Самоорганизация и неравновесные
процессы в физике, химии и биологии
 Мысли | Доклады | Самоорганизация 
  на первую страницу НОВОСТИ | ССЫЛКИ   

К Царю морскому Варуне
от 19.12.07
  
Самоорганизация


Венде врентетесе до земь нашiех о ступы древлiе а глендете ещье пощаре iнi яко ве дне оходу одо ПентыРiещеце i СемеРiеще кiльбова о десунь отщецена од ны - Дощ.36а

По морю, морю синенькому,
Вдоль по синему морю да по Волынскому,
Там бежало, выбегало-то тридцать кораблей.
Что тридцатой-от кораблик наперед всих забегал,
Наперед всих забегал, да как соколик залетал,
Он хоботы мечет по-змеиному,
А нос и корма по-звериному,
А бока зведены да по-турецкому.
Хорошо были корабли устроены:
Палуба на корабли дубовенькая,
Она белого дубу все заморского;
А цепи-то, канаты все шелковенькие,
А машточки на корабли кизила дерева,
А стеньги, брамстеньги - кипарису дерева,
А реи-ти, брамреи - дубовенькие,
А оснасточка на палубе шелковенькая,
А парусы на корабли полотненые,
Они белого полотна да все голанского.
А на место очей было у корабля
По дорогу камню драгоценному,
А на место бровей было у корабля
По черному соболю сибирскому,
А на место ушей было у корабля
По серенькой лисице по бурнастые.
Хорошо было на корабли устроено:
А устроена беседа, словно рыбей зуб,
Во беседушке сидел да удалый молодец (имя рек),
Он ведь стружочку строгал из каленой стрелы
Он ведь стружочку строгал, во синё море метал,
Уронил с руки колечушко, злачён перстень.
Тут возговорил-промолвил удалой молодец:
- Уж вы гой еси, слуги мои, слуги верные,
Вы берите-ко, слуги, золоты ключи,
Отмыкайте-ко, слуги, окованы сундуки!
В эфто время слуги-то не ослышались,
Они брали со стены да золоты ключи,
Они брали три нёвода шелковые,
А заметывали слуги во синё во морё.
Они не выловили ему да злачёна перстня, -
Они выловили три окуня златопёрые:
Первый окунь - во пятьсот рублей,
А второй-от окунь - цела тысяча,
А третьему-то окуню и цены-то ему нет.
Есь ему цена во Новом городе, в Золотице деревне,
Есь ему оценшичек - удалой молодец (имя рек).
На житье, на еденье, на кушанье и на богачество!
Здунай (Три окуня златоперых). Печатается по тексту архива: РО ИРЛИ, Р. V, колл. 72, п.1, 14. Записано В.П. Чужимовым в 1934г. от Ивана Егоровича Точилова, 45 лет, в д. Нижняя Зимняя Золотица на Зимнем берегу Белого моря. Песня - поздравительная корабельщику после окончательной постройки корабля. Каждый стих песни сопровождается припевом - Здунай
http://feb-web.ru/feb/byliny/texts/nov/nov-236-.htm
- Песни древних, хотя они не таким порядком складываны, чтоб за историю принять было можно, однако же много можно в недостатке истории из оных нечто к изъяснению и в дополнку употребить - Василий Татищев
- Новгородцы одержали не одно токмо имя свое славенское, но и язык сродных себе славян, около Дуная и в Иллирике обитающих, который много сходнее с великороссийским, нежели с польским, невзирая на то, что поляки живут с ними ближе, нежели мы, в соседстве - Михайло Ломоносов
К Царю морскому Варуне
В высоком тереме, о Варуна, самосущий,
В стовратном побывал я - в доме твоем.
РВ VII, 88.5 К Варуне


Распространение былины Садко в европейской части страны
Былина о Садке записывалась нечасто. Всего известен 51 текст, из них по 10 вариантов записано на Пудоге и на Печоре, шесть вариантов - у донских казаков, по пять вариантов - в Заонежье и на Зимнем берегу Белого моря, по два варианта - в Русском Устье Индигирки и среди казаков-некрасовцев, по одному варианту - в Кондопожской вол. Петрозаводского у., в Повенецком у., на Выгозере, на Карельском берегу Белого моря, на Пинеге, на Кулое, в Коношском р-не Вологодской губ., на нижнем течении р. Колымы. Неизвестно, где были сделаны три самые ранние, до начала 70-х годов XVIII в. записи, помещенные в сборниках Кирши Данилова и М. Д. Чулкова
http://feb-web.ru/feb/byliny/texts/nov/nov-362-.htm?cmd=2

Настоящим потрясением для научного мира стало открытие в середине XIX в. живой традиции былинного эпоса, причем недалеко от Санкт-Петербурга - в Олонецкой губернии. Честь этого открытия принадлежит Павлу Николаевичу Рыбникову (1831-1885гг.), народнику, высланному в Петрозаводск под надзор полиции. Служа в губернском статистическом комитете, Рыбников в 1859-1863гг. совершал деловые поездки по губернии, в ходе которых обнаружил десятки знатоков эпоса - сказителей - и записал от них 165 текстов былин, которые опубликовал в 1861-1867гг. Вот как собиратель описывает свою первую встречу с былинами (во время ночлега на Шуй-наволоке, острове в 12 верстах от Петрозаводска):
Я улегся на мешке возле тощего костра, заварил себе чаю в кастрюле, выпил и поел из дорожного запаса, и, пригревшись у огонька, незаметно заснул; меня разбудили странные звуки: до того я много слыхал и песен и стихов духовных, а такого напева не слыхивал. Живой, причудливый и веселый, порой он становился быстрее, порой обрывался и ладом своим напоминал что-то стародавнее, забытое нашим поколением. Долго не хотелось проснуться и вслушаться в отдельные слова песни: так радостно было оставаться во власти совершенно нового впечатления. Сквозь дрему я рассмотрел, что в шагах трех от меня сидит несколько крестьян, а поет-то седатый старик с окладистою белою бородою, быстрыми глазами и добродушным выражением в лице. Присоседившись на корточках у потухавшего огня, он оборачивался то к одному соседу, то к другому, и пел свою песню, перерывая ее иногда усмешкою. Кончил певец, и начал петь другую песню: тут я разобрал, что поется былина о Садке купце, Богатом госте. Разумеется, я сейчас же был на ногах, уговорил крестьянина повторить пропетое и записал с его слов. Стал расспрашивать, не знает ли он чего-нибудь. Мой новый знакомый, Леонтий Богданович, из деревни Середки, Кижской волости, пообещал мне сказать много былин: и про Добрынюшку Никитича, про Илью Муромца и про Михайла Потыка сына Ивановича, про удалого Василия Буславьевича, про Хотенушку Блудовича, про сорок калик с каликою, про Святогора Богатыря, да знал-то он варианты неполные и как-то не досказывал слов. Потому я напечатал впоследствии только те из его былин, которые дополняли своими подробностями другие варианты, или представляли совершенно новое содержание. Впрочем на первый раз и записывалось как-то неохотно, а больше слушалось. Много я впоследствии слыхал редких былин, помню древние превосходные напевы; пели их певцы с отличным голосом и мастерскою дикциею, а по правде скажу, не чувствовал уже никогда того свежего впечатления, которое произвели плохие варианты былин, пропетые разбитым голосом старика Леонтья на Шуй-наволоке - Заметка собирателя. Песни, собранные П.Н. Рыбниковым. Изд. 2-е. Т.1. М., 1909, с.LXIX-LXX

33. Садке
Печатается по тексту сб.: Рыбников, I, N 54. Записано П.Н. Рыбниковым в мае 1860г. на Шуй-наволоке, в 12 верстах от Петрозаводска, от Леонтия Богданова, - лет 70-и с хвостиком -, крестьянина д. Середка Кижской вол. (Заонежье). Л. Богданов был первым сказителем, которого, наконец, встретил и неожиданно для себя услышал П.Н. Рыбников после долгих поисков. Тотчас после этой встречи Л. Богданов стал для собирателя главным помощником: он разыскивал других сказителей (в частности, он привел гордого Т.Г. Рябинина), убеждал их не опасаться чиновника и петь ему старины. Такая помощь, как известно всем собирателям, - бесценна, ибо без своего человека среди местного населения подчас ничто не помогает завоевать доверие фольклорных исполнителей.

