Самоорганизация и неравновесные
процессы в физике, химии и биологии
 Мысли | Доклады | Самоорганизация 
  на первую страницу НОВОСТИ | ССЫЛКИ   

О.А. Мончаловский. Родина. Сборник избранных русских стихотворений
от 11.02.08
  
Доклады


Как с игры, да с беганья щеки разгораются, Так с хорошей песенки духом поднимаются, Бедные, забытые... Некрасов

В Карпаты, в Карпаты, где спит Святогор, откуда виднеется русский простор - ДиМитрий Вергун

В настоящее время, время ожесточенной борьбы за русскую народность, в Галицкой Руси, время национальных лжеучений, сбивающих с верного народного пути неопытную молодежь и доведших их последователей до изменнического отречения не только от единства с русским народом, но даже от священного имени Русь, исторические идеалы русского народа приобретают великое значение. Они, как путеводные звезды, освещают бурное житейское море и руководствуют мыслями и деяниями людей, преданных русской народности и любящих свою родину.
Лучшие сыны русского народа вылили свою любовь к Руси в художественных произведениях, которые, как яркие светила, блещут в русской литературе. Мы и напечатали в сем сборнике выдающиеся памятники поэтического творчества русских писателей, посвященные любви к родине, дабы юным русским галичанам, ищущим возвышенного и благородного, указать путь к достижению их стремлений. Может-ли, однако, быть что-либо возвышеннее, благороднее и непорочнее, чем любовь к святой Руси?
Чувство этой любви выражено искренне и горячо в стихотворениях, напечатанных в этом сборнике. В них читатель найдет целое созвучие чувств, волнующих верного, любящего сына Матери-Руси: тихие, спокойные мотивы, задумчиво-грустные молитвенные мысли, тяжелую и глубокую тоску, восторженный призыв к взаимной любви и дружной работе и торжественные гимны сознания мощи русского народа и его будущих великих судеб.
Вместе с тем юные русские галичане найдут в сборнике прекрасные образцы русской художественной поэзии, примеры правильной и изящной формы стихотворений и богатый материал для изучения русской литературной речи.
Да принесет-же эта книжечка русскому юношеству в Галицкой Руси желательную и наибольшую пользу: одушевит восторженных, ободрит унывающих, убедит сомневающихся, утвердит колеблющихся, исправит заблудших и всех оплодотворит искреннюю, бескорыстною любовью к святой Руси, побуждая к неутомимой и самоотверженной деятельности в ея пользу. Подобное собрание русских художественных произведений появляется впервые в Галицкой Руси. Да достигнет-же оно своей цели, выраженной певцом горя русского народа, Н.А. Некрасова, в следующих стихах:
И ангел милосердия
Не даром с чудной песнею
Над юношей витал.
Года ученья минули,
И юноша отмеченный
Печатью дара божьего,
Стал пылким и восторженным
Певцом освобождения
Униженных, обиженных
На всей святой Руси
Собрал и издал для галицко-русской молодежи О.А. Мончаловский, Львов, типография Ставропигийского института,1905

Запевка
Л.А. Мея

Ох, пора тебе на волю, песня русская,
Благовестная, победная, раздольная,
Погородная, посельная, попольная,
Непогодою-невзгодою повитая,
Во крови, в слезах крещенная - омытая!
Ох, пора тебе на волю, песня русская!
Не сама собой ты спелася-сложилася:
С пустырей тебя намыло снегом, дождиком,
Нанесло тебя с пожарищ дымом-копотью,
Намело тебя с сырых могил метелицей!

Гимн
Н.А. Некрасова

Господь! Твори добро народу,
Благослови народный труд,
Упрочь народную свободу,
Упрочь народу правый суд!

Чтобы благия начинанья
Могли свободно возрасти,
Разлей в народе жажду знанья
И к знанью укажи пути!

И от ярма порабощенья
Твоих избранников спаси,
Которым знамя просвещенья,
Господь! Ты вверишь на Руси!

Святополк
К.Ф. Рылеева (Князь Святопополк убил своих братьев, Глеба и Святослава. Последний погиб в 1016 году в Карпатских горах между местечком Скольем и селом Гребеновом стрыйского уезда. Это место до сих пор называется Святославом)

В глуши Карпатских диких гор,
Куда ни голос человека,
Ни любопытства дерзкий взор
Не проникал еще от века,
Где только в дебрях серый волк
С щетинистым вепрем встречался -
Братоубийца Святополк,
От всех оставленный, скитался.

Ему был страшен взор людей:
Он видел в нём себе укоры;
Страдальцу мнилось: ты злодей! -
В глухих отзывах вторят горы.
- Злодей! - казалось, вопиют
Ему лесов дремучих сени,
И всюду грозные бегут
За ним убитых братьев тени.

Из дебри в дебрь, из леса в лес
В неистовстве перебегая,
Встречал он всюду гнев небес -
И кончил дни свои страдая...
Никто слезы не уронил
На прах отверженника неба,
И всех проклятье заслужил
Убийца-брат Святого Глеба.

И обитатель той земли
Завидев, трепетом объятый,
Его могилу издали,
Бежа, крестил себя трикраты.
От современников до нас
Дошло ужасное преданье,
И сочетал народа глас
С ним Окаяннаго прозванье!

И в страшной повести об нем
Его ужасные злодейства
Пересказав в кругу родном,
Твердил детям отец семейства:
Ужасно быть рабом страстей!
Кто раз их предался стремленью,
Тот с каждым днем летит быстрей
От преступленья к преступленью.

