только своими власными силами.
Отки-же взялася у русского народа та великая сила? Щобы отповести на то, треба познати русский народ, познати его тело и душу. Другими словами: треба познати с одной стороны землю русского народа, его численность, его рост и силу его прироста, а с другой стороны познати его душевные свойства, его историю и веру...
численность
Под конец 1910 року всёго русского народа було 110.000.000...
Из того числа жило в 1910 роце в России 105.000.000 душ, а в Австро-Угорщине 4.500.000, т.е. четыре миллионы пятьсот тысяч, именно:
в Галичине - 3.480.000
в Буковине - 360.000
в Угорщине - 660.000
с.14
Ярослав Осмомысл, который росширив свое княжество от Люблина аж до Чорного моря. Он водив свои полки аж на реку Дон против половцев и помогав другим князьям боротися с ними. За него не важилися на нас нападати ни поляки ни венгры; галицкие русские купцы мали власныи корабли и плавали по Днестру в Чорное море а оттам до Дунае и торговали с всеми народами. Словом, при Ярославе Галицкая Русь була цветущая, богатая на весь свет
с.16
Слово: Россия, россияне в первый раз употребив московский митрополит Исидор, принявший унию с Римом (1439г.). То слово есть только греческая форма слова Русь и в таком отношении находится к последнему, як латинское: полония до польской формы: Польска. Исидор, будучи греком, то и неудивительно, если он в русский язык впровадив греческую форму. Замечательно, що слово Россия в первый раз було услышано в нашей Червонной Руси, в 1440г. Именно Исидор вертаючи из Флоренции и перезджаючи через нашу Червонную Русь, в 1440г. издав в обороне одного священника, преследуемого польскими властями, послание до староств и воевод, которое начинается теми словами: Благословение Исидора митрополита Киевского и всея Руси, легастоса (легата) от робра (ребра) апостолского седалища Лятьского и литовского и немецкого в Холме о светом дусе сыном нашого смирения старостам Холмским и воеводам - и.т.д. Слово Россия, россияне, принятыи в книжном языце на самперед в нашой Червонной Руси, потом перешли в Киев, а с отти в Москву. Доперва Петр Великий свое государство назвав Россия. Униатскии митрополиты всегда себе называли митрополитами - всея России.
Так обстоит дело с названием Русь, Россия, из-за котрых у нас були и есть ссоры, а даже преследования и гонения, будто по политическим причинам. То плоды невежества, недостатка науки у нас! Одно и другое слово обозначает одно и тоже!

Да будем во веки едино
...Послы царя прибули до Переяславля, куда Хмельницкий скликав великую народную Раду, козаков и делегатов от всех мест и сел Киевской Руси и сказав такую беседу: Панове полковники, есаулы, сотники, всё войско запорожское и вси православные христиане! Всем вам ведомо, як Господь Бог освободив нас из рук врагов, преследующих церковь Божию, оскорбляющих всё христианство нашого святого православия, хотящих искоренити нас так, шобы и имя русское не упомяналось в земле нашей. Всем вам стало видно, що не жити нам больше без царя. Длятого то мы собрали сегодня раду, явную всему народу, щобы вы собе выбрали владетеля из четырех, якого хочете: первый - султан турецкий, другий - хан крымский, третий - король польский,  четвертый - царь православный Великой Руси, которого уже шесть лет мы безпрестанно умоляем быти нашим царем и владетелем. Тут кого хочете, того и выбирайте! Султан турецкий -  бисурман; всем извесно, якую беду терпят православные греки от безбожных турков. Крымский хан также бисурман; хотя мы из нужды и завелись с ним дружбу, то однако приняли через то нестерпимыи беды и нещадное пролитие крови христианской. От притеснениях от короля и польских панов не треба и сказовати: сами знаете, що они почитали лучше жида и собаку, чем нашого брата христианина. А православный русский царь-государь одного с нами русского богочестия; мы с православием Великой Руси едино тело. Сей то великий царь христианский, сжалившись над страшными муками русского народа и нестерпимым оскорблением православной церкви в нашей Малой Руси, склонив к нам милоствое свое царское сердце и прислав до нас своих людей с царскою милостью. Возлюбим его с усердием. Кроме его царской руки не найдем счастливейшого пристанища. А кто не захоче, тот най иде, куда хоче: вольная дорога!
На ту беседу весь народ закричав: Волим под русского царя православного!
Полковник Переяславский став обходити майдан кругом, пытаючи: Чи все так изволяете? - Все! - кричав народ.
Тогда Хмельницкий воскликнув громким голосом: Да будет тако! Да укрепит нас Господь под его царскою крепкою рукою!
Народ-же возголосив: Боже, утверди! Боже, укрепи! Да будем во веки едино!
Кто разуме и чуе всю красоту и силу сих святых слов молитвы, той зрозумее, якое сильное було у наших малоруссов козаков сознание единства русского народа
карта
Карта русского народа этнографическая (желтым цветом - инородцы на русской земле)
***
Мариан Феофилович Глушкевич (1878-1935) Доктор юридических наук, судья, адвокат, общественный деятель. В политической деятельности был сторонником так наз. нового, возглавляемого В.Ф. Дудыкевичем, курса, идеологией которого было - в условиях Австро-Венгрии - национально-культурное единство всех трех ветвей русского народа - великороссов, малороссов и белороссов, а впоследствии и политическое единство с Россией. В 1915г. отступил с русской армией в Киев, затем в Ростов на Дону. После революции возвратился на родину.
Мариан Глушкевич - поэт, лирик. Стихи его вышли в трех небольших сборниках: Мелодии (1903), Собрание стихов (1907), Символы и иллюзии (1922)
В.Р. Ваврик. Краткий очерк Галицко-Русской письменности
http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_673.htm
Наталья Гаттас. Чары Галицкой Руси
http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_722.htm
Мариан Глушкевич. Чары Галицкой Руси
http://www.zrd.spb.ru/books/marian.pdf
Присоединение всей Прикарпатской Руси к России - неизбежная историческая национальная задача - ея, требует, как вопрос национального достоинства, самой решительной и прямолинейной политики...Обьединение всех русских племен - национальный идеал России...является заветной идеей русской нации в ея целом
Да будем во веки едина - Знаменщица Русского Народа
М.Ф. Глушкевич. Взгляд на прошлое, настоящее и будущее Прикарпатской Руси в связи с великой войной. Ростов-на-Дону: изд. А.Г. Батыкого на складчину ростовских Карпаторусских беженцев, 1917, 32с.
http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_713.htm
КарпатоВедение
http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_755.htm

  


СТАТИСТИКА