Ай, жил Садке купец, богатый гость.
Лег он спать на темную ночь,
Выставал по утру раным рано,
Говорил к дружине ко хороброей:
Ай же ты, дружинушка хоробрая!
Берите-ка бессчетной золотой казны,
И выкупите весь товар в Нове-граде:
Не оставьте товару ни на денежку.
А дружина его была послушлива,
Брала бессчетной золотой казны,
Выкупила весь товар в Нове-граде.
Спал Садке вторую ночь во крепкоем сне,
Выставал по утру раным рано,
Говорил к дружине ко хороброей:
Ай же ты, дружинушка хоробрая!
Нет ли още товару в Нове-граде?
Берите-ка бессчетной золотой казны,
Выкупите весь товар в Нове-граде,
Не оставьте товару ни на денежку.
Дружина его была послушлива,
Брала бессчетной золотой казны,
Приходили они к Нову-граду,
А в Нове-граде товару больше того:
Повыкупили весь товар в Нове-граде.
Спал Садке третью ночь во крепкоем сне,
Выставал по утру раным рано,
Говорил дружинушке хороброей:
Ай же ты, дружинушка хоробрая!
Нет ли още товару в Нове-граде?
Берите още бессчетной золотой казны,
Выкупите остатний товар в Нове-граде,
Не оставьте товару ни на денежку.
Дружина его была послушлива,
Брали бессчетной золотой казны,
Приходили к Нову-городу,
Так в погребах товару больше того:
Выкупали весь остатний товар,
Приносили к Садку, купцу богатому.
Тут его дружинушка хоробрая
Строила кораблики великие:
На корабликах снасточки шелковыя,
Кормы-то писаны по-звериному,
А нос-то писан по-змеиному;
На корабликах товары драгоценные.
И поехал он по славну синю морю
Со своей дружинушкой хороброю.
Становилися кораблики середь моря,
День стоят, и другой стоят, и третий стоят.
Закручинились корабельщики, запечалились,
Стали бросать жеребья вольжана,
Кому-то из них идти на сине море.
Поискала судьбина Садке, купца богатого.
Спускали дощечку-то дубовую:
И он прощался со дружинушкой хороброей,
Берет с собой гуселышки яровчаты
И садится на тую дощечку на дубовую.
Пошла дощечка ко дну синя моря,
Объявилось на дне царство великое,
А во царстве пированьице, почестен пир.
Приводили Садке к царю Водянику;
Говорил Водяник таковы слова:
Ай же ты, Садке купец, богатый гость!
Поиграй-поиграй в гуселышки яровчаты,
Потешь-потешь наш почестен пир:
Выдаю я дочи свою любимую
Во тыё во славно окиян-море.
Брал Садке гуселышки яровчаты,
Яровчаты гуселки, звончаты:
Струночку ко струночке налаживал,
Стал он в гуселышки поигрывать,
Играет-то Садке в Нове-городе,
А выигрыш ведет от Царя-града.
Стал царь Водяник поскакивать,
А царица Водяница поплясывать,
Красныя девушки хоровод водят,
А мелкая четь в присядку пошла.
Играет Садке день с утра до вечера,
А царь Водяник все поскакивает,
А царица Водяница поплясывает.
Лег Садке спать на темную ночь,
Во снях ему не спалось, грозно виделось:
Приходило старчище незнай собою;
Говорил старчище таковы слова:
Ай же ты, Садке купец, богатый гость!
Полно тебе играть во гуселки яровчаты,
Полно губить людей бесповинныих.
От твоих от игор от бесовскиих,
И от тыих от плясок иечестивыих,
Окиян сине море всколыбалося,
Кораблики все повыломало,
Людей-то всех повытопило. -
Приходил Садке к царю Водянику,
Сам-от говорит да таковы слова:
Ай же ты, царь со царицею!
Не хочу играть во гуселки яровчаты:
От твоих от плясок от бесовскиих
Окиян сине море всколыбалося,
Кораблики все повыломало,
Людей-то всех повытопило.
Тут царь Водяник поставил Садке на его корабль и Садке воротился с дружиною домой. Дома его встретила молодая жена и говорила ему таковы слова:
Ай же ты, любимая семеюшка!
Полно тебе ездить по синю морю,
Тосковать мое ретливое сердечушко
По твоей по буйной по головушке:
У нас много есть именьица-богачества,
И растет у нас малое детище.

Садке (Ай, жил Садке купец, богатый гость...). Новгородские былины. М.: Наука, 1978. с.184-186  
http://feb-web.ru/feb/byliny/texts/nov/nov-184-.htm

Еще в Петрозаводске тамошние старожилы разсказывали мне, что в старое время былевые песни были в большом ходу и большой чести у всего Пудожского городского населения. Лет 50 тому назад не только купцы и мещане, но и чиновники сходились по вечерам на беседы, чтобы слушать былины. Но в настоящее время старины уже вышли из моды в г. Пудож, о сказителях почти никто не знал, за исключением г. Буторина, который сообщил мне, что в Сумозерском погосте, верстах в 15 от города, живет хороший певец, Андрей Сорокин. Самому мне, по болезни, нельзя было сьездить в Сумозерский погост, потому я послал звать Сорокина в Пудож. На следующий же день он пришел ко мне и охотно стал петь былины. Сорокин еще молодой парень, перенял свое знание от отца, содержит постоялый двор и своим уменьем сказывать привлекает к себе многочисленных посетителей. Заедут к нему проезжие с вечера и часто всю ночь напролет слушают долгие разсказы Андрея о разных богатырях. Былины его отличаются особенною полнотою, древностью некоторых выражений и интересными эпизодами. Несносная боль в руке позволила мне в то время записать от него только 2 былины (64 и 74 I части) и неполный пересказ о Дюке (I 47) и принудила меня просить г. Шиша найти какого-нибудь писца для записи остального. Впрочем в 1861г., проезжая по Пудожскому уезду, я проверил чужую запись, и она оказалась очень верною - Заметка собирателя

27. Садке
Печатается по тексту сб.: Песни, собранные П.Н. Рыбниковым, II, N 134. Записано приблизительно в 1860г. от Андрея Пантелеевича Сорокина (Научившись былинам от предков, певцы в свою очередь передают знание свое детям. Так Андрей Сорокин еще молодой парень, а сказывает превосходно и выучился этому от отца - Заметка собирателя (Песни, т.3, 1864)), крестьянина д. Новинка на Сумозере, в 18 км к северу от Пудожа (Пудога)...Более полных и высокохудожественных вариантов этой былины последующие собиратели уже не находили. Наряду с вариантами из сборника Кирши Данилова этот текст быстро стал хрестоматийным, его многократно перепечатывали в разных популярных изданиях, к нему чаще всего обращались ученые, дабы подкрепить свои суждения о всех вариантах былины Садко, и его читали в севернорусских деревнях, что приводило к частичному или полному освоению его содержания и к попыткам передать новым собирателям освоенное как продукт местной традиции.

Во славноем в Нове-граде
Как был СадкЕ-купец богатый гость.
А прежде у Садка имущества не было:
Одни были гуселки яровчаты;
По пирам ходил-играл СадкЕ.
Садка день не зовут на почестен пир,
Другой не зовут на почестен пир
И третий не зовут на почестен пир.
По том СадкЕ соскучился.
Как пошел СадкЕ к Ильмень-озеру,
Садился на бел-горюч камень
И начал играть в гуселки яровчаты.
Как тут-то в озере вода всколыбалася,
Тут-то Садке перЕпался,
Пошел прочь от озера во свой во Новгород.
Садка день не зовут на почестен пир,
Другой не зовут на почестен пир
И третий не зовут на почестен пир:
По том Садке соскучился.
Как пошел Садке к Ильмень-озеру,
Садился на бел-горюч камень
И начал играть в гуселки яровчаты.
Как тут-то в озере вода всколыбалася,
Тут-то Садке перЕпался,
Пошел прочь от озера во свой во Новгород.
Садка день не зовут на почестен пир,
Другой не зовут на почестен пир
И третий не зовут на почестен пир.
По том Садке соскучился.
Как пошел Садке к Ильмень-озеру,
Садился на бел-горюч камень
И начал играть в гуселки яровчаты.
Как тут-то в озере вода всколыбалася,
Показался царь морской,
Вышел со Ильменя со озера,
Сам говорил таковы слова:
Ай же ты, Садке Новгородскиий!
Не знаю, чем буде тебя пожаловать
За твои за утехи за великия,
За твою-то игру нежную.
Аль бессчетной золотой казной?
А не то ступай во Новгород
И ударь о велик заклад,
Заложи свою буйну голову,
И выряжай с прочих купцов
Лавки товара красного,
И спорь, что в Ильмень-озере
Есть рыба - золоты перья.
Как ударишь о велик заклад,
И поди - свяжи шелковой невод,
И приезжай ловить в Ильмень-озеро:
Дам три рыбины - золоты перья.
Тогда ты, Садке, счастлив будешь. -
Пошел Садке от Ильменя от озера.
Как приходил Садке во свой во Новгород,
Позвали Садке на почестен пир.
Как тут Садке Новгородскиий
Стал играть в гуселки яровчаты;
Как тут стали Садке попаивать,
Стали Садку поднашивать,
Как тут-то Садке стал похвастывать:
Ай же вы, купцы новгородские!
Как знаю чудо чудное в Ильмень-озере:
А есть рыба - золоты перья в Ильмень-озере. -
Как тут-то купцы новгородские
Говорят ему таковы слова:
Не знаешь ты чуда чудного,
Не может быть в Ильмень-озере рыбы - золоты перья. -
- Ай же вы, купцы новгородские!
О чем же бьете со мной о велик заклад?
Ударим-ка о велик заклад:
Я заложу свою буйну голову,
А вы залагайте лавки товара красного. -
Три купца повыкинулись,
Заложили по три лавки товара красного.
Как тут-то связали невод шелковый
И поехали ловить в Ильмень-озеро.
Закинули тоньку в Ильмень-озеро,
Добыли рыбку - золоты перья;
Закинули другую тоньку в Ильмень-озеро,
Добыли другую рыбку - золоты перья;
Третью закинули тоньку в Ильмень-озеро,
Добыли третью рыбку - золоты перья.
Тут купцы новгородские
Отдали по три лавки товара красного.
Стал Садке поторговывать,
Стал получать барыши великие,
Во своих палатах белокаменных
Устроил Садке все по-небесному:
На небе солнце и в палатах солнце;
На небе месяц и в палатах месяц;
На небе звезды и в палатах звезды.
Потом Садке-купец богатый гость,
Зазвал к себе на почестен пир
Тыих мужиков новгородскиих
И тыих настоятелей новгородскиих:
Фому Назарьева и Луку Зиновьева.
Все на пиру наедалися,
Все на пиру напивалися,
Похвальбамы все похвалялися:
Иный хвастает бессчетной золотой казной,
Другой хвастает силой-удачей молодецкою,
Который хвастает добрым конем,
Который хвастает славным отечеством,
Славным отечеством, молодым молодечеством.
Умный хвастает старым батюшком,
Безумный хвастает молодой женой.
Говорят настоятели новогородские:
Все мы на пиру наедалися,
Все на почестном напивалися,
Похвальбамы все похвалялися.
Что же у нас Садке ничем не похвастает,
Что у нас Садке ничем не похваляется? -
Говорит Садке-купец богатый гость:
А чем мне, Садку, хвастаться,
Чем мне, Садку, похвалятися?
У меня ль золота казна не тощится,
Цветно платьице не носится,
Дружина хоробра не изменяется.
А похвастать не похвастать бессчетной золотой казной:
На свою бессчетну золоту казну
Повыкуплю товары новгородские,
Худые товары и добрые! -
Не успел он слова вымолвить,
Как настоятели новгородские
Ударили о велик заклад,
О бессчетной золотой казны,
О денежках тридцати тысячах:
Как повыкупить Садку товары новгородские,
Худые товары и добрые,
Чтоб в Нове-граде товаров в продаже боле не было.
Ставал СадкЕ на дрУгой день ранЫм-ранО,
Будил свою дружину хоробрую,
Без счета давал золотой казны
И распущал дружину по улицам торговыим,
А сам-то прямо шел в гостиный ряд,
Как повыкупил товары новгородские,
Худые товары и добрые
На свою бессчетну золоту казну.
На другой день ставал СадкЕ ранЫм-ранО,
Будил свою дружину хоробрую,
Без счета давал золотой казны
И распущал дружину по улицам торговыим,
А сам-то прямо шел в гостиный ряд:
Вдвойне товаров принавезено,
Вдвойне товаров принаполнено
На тую на славу на великую новгородскую.
Опять выкупал товары новгородские,
Худые товары и добрые,
На свою бессчетну золоту казну.
На третий день ставал СадкЕ ранЫм-ранО,
Будил свою дружину хоробрую,
Без счета давал золотой казны
И распущал дружину по улицам торговыим,
А сам-то прямо шел в гостиный ряд:
Втройне товаров принавезено,
Втройне товаров принаполнено,
Подоспели товары московские
На ту на великую на славу новгородскую.
Как тут Садке пораздумался:
Не выкупить товара со всего бела света:
Още повыкуплю товары московские,
Подоспеют товары заморские.
Не я, видно, купец богат новгородскиий,
Побогаче меня славный Новгород. -
Отдавал он настоятелям новгородскиим
Денежек он тридцать тысячей.
На свою бессчетну золоту казну
Построил Садке тридцать кОраблей,
Тридцать кораблей, тридцать черленыих;
На ты на корабли на черленые
Свалил товары новогородские.
Поехал Садке по Волхову,
Со Волхова во Ладожско,
А со Ладожска во Неву-реку,
А со Невы-реки во сине море.
Как поехал он по синю морю,
Воротил он в Золоту Орду,
Продавал товары новгородские,
Получал барыши великие,
Насыпал бочки сороковки красна золота, чиста серебра.
Поезжал назад во Новгород,
Поезжал он по синю морю.
На синем море сходилась погода сильная,
Застоялись черлёны корабли на синЕм море:
А волной-то бьет, паруса рвет,
Ломает кораблики черлёные;
А корабли нейдут с места на синем море.
Говорит Садке-купец богатый гость,
Ко своей дружины ко хоробрыя:
Ай же ты, дружинушка хоробрая!
Как мы век по морю ездили,
А морскому царю дани не плачивали:
Видно, царь морской от нас дани требует,
Требует дани во сине море.
Ай же, братцы, дружина хоробрая!
Взимайте бочку сороковку чиста серебра,
Спущайте бочку во сине море. -
Дружина его хоробрая
Взимала бочку чиста серебра.
Спускали бочку во сине море:
А волной-то бьет, паруса рвет,
Ломает кораблики черлёные;
А корабли нейдут с места на синем море.
Тут его дружина хоробрая
Брали бочку сороковку красна золота,
Спускали бочку во сине море:
А волной-то бьет, паруса рвет,
Ломает кораблики черлёные;
А корабли все нейдут с места на синем море.
Говорит Садке-купец богатый гость:
Видно, царь морский требует
Живой головы во сине море.
Делайте, братцы, жеребья вольжаны,
Я сам сделаю на красноем на золоте,
Всяк свои имена подписывайте,
Спущайте жеребья на сине море:
Чей жеребей ко дну пойдет,
Таковому идти в сине море. -
Делали жеребья вольжаны,
А сам Садке делал на красноем на золоте,
Всяк свое имя подписывал,
Спущали жеребья на сине море:
Как у всей дружины хоробрыя
Жеребья гоголем по воды пловут,
А у Садка-купца ключом на дно.
Говорит Садке-купец богатый гость:
Ай же, братцы, дружина хоробрая!
Этыя жеребья не правильны:
Делайте жеребья на красноем на золоте,
А я сделаю жеребий вольжаный. -
Делали жеребья на красноем на золоте,
А сам Садке делал жеребей вольжаный,
Всяк свое имя подписывал,
Спущали жеребья на сине море:
Как у всей дружины хоробрыя
Жеребья гоголем по воды пловут,
А у Садка-купца ключом на дно.
(Этим не оканчивается испытание: Садко предлагает дружине сделать жеребья дубовые, а сам делает липовый; потом дружина делает жеребья липовые, а он - дубовый)
Говорит Садке-купец богатый гость:
Ай же, братцы, дружина хоробрая!
Видно, царь морской требует
Самого Садка богатого в сине море.
Несите мою чернилицу вальяжную,
Перо лебединое, лист бумаги (гербовый). -
Несли ему чернилицу вальяжную,
Перо лебединое, лист бумаги (гербовый).
Он стал именьице отписывать:
Кое именье отписывал божьИм церквам,
Иное именье нищей братии,
Иное именье молодой жены,
Остатнее именье - дружины хоробрыя.
Говорил Садке-купец богатый гость:
Ай же, братцы, дружина хоробрая!
Давайте мне гуселки яровчаты,
Поиграть-то мне в остатнее:
Больше мне в гуселки не игрывати.
Али взять мне гусли с собой во сине море? -
Взимает он гуселки яровчаты,
Сам говорит таковы слова:
Свалите дощечку дубовую на воду:
Хоть я свалюсь на доску дубовую,
Не толь мне страшно принять смерть на синем море. -
Свалили дощечку дубовую на воду,
Потом поезжали корабли по синю морю,
Полетели, как черные вороны.
Остался Садке на синем море.
Со тоя со страсти со великия
Заснул на дощечке на дУбовой.
Проснулся Садке во синем море,
Во синем море на самом дне.
Сквозь воду увидел пекучись красное солнышко,
Вечернюю зорю, зорю утреннюю.
Увидел Садке: во синем море
Стоит палата белокаменная,
Заходил Садке в палату белокаменну:
Сидит в палате царь морской,
Голова у царя как куча сенная.
Говорит царь таковы слова:
Ай же ты, Садке-купец богатый гость!
Век ты, Садке, по морю езживал,
Мне, царю, дани не плачивал,
А нонь весь пришел ко мне во подарочках.
Скажут, мастер играть в гуселки яровчаты:
Поиграй же мне в гуселки яровчаты. -
Как начал играть Садке в гуселки яровчаты,
Как начал плясать царь морской во синем море,
Как расплясался царь морской.
Играл Садке сутки, играл и другие,
Да играл още Садке и третьии,
А все пляшет царь морской во синем море.
Во синем море вода всколыбалася,
Со желтым песком вода смутилася,
Стало разбивать много кораблей на синем море,
Стало много гинуть именьицев,
Стало много тонуть людей праведныих:
Как стал народ молиться Миколы Можайскому.
Как тронуло Садко в плечо во правое:
Ай же ты, Садко Новгородскиий!
Полно играть в гуселышки яровчаты! -
Обернулся, глядит Садке Новгородскиий:
Ажно стоит старик седатыий.
Говорил Садке Новгородскиий:
У меня воля не своя во синем море,
Приказано играть в гуселки яровчаты. -
Говорит старик таковы слова:
А ты струночки повырывай,
А ты шпенечки повыломай.
Скажи: У меня струночек не случилося,
А шпенечков не пригодилося,
Не во что больше играть:
Приломалися гуселки яровчаты. -
Скажет тебе царь морской:
Не хочешь ли жениться во синем море
На душечке на красныя девушке? -
Говори ему таковы слова:
У меня воля не своя во синем море. -
Опять скажет царь морской:
Ну, Садке, вставай поутру ранешенько,
Выбирай себе девицу красавицу.
Как станешь выбирать девицу красавицу,
Так перво триста девиц пропусти,
И друго триста девиц пропусти,
И третье триста девиц пропусти:
Позади идет девица красавица,
Красавица девица Чернавушка, -
Бери тую Чернаву за себя замуж.
Как ляжешь спать во перву ночь,
Не твори с женой блуда во синем море:
Останешься на веки во синем море;
А ежели не сотворишь блуда во синем море,
Ляжешь спать о девицу красавицу,
Будешь, Садке, во Нове-граде.
А на свою бессчетну золоту казну
Построй церковь соборную Миколы Можайскому. -
Садке струночки во гуселках повыдернул,
Шпенечки во яровчатых повыломал.
Говорит ему царь морской:
Ай же ты, Садке Новгородскиий!
Что же не играешь в гуселки яровчаты? -
- У меня струночки во гуселках выдернулись,
А шпенечки во яровчатых повыломались:
А струночек запасных не случилося,
А шпенечков не прогодилося. -
Говорит царь таковы слова:
Не хочешь ли жениться во синем море
На душечке на красныя девушке? -
Говорит ему Садке Новогородскиий:
У меня воля не своя во синем море. -
Опять говорит царь морской:
Ну, Садке, вставай поутру ранешенько,
Выбирай себе девицу красавицу. -
Вставал Садке поутру ранешенько,
Поглядит - идет триста девушек красныих:
Он перво триста девиц прОпустил,
И друго триста девиц прОпустил,
И третье триста девиц прОпустил;
Позади шла девица красавица,
Красавица девица Чернавушка.
Брал тую Чернаву за себя замуж.
Как прошел у них столованье почестен пир,
Как ложится спать Садке во перву ночь,
Не творил с женой блуда во синем море.
Как проснулся Садке во Нове-граде
О реку Чернаву на крутом кряжу,
Как поглядит, ажно бежат
Свои черленые корабли по Волхову.
Поминает жена Садка со дружиной во синем море:
Не бывать Садку со синя моря! -
А дружина поминает одного Садка:
Остался Садке во синем море! -
А Садке стоит на крутом кряжу,
Встречает свою дружинушку со Волхова.
Тут его ли дружина сдивовалася:
Остался Садке во синем море,
Очутился впереди нас во Нове-граде,
Встречает дружину со Волхова! -
Встретил Садке дружину хоробрую
И повел в палаты белокаменны.
Тут его жена зрадовАлася,
Брала Садка за белы руки,
Целовала во уста во сахарныя.
Начал Садке выгружать со черленых со кОраблей
Именьице - бессчетну золоту казну.
Как повыгрузил со черленыих кораблей,
Состроил церкву соборнюю Миколы Можайскому.
Не стал больше ездить Садке на сине море,
Стал поживать Садке во Нове-граде

Садке (Во славном в Нове-граде...). Новгородские былины. М.: Наука, 1978. с.148-157  
http://feb-web.ru/feb/byliny/texts/nov/nov-1482.htm

28. Садке
Печатается по тексту сб.: Гильфердинг, I, N 70. Записано А.Ф. Гильфердингом в 1871г. от А.П. Сорокина. Повторная запись спустя 11 лет показывает, что сказитель твердо знал свой текст, и поэтому его нельзя считать импровизатором, создавшим уникальную первую часть былины. А.П. Сорокин не только сохранил основное содержание текста, но и стремился его расширить за счет различных уточнений и повторов.

А как ведь во славноём в Новеграде,
А й как был Садке да гусельщик-от,
А й как не было много несчетной золотой казны,
А й как только ен ходил по честным пирам,
Спотешал как он да купцей, бояр,
Веселил как он их на честных пирах.
А й как тут над Садком топерь да случилосе,
Не зовут Садка уж целый день да на почестен пир,
А й не зовут как другой день на почестен пир,
А й как третий день не зовут да на почестен пир.
А й как Садку топерь да соскучилось,
А й пошел Садке да ко Ильмень он ко озеру,
А й садился он на синь на горюч камень,
А й как начал играть он во гусли во яровчаты,
А играл с утра как день топерь до вечера.
А й по вечеру как по поздному
А й волна уж в озере как сходиласе,
А как ведь вода с песком топерь смутиласе,
А й устрашился Садке топеречку да сидети он,
Одолел как Садка страх топерь великий,
А й пошел вон Садке да от озера,
А й пошел Садке как во Новгород.
А опять как прошла топерь тёмна ночь,
А й опять как на другой день
Не зовут Садка да на почестен пир,
А другой-то да не зовут его на почестен пир.
А й как третий-то день не зовут да на почестен пир.
А й как опять Садку топерь да соскучилось,
А пошел Садке ко Ильмень да он ко озеру,
А й садился он опять на синь да на горюч камень
У Ильмень да он у озера.
А й как начал играть он опять во гусли во яровчаты,
А играл уж как с утра день до вечера.
А й как по вечеру опять как по поздному
А й волна уж как в озере сходиласе,
А й как вода с песком топерь смутиласе,
А й устрашился опять Садке да новгородскии,
Одолел Садка уж как страх топерь великии.
А как пошел опять как от Ильмень да от озера,
А как он пошел во свой да он во Новгород.
А й как тут опять над ним да случилосе,
Не зовут Садка опять да на почестен пир,
Ай как тут опять другой день не зовут Садка да на почестен пир;
А й как третий день не зовут Садка да на почестен пир.
А й опять Садку топерь да соскучилось,
А й пошел Садке ко Ильмень да ко озеру,
А й как он садился на синь горюч камень да об озеро,
А й как начал играть во гусли во яровчаты,
А й как ведь опять играл он с утра до вечера,
А волна уж как в озере сходиласе,
А вода ли с песком да смутиласе;
А тут осмелился как Садке да новгородскии
А сидеть играть как он об озеро.
А й как тут вышел царь водяной топерь со озера,
А й как сам говорит царь водяной да таковы слова:
Благодарим-ка, Садке да новгородскии!
А спотешил нас топерь да ты во озере,
А у мня было да как во озере,
А й как у мня столованье да почестен пир,
А й как всех розвеселил у мня да на честном пиру
А й как любезныих да гостей моих.
А й как я не знаю топерь, Садка, тебя да чем пожаловать:
А ступай, Садке, топеря да во свой во Новгород,
А й как завтра позовут тебя да на почестен пир,
А й как будет у купца столованье почестен пир,
А й как много будет купцей на пиру много новгородскиих,
А й как будут все на пиру да напиватисе,
Будут все на пиру да наедатисе,
А й как будут все пофальбами теперь да пофалятисе,
А й кто чим будет теперь да фастати,
А й кто чим будет топерь да похвалятисе;
А иной как будет фастати да несчетной золотой казной,
А как иной будет фастать добрым конем,
Иной буде фастать силой удачей молодецкою,
А иной буде фастать молодый молодечеством,
А как умной-разумной да буде фастати
Старым батюшком, старой матушкой,
А й безумный дурак да буде фастати
А й своей он как молодой женой.
А ты, Садке, да пофастай-ко:
А я знаю, что во Ильмень да во озере
А что есте рыба-то перья золотые ведь -.
А как будут купцы да богатые
А с тобой да будут споровать,
А что нету рыбы такою ведь,
А что топерь да золотые ведь,
А ты с нима бей о залог топерь великии,
Залагай свою буйную да голову,
А как с них выряжай топерь
А как лавки во ряду да во гостиноём
С дорогима да товарамы.
А потом свяжите невод да шелковой,
Приезжайте вы ловить да во Ильмень во озеро,
А закиньте три тони во Ильмень да во озере,
А я в кажну тоню дам топерь по рыбины,
Уж как перья золотые ведь.
А й получишь лавки во ряду да во гостиноём
С дорогима ведь товарамы;
А й потом будешь ты, купец Садке, как новгородскии,
А купец будешь богатыи.
А й пошел Садке во свой да как во Новгород.
А й как ведь да на другой день
А как позвали Садка да на почестен пир
А й к купцю да богатому.
А й как тут да много сбиралосе
А й к купцю да на почестен пир
А купцей как богатыих новгородскиих.
А й как все топерь на пиру напивалиси,
А й как все на пиру да наедалисе,
А й пофальбами все пофалялисе.
А кто чем уж как теперь да фастает,
А кто чем на пиру да похваляется;
А иной фастае как несчетной золотой казной,
А иной фастае да добрым конём,
А иной фастае силой удачей молодецкою;
А й как умной топерь уж как фастает
А й старым батюшком, старой матушкой,
А й безумной дурак уж как фастает,
А й как фастае да как своей молодой женой.
А сидит Садке как ничим да он не фастает,
А сидит Садке как ничим он не похваляется.
А й как тут сидят купци богатые новгородские,
А й как говорят Садку таковы слова:
А что же, Садке, сидишь, ничим же ты не фастаешь,
Что ничим, Садке, да ты не похваляешься?
А й говорит Садке таковы слова:
Ай же вы купци богатые новгородские!
А й как чим мне Садку топерь фастати,
А как чем-то Садку похвалятися.
А нету у мня много несчетной золотой казны,
А нету у мня как прекрасной молодой жены,
А как мне Садку только есть одным да мне пофастати:
Во Ильмень да как во озере
А есте рыба как перья золотые ведь.
А й как тут купци богатые новгородские
А й начали с ним да оны споровать,
Во Ильмень да что во озере
А нету рыбы такою что,
Чтобы были перья золотые ведь.
А й как говорил Садке новгородскии:
Дак заложу я свою буйную головушку,
Боле заложить да у мня нечего.
А оны говоря: - Мы заложим в ряду да в гостиноём
Шесть купцей, шесть богатыих.
А залагали ведь как по лавочки,
С дорогими да с товарами.
А й тут после этого
А связали невод шёлковой,
А й поехали ловить как в Ильмень да как во озеро,
А й закидывали тоню во Ильмень да ведь во озере,
А рыбу уж как добыли перья золотые ведь;
А й закинули другу тоню во Ильмень да ведь во озере,
А й как добыли другую рыбину перья золотые ведь;
А й закинули третью тоню во Ильмень да ведь во озере,
А й как добыли уж как рыбинку перья золотые ведь.
А топерь как купци да новгородские богатые
А й как видят - делать да нечего,
А й как вышло правильнё, как говорил Садке да новгородскии,
А й как отперлись ёны да от лавочок,
А в ряду да во гостиноём,
А й с дорогима ведь с товарамы.
А й как тут получил Садке да новгородскии
А й в ряду во гостиноём
А шесть уж как лавочок с дорогима он товарамы,
А й записался Садке в купци да в новгородские,
А й как стал топерь Садке купец богатыи.
А как стал торговать Садке да топеречку
В своём да он во городе,
А й как стал ездить Садке торговать да по всем местам,
А й по прочим городам да он по дальниим,
А й как стал получать барыши да он великие,
А й как тут да после этого
А женился как Садке купец новгородскии богатыи.
А еще как Садке после этого
А й как выстроил он полаты белокаменны,
А й как сделал Садке да в своих он полатушках,
А й как обделал в теремах всё да по-небесному:
А й как на нёбе пекет да красное уж солнышко, -
В теремах у его пекет да красное уж солнышко;
А й как на небе светит млад да светёл месяц, -
У его в теремах да млад светёл месяц;
А й как на небе пекут да звезды частые, -
А у его в теремах пекут да звезды частые.
А й как всем изукрасил Садке свои полаты белокаменны.
А й топерь как ведь после этого
А й сбирал Садке столованьё да почестен пир,
А й как всех своих купцей богатыих новгородскиих,
А й как всех-то господ он своих новгородскиих,
А й как он еще настоятелей своих да новгородскиих;
А й как были настоятели новгородские
А й Лука Зиновьев ведь да Фома да Назарьев ведь;
А еще как сбирал-то он всих мужиков новгородскиих,
А й как повел Садке столованьё почестен пир богатыи.
А топерь как все у Садка на честном пиру,
А й как все у Садка да напивалисе,
А й как все у Садка топерь да наедалисе,
А й похвальбами-то все да пофалялисе,
А й кто чем на пиру уж как фастает,
А й кто чем на пиру похваляется;
А иной как фастае несчетной золотой казной,
А иной фастае как добрым конём,
А иной фаста силой могучею богатырскою,
А иной фастае славным отечеством,
А иной фастат молодым да молодечеством;
А как умной-разумной как фастает
Старым батюшком да старой матушкой,
А й безумный дурак уж как фастает
А й своёй да молодой женой.
А й как ведь Садке по полатушкам он похаживат,
А й Садке ли-то сам да выговариват:
Ай же вы купци новгородские вы богатые,
Ай же все господа новгородские,
Ай же все настоятели новгородские,
Мужики как вы да новгородские!
А у меня как вси вы на честном пиру
А вси вы у мня как пьяны веселы,
А как вси на пиру напивалисе,
А й как все на пиру да наедалисе,
А й похвальбами все вы похвалялисе.
А й кто чим у вас топерь хвастае:
А иной хвастае как былицею,
А иной фастае у вас да небылицею.
А как чем буде мне, Садку, топерь пофастати?
А й у мня, у Садка новгородского
А золота (казна) у мня топерь не тощится;
А цветное платьице у мня топерь не дёржится,
А й дружинушка хоробрая не изменяется;
А столько мне, Садку, буде пофастати
А й своёй мне несчётной золотой казной:
А й на свою я несчетну золоту казну
А й повыкуплю я как все товары новгородские,
А как все худы товары, я добрые,
А что не буде боле товаров в продаже во городе.
А й как ставали тут настоятели ведь новгородские,
А и Фома да Назарьев ведь,
А Лука да Зиновьев ведь,
А й как тут ставали да на резвы ноги,
А й как говорили самы ведь да таковы слова:
Ай же ты, Садке, купец богатый новгородскии!
А о чем ли о многом бьешь с намы о велик заклад,
Ежели выкупишь товары новгородские,
А й худы товары, все добрые,
Чтобы не было в продаже товаров да во городе?
А й говорил Садке им наместо таковы слова:
Ай же вы настоятели новгородские!
А сколько угодно у мня фатит заложить бессчетной золотой казны.
А й говоря настоятели наместо новгородские:
Ай же ты Садке да новгородскии!
А хошь ударь с намы ты о тридцати о тысячах.
А ударил Садке о тридцати да ведь о тысячах.
А й как все со честного пиру розъезжалисе,
А й как все со честного пиру розбиралисе
А й как по своим домам, по своим местам.
А й как тут Садке, купец богатый новгородскиий,
А й как он на другой день вставал по утру да по ранному,
А й как ведь будил он свою ведь дружинушку хоробрую,
А й давал как он да дружинушке
А й как долюби он бессчетныи золоты казны,
А как спущал он по улицам торговыим,
А й как сам прямо шел во гостиной ряд,
А й как тут повыкупил он товары новгородские,
А й худы товары, все добрые.
А й ставал как на другой день
Садке, купец богатый новгородскиий,
А й как он будил дружинушку хоробрую,
А й давал уж как долюби бессчетныи золоты казны,
А й как сам прямо шел во гостиный ряд, -
А й как тут много товаров принавезено,
А й как много товаров принаполнено
А й на ту на славу великую новгородскую.
Он повыкупил еще товары новгородские,
А й худы товары, все добрые.
А й на третий день ставал Садке, купец богатый новгородскиий,
А й будил как он дружинушку хоробрую,
А й давал уж как долюби дружинушке
А й как много несчетной золотой казны,
А й как роспущал он дружинушку по улицам торговыим,
А й как сам он прямо шел да в гостиный ряд, -
А й как тут на славу великую новгородскую
А й подоспели как товары ведь московские,
А й как тут принаполнился как гостиной ряд
А й дорогима товарамы ведь московскима.
А й как тут Садке топерь да пораздумался:
А й как я повыкуплю еще товары все московские, -
А й на тую на славу великую новгородскую
А й подоспеют ведь как товары заморские,
А й как ведь топерь уж как мне Садку
А й не выкупить как товаров ведь
Со всёго да со бела свету.
А й как лучше пусть не я да богатее,
А Садке, купец да новгородскиий,
А й как пусть побогатее меня славный Новгород,
Что не мог не я да повыкупить
А й товаров новгородскиих,
Чтобы не было продажи да во городе;
А лучше отдам я денежок тридцать тысячей,
Залог свой великиий.
А отдавал уж как денежок тридцать тысячей,
Отпирался от залогу да великого.
А потом как построил тридцать караблей,
Тридцать караблей, тридцать черныих,
А й как ведь свалил он товары новгородские
А й не черные на карабли,
А й поехал торговать купец богатый новгородскиий
А й как на своих на черных на караблях.
А поехал он да по Волхову,
А й со Волхова он во Ладожско,
А со Ладожского выплывал да во Неву-реку,
А й как со Невы-реки как выехал на синё морё.
А й как ехал он по синю морю,
А й как тут воротил он в Золоту орду.
А й как там продавал он товары да ведь новгородские,
А й получал он барыши топерь великие,
А й как насыпал он бочки ведь сороковки-ты
А й как красного золота;
А й насыпал он много бочек да чистого серебра,
А еще насыпал он много бочек мелкого он, крупного скатнято жемчугу.
А как потом поехал он з-за Золотой орды,
А й как выехал топеречку опять да на синё морё,
А й как на синем море устоялисе да черны карабли,
А й как волной-то бьет и паруса-то рвет,
А й как ломат черны карабли, -
А все с места не йдут черны карабли.
А й воспроговорил Садке купец богатый новгородскиий
А й ко своей он дружинушки хоробрыи:
Ай же ты дружина хоробрая!
А й как сколько ни по морю ездили,
А мы морскому царю дани да не плачивали.
А топерь-то дани требует морской-то царь в синё морё.
А й тут говорил Садке, купец богатый новгородскиий:
Ай же ты дружина хоробрая!
А й возьмите-тко вы мечи-тко в синё море
А й как бочку сороковку красного золота,
А й как тут дружина да хоробрая
А й как брали бочку сороковку красного золота,
А мётали бочку в синё морё.
А й как все волной-то бьет, паруса-то рвет,
А й ломат черны карабли да на синём мори, -
Все не йдут с места карабли да на синём мори.
А й опять воспроговорил Садке, купец богатый новгородскиий,
А й своей как дружинушки хоробрыи:
Ай же ты дружинушка моя ты хоробрая!
А видно мало этой дани царю морскому в синё морё.
А й возьмите-тко вы мечи-тко в синё морё
А й как другую ведь бочку чистого серебра.
А й как тут дружинушка хоробрая
А кидали как другую бочку в синё морё
А как чистого да серебра.
А й как все волной-то бьет, паруса-то рвет,
А й ломат черны карабли да на синём мори, -
А все не идут с места карабли да на синём мори.
А й как тут говорил Садке, купец богатый новгородскиий,
А й как своей он дружинушки хоробрыи:
Ай же ты дружина хоробрая!
А видно этой мало как дани в синё море.
А берите-тко третью бочку да крупного мелкого скатняго жемчугу,
А кидайте-тко бочку в синё морё.
А как тут дружина хоробрая
А й как брали бочку крупного мелкого скатняго жемчугу,
А кидали бочку в синё морё.
А й как все на синём мори стоят да черны карабли,
А волной-то бьет, паруса-то рвет,
А й как все ломат черны карабли, -
А й все с места не йдут да черны карабли.
А й как тут говорил Садке, купец богатый новгородскиий,
А своей как дружинушки он хоробрыи:
Ай же ты любезная как дружинушка да хоробрая!
А видно морской-то царь требуе как живой головы у нас в синё море.
Ай же ты дружина хоробрая!
А й возьмите-тко уж как делайте
А й да жеребья да себе волжаны,
А й как всяк свои имена вы пишите на жеребьи,
А спущайте жеребья на синё морё;
А я сделаю себе-то я жеребей на красное-то на золото.
А й как спустим жеребья топерь мы на синё морё,
А й как чей у нас жеребей топерь да ко дну пойдет,
А тому идти как у нас да в сине море.
А у всёй как у дружины хоробрыи
А й жеребья топерь гоголём пловут,
А й у Садка, купца гостя богатого да ключом на дно.
А й говорил Садке таковы слова:
А й как эты жеребьи есть неправильни;
А й вы сделайте жеребьи как на красное да золото,
А я сделаю жеребей да дубовыи,
А й как вы пишите всяк свои имена да на жеребьи,
А й спущайте-тко жеребьи на синё морё.
А й как чей у нас жеребей да ко дну пойдет,
А тому как у нас идти да в синё морё.
А й как вся тут дружинушка хоробрая
А й спущали жеребья на синё морё,
А й у всей как у дружинушки хоробрыи
А й как все жеребья как топерь да гоголём пловут,
А Садков как жеребей да топерь ключом на дно.
А й опять говорил Садке да таковы слова:
А как эты жеребьи есть неправильни.
Ай же ты дружина хоробрая!
А й как делайте вы как жеребьи дубовые,
А й как сделаю я жеребей липовый,
А как будем писать мы имена все на жеребьи,
А спущать уж как будем жеребья мы на синё морё,
А топерь как в остатниих
Как чей топерь жеребей ко дну пойдет,
А й тому как идти у нас да в синё морё.
А й как тут вся дружина хоробрая
А й как делали жеребьи все дубовые,
А он делал уж как жеребей себе липовой.
А й как всяк свои имена да писали на жеребьи,
А й спущали жеребья на сине море.
А у всей дружинушки ведь хоробрыей
А й жеребья топерь гоголем плывут да на синём мори,
А й у Садка, купца богатого новгородского, ключом на дно.
А как тут говорил Садке таковы слова:
А й как видно Садку да делать топерь нечего,
А й самого Садка требует царь морской да в синё морё.
Ай же ты, дружинушка моя да хоробрая любезная!
А й возьмите-тко вы несите-тко
А й мою как чернильницу вы вальячную,
А й неси-тко как перо лебединое,
А й несите-тко вы бумаги топерь вы мне гербовыи.
А й как тут дружинушка ведь хоробрая
А несли ему как чернильницу да вальячную,
А й несли как перо лебединое,
А й несли как лист-бумагу как гербовую.
А й как тут Садке, купец богатый новгородскиий,
А садился ен на ременчат стул
А к тому он к столику ко дубовому,
А й как начал он именьица своего да он отписывать,
А как отписывал он именья по божьим церквам,
А й как много отписывал он именья нищей братии,
А как ино именьицо он отписывал да молодой жены,
А й достальнёё именье отписывал дружины он хоробрыей.
А й как сам потом заплакал ен,
Говорил ен как дружинушке хоробрыей:
Ай же ты дружина хоробрая да любезная!
А й полагайте вы доску дубовую на синё морё,
А что мне свалиться Садку мне-ка на доску,
А не то как страшно мне принять смерть во синём мори.
А й как тут он еще взимал с собой свои гусёлка яровчаты,
А й заплакал горько, прощался ен с дружинушкой хороброю,
А й прощался ен топеречку со всим да со белым светом,
А й как он топеречку как прощался ведь
А со своим он со Новым со городом;
А потом свалился на доску он на дубовую,
А й понесло как Садка на доски да по синю морю.
А й как тут побежали черны-ты карабли,
А й как будто полетели черны вороны.
А й как тут остался топерь Садке да на синем мори.
А й как ведь со страху великого
А заснул Садке на той доске на дубовыи.
А как ведь проснулся Садке, купец богатыи новгородскиий,
А и в окиян-мори да на самом дни,
А увидел - скрозь воду пекет красно солнышко,
А как ведь очудилась (так) возле полата белокаменна,
А заходил как он в полату белокаменну,
А й сидит топерь как во полатушках
А й как царь-то морской топерь на стуле ведь,
А й говорил царь-то морской таковы слова:
А й как здравствуйте, купец богатыи,
Садке да новгородскиий!
А й как сколько ни по морю ездил ты,
А й как морскому царю дани не плачивал в синё морё,
А й топерь уж сам весь пришел ко мне да во подарочках.
Ах скажут: ты мастёр играть во гусли во яровчаты:
А поиграй-ко мне как в гусли во яровчаты.
А как тут Садке видит, - в синем море делать нечего,
Принужон он играть как во гусли во яровчаты.
А й как начал играть Садке как во гусли во яровчаты,
А как начал плясать царь морской топерь в синём мори.
А от него сколебалосе все сине море
А сходиласе волна да на синём мори,
А й как стал он розбивать много черных караблей да на синём мори,
А й как много стало ведь тонуть народу да в синё морё,
А й как много стало гинуть именьица да в синё море.
А как топерь на синём мори многи люди добрые,
А й как многи ведь да люди православные,
От желаньица как молятся Миколы да Можайскому,
А й чтобы повынес Микулай их угодник из синя моря.
А как тут Садка новгородского как чёснуло в плечо да во правое,
А и как обвернулся назад Садке, купец богатый новгородским, -
А стоит как топерь старичок да назади уж как белыи седатыи,
А й как говорил да старичок таковы слова:
А й как полно те играть, Садке, во гусли во яровчаты в синём мори.
А й говорит Садке как наместо таковы слова:
А й топерь у мня не своя воля да в синём мори,
Заставлят как играть меня царь морской.
А й говорил опять старичок наместо таковы слова:
А й как ты, Садке, купец богатый новгородскиий,
А й как ты струночки повырви-ко,
Как шпинёчики повыломай,
А й как ты скажи топерь царю морскому ведь:
А й у мня струн не случилосе,
Шпинёчиков у мня не пригодилосе,
А й как боле играть у мня не во что.
А тебе скаже как царь морской:
А й не угодно ли тебе, Садке, женитися в синем мори
А й на душечке как на красной на девушке?
А й как ты скажи ему топерь да в синем мори,
А й скажи: царь морской, как воля твоя топерь в синем мори,
А й как что ты знашь, то и делай-ко.
А й как он скажет тебе да топеречку:
А й заутра ты приготовляйся-тко,
А й Садке купец богатый новгородскиий,
А й выбирай, как скажет, ты девицу себе по уму по разуму,
Так ты смотри, перво триста девиц ты стадо пропусти,
А ты другое триста девиц ты стадо пропусти,
А как третье триста девиц ты стадо пропусти,
А в том стади на конци на остатнием
А й идет как девица красавица,
А по фамилии как Чернава-то;
Так ты эту Чернаву-то бери в замужество, -
А й тогда ты, Садке, да счастлив будешь.
А й как лягешь спать первой ночи ведь,
А смотри, не твори блуда никакого-то
С той девицей со Чернавою.
Как проснешься тут ты в синем мори,
Так будешь в Новеграде на крутом кряжу,
А о ту риченку о Чернаву-ту.
А ежели сотворишь как блуд ты в синем мори,
Так ты останешься навеки да в синем мори.
А когда ты будешь ведь на святой Руси.
Да во своем да ты во городе,
А й тогда построй ты церковь соборную
Да Николы да Можайскому,
А й как есть я Микола Можайскиий.
А как тут потерялся топерь старичок да седатыий.
А й как тут Садке, купец богатый новгородскиий, в синем мори
А й как струночки он повырывал,
Шпинёчики у гусёлушек повыломал,
А не стал ведь он боле играти во гусли во яровчаты.
А й остоялся как царь морской,
Не стал плясать он топерь в синём мори.
А й как сам говорил уж царь таковы слова:
А что же не играшь, Садке, купец богатый новгородскиий,
А й во гусли ведь да во яровчаты?
А й говорил Садке таковы слова:
А й топерь струночки как я повырывал,
Шпинёчики я повыломал,
А у меня боле с собой ничего да не случилосе.
А й как говорил царь морской:
Не угодно ли тебе женитися, Садке, в синём мори,
А й как ведь на душечке на красной да на девушке.
А й как он наместо ведь говорил ему:
А й топерь как волюшка твоя надо мной в синём мори.
А й как тут говорил уж царь морской:
Ай же ты, Садке, купец богатый новгородскиий!
А й заутра выбирай себе девицу да красавицу
По уму себе да по разуму!
А й как дошло дело да утра ведь до ранного,
А й как стал Садке, купец богатый новгородскиий,
А й как пошел выбирать себе девици красавици,
А й посмотрит, стоит уж как царь морской.
А й как триста девиц повели мимо их-то ведь,
А он-то перво триста девиц да стадо пропустил,
А друго он триста девиц да стадо пропустил,
А й третье он триста девиц да стадо пропустил.
А посмотрит, позади идет девица красавица,
А й по фамилии что как зовут Чернавою,
А он ту Чернаву любовал, брал за себя во замужество.
А й как тут говорил царь морской таковы слова:
А й как ты умел да женитися, Садке, в синём мори.
А топерь как пошло у них столованье да почестен пир в синем мори,
А й как тут прошло у них столованье да почестен пир,
А как тут ложился спать Садке, купец богатый новгородскиий,
А в синём мори он с девицею с красавицей,
А во спальней он да во теплоей;
А й не творил с нёй блуда никакова, да заснул в сон во крепкии.
А й как он проснулся Садке купец богатый новгородскиий,
Ажно очудился Садке во своем да во городе,
О реку о Чернаву на крутом кряжу.
А й как тут увидел, - бежат по Волхову
А свои да черные да карабли,
А как ведь дружинушка как хоробрая
А поминают ведь Садка в синём мори,
А й Садка купца богатого, да жена его
А поминат Садка со всей дружиною хороброю.
А как тут увидла дружинушка,
Что стоит Садке на крутом кряжу да о Волхово,
А й как тут дружинушка вся она росчудоваласе,
А й как тому чуду ведь сдивоваласе,
Что оставили мы Садка да на синем мори,
А Садке впереди нас да во своем во городе.
А й как встретил ведь Садке дружинушку хоробрую,
Вси черные тут карабли,
А как топерь поздоровкались,
Пошли во полаты Садка купца богатого.
А как он топеречку здоровкался со своею с молодой женой.
А й топерь как он после этого
А й повыгрузил он со караблей
А как все свое да он именьицо,
А й повыкатил как ен всю свою да несчетну золоту казну.
А й топерь как на свою он несчетну золоту казну
А й как сделал церковь соборную
Николы да Можайскому,
А й как другую церковь сделал пресвятыи богородицы.
А й топерь как ведь да после этого
А й начал господу богу он да молитися,
А й о своих грехах да он прощатися.
А как боле не стал выезжать да на синё морё,
А й как стал проживать во своем да он во городе,
А й топерь как ведь да после этого
А й тому да всему да славы поют.
http://feb-web.ru/feb/byliny/texts/nov/nov-157-.htm#

Павел Николаевич Рыбников
Рыбников Павел Николаевич (24.11.1831, Москва, -17.11.1885 - Нужна была вся тяжелая моя школа, горячая любовь к народу, чтобы в короткий срок, узнавая чутьем местность и людей, собрать такие редкости)
Общие результаты работ собирателей и исследователей русских былин
http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_262.htm
Песни, собранные П.Н. Рыбниковым. 2-е изд.  Под ред. А.Е. Грузинского. Т.1. М., 1909г., 618с.  
http://www.slavyanskaya-kultura.ru/catalog/item45.html 7,04Мб
Песни, собранные П. Н. Рыбниковым Т.2. М. 1910г., 727с.
http://filegiver.com/free-download/pesni-sobrannye-p-n-rybnikovym-t-2-1910.pdf
Песни, собранные П.Н. Рыбниковым Т.3. М. 1910г., 432с. Прил.: Извлечения из писем П.Н. Рыбникова.  с.301-325; Об особенностях олонецкого подречия. с.326-350; Словарь непонятных и областных слов. с.351-382; Указ. имен. с.383-398; Предмет. Указ. с.399-429; Список сказителей и сказительниц. с.430; Указ. былин по содержанию. с.431-432
Уж вы, гости. Проект Дмитрия Квасова
http://www.akbot.narod.ru/songs.html
Обернулся, глядит Садке Новгородскиий:
Ажно стоит старик седатыий.
...Говорит старик таковы слова:
...Скажет тебе царь морской:
Не хочешь ли жениться во синем море
На душечке на красныя девушке? -
Говори ему таковы слова:
У меня воля не своя во синем море. -
Опять скажет царь морской:
Ну, Садке, вставай поутру ранешенько,
Выбирай себе девицу красавицу.
Как станешь выбирать девицу красавицу,
Так перво триста девиц пропусти,
И друго триста девиц пропусти,
И третье триста девиц пропусти:
Позади идет девица красавица,
Красавица девица Чернавушка, -
Бери тую Чернаву за себя замуж
***
Геродот сравнивает обычаи иллирийских энетов с обычаями вавилонян в выборе невест, когда женихи, начиная с самых красивых девушек, кончали свой выбор дурнушками. В этом обряде отразился существовавший некогда у генетов обычай группового брака. Страбон передает, что у них существовали мифические сказания и обряды, восходящие, возможно, к тому времени, когда генеты переселились из Малой Азии в Европу
Ю.К. Колосовская. Народ венетов в свидетельствах древних авторов. 1997. Античный мир и Византия. Харьков, с.104-113
http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_642.htm
Поехал Садке по Волхову,
Со Волхова во Ладожско,
А со Ладожска во Неву-реку,
А со Невы-реки во сине море
***
От Юмны четырнадцать дней ходу под парусами до Острогарда Руси (Ostrogard Ruzziae - Новгород), столицей (metropolis) которой является город Киев (Chive), достойный соперник Константинопольской державы, славнейшее украшение Греции.
Адам Бременской. Деяния гамбургских архиепископов. 1075г.
http://www.vostlit.info/Texts/rus/adam_br_5/frametext1.htm
Делайте жеребья на красноем на золоте,
А я сделаю жеребий вольжаный. -
Делали жеребья на красноем на золоте,
А сам Садке делал жеребей вольжаный,
Всяк свое имя подписывал,
Спущали жеребья на сине море:
Как у всей дружины хоробрыя
Жеребья гоголем по воды пловут,
А у Садка-купца ключом на дно.
(Этим не оканчивается испытание: Садко предлагает дружине сделать жеребья дубовые, а сам делает липовый; потом дружина делает жеребья липовые, а он - дубовый)
***
О будущем гадали обыкновенно метанием деревянных дощечек, у которых одна сторона была черная, другая белая. Когда их бросали, белая сторона наверху добро, черная худо, по их мнению, предвозвещала -
Михайло Ломоносов. Древняя Россiйская исторiя. (1766г.). Гл.4. О нравах и о вере вендских померанских славян
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_390.htm
Но и новгородцы не забыли места, кои ими были управляемы и куда езжали; помнят, по крайней мере, Воллин, о котором есть одна старая новгородская песня и который называется Волынцем Заморским - Ю.И. Венелин. Истоки Руси и Славянства. с.617
http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_717.htm
Мало збыщаше Iлерув а неботь рещены Iлмерстiе а те се бо седнеше вендле iезера А ту Ведештii усшедща даль а Iлместе остаще сен тамо I тако збенде мало - Дощ.7э
Iмяхомь мнозiе хранiе о НовуГрду на Волхъву рiецiе - Дощ.21

  


СТАТИСТИКА