Родина!
Д.Д. Минаева

Как мать свою, которая меня
Родила в свете, вспоила и вскормила,
Но после не дала такого дня,
Чтоб этот день она не отравила -
То жалобой, за каждый шаг виня
За каждое движенье негодуя,
То холодом мне душу леденя, -
Так и тебя, о, Родина, люблю я!
Люблю тебя я, как постылый сын:
Ты мне чужда, ты мачихой мне стала,
Но в сердце у меня, есть уголок один,
Где та любовь еще не умирала.

Эти бедные...
Ф.Н. Тютчева

Эти бедные селенья,
Эта скудная природа -
Край родной долготерпенья,
Край ты русского народа!

Не поймет и не заметит
Гордый взор иноплеменный,
Что сквозит и тайно светит
В наготе твоей смиренной.

Удрученный ношей крестной,
Всю тебя, земля родная,
В рабском виде Царь Небесный
Исходил благословляя.

Христос воскрес!
На освобождение от панщины
М.П. Розенгейма

Христос, Христос воскрес! Воистину воскрес!
Воспойте: жив Господь, и слава в вышних Богу!
Блеснул свободы луч и нам с родных небес!
Осанна! Вайями усыплем-те дорогу!

Разбита рабства цепь. Вставайте, мертвецы!
Вставайте, Лазари, из гроба векового,
Где вы родилися, где отжили отцы!
Прощенье прошлому! Забвение былого!

Оплот коснения и порчи сокрушен,
На свет, на Божий свет скорее выходите!
Граждане новые, привет вам и поклон,
Бог помочь, братья, вам, Бог помочь в новом быте!

Не стойте, - прочь скорей от двери гробовой!
Вас жизнь к себе зовет: живым работы много!
Вперед, нас братья ждут, вперед, рука с рукой!
Теперь нам всем одна - всем общая дорога.

Вы, чуждые досель сыны одной семьи
Средь рабства явного и тайного проклятья,
Вглядитесь наконец друг в друга: вы свои,
Одной неволей лишь разрозненные братья!

Но рабство сломано: Давайте ж руки нам,
Давайте и пойдем, пойдем, нас ждет работа,
И радость, и печаль - все вместе пополам!
Про дело земское всем общая забота.

Пойдем! Свободы луч блеснул с родных небес,
Победу завершил при кликах всенародных:
Христос, Христос воскрес! - Воистину воскрес!
И стала наша Русь землей людей свободных.

Христос, Христос воскрес! Хвала и честь тому,
Тому, кто, как пророк евреям Богом данный,
Воздвигнул свой народ от рабства и ему
Открыл широкий путь к земле обетованной.

Отчизна
В.Л. Величка
Посвящается памяти самоотверженных


Скажи, ты слышал ли отчизны голоса?
Не те, что нам звучат средь городского шума,
Не голоса живых, - а тайные, как дума,
Как шепот, что весной вливается в леса,
Как вод излучистых чуть слышное теченье,
Как смерти чаянье, надежды утешенье,
Как первых дней весны стыдливая краса!..

Скажи, постиг-ли ты в тех голосах призывных,
Что ты - волна реки, ты - искорка в костре,
Ты - вьющийся дымок над лугом, на заре,
Созвучие в родных напевах заунывных?!
Земля! - родимый прах отшедших в вечный сон!
Стихией властною проникнуть, окружен,
Ты - в чешуе цепей, незримых, неразрывных.

Но иго так легко, так сладко бытие!
Мечты - поток огня! В стремленьи - сколько мощи.
Ты раб заветных чар - но эти степи, рощи
Преданья и любовь и слава - все твое!
О, жить для Родины! Жить, сколько Бог позволит!
О подвиге, душа, о высшем счастье молит:
Когда настанет час, - погибнуть за неё!

Сеятелям
Н.А. Некрасова

Сеятель знанья на ниву народную!
Почву ты, что-ли, находишь безплодную,
Худы-ль твои семена?

Робок-ли сердцем ты? слаб-ли ты силами?
Труд награждается всходами хилыми,
Доброго мало зерна!

Где-ж вы, умелые, с бодрыми лицами?
Где же вы с полными жита кошницами?
Труд засевающих робко, крупицами,
Двиньте вперёд!

Сейте разумное, доброе, вечное,
Сейте! Спасибо вам скажет сердечное
Русский народ...

Орел
А.С. Хомякова

Высоко ты гнездо поставил,
Славян полунощных орел,
Широко крылья ты расправил,
Глубоко в небо ты ушел!
Лети, но в горнем море света,
Где силой дышащая грудь
Разгулом вольности согрета,
О младших братьях не забудь!
На степь полуденного края,
На дальний запад оглянись:
Их много там, где ширь Дуная,
Где Альпы тучей обвились,
В ущельях скал, в Карпатах тёмных,
В Балканских дебрях и лесах,
В сетях тевтонов вероломных,
В стальных татарина цепях!..

И ждут окованные братья. -
Когда же зов услышат твой,
Когда ты крылья, как объятья,
Прострёшь над слабой их главой?
О, вспомни их, Орел полночи!
Пошли им звонкий твой привет,
Да их утешит в рабской ночи
Твоей свободы яркий свет!
Питай их пищей сил духовных,
Питай надеждой лучших дней
И хлад сердец единокровных
Любовью жаркою согрей!
Их час придет - окрепнут крылья,
Младые когти подростут,
Вскричат орлы - и цепь насилья
Железным клювом расклюют!

Юношам Славянам
Н.Ф. Щербины

Не в буйном стане шайки грубой
Всеотрицающих невежд
Нам племя молодое любо -
Колено славы и надежд.

Оно нам любо там, где дело
Прямое юноша познал,
В смиреньи начал строить смело,
Любовь без злобы показал.

Исполнен юных сил богатства,
Он вдаль, как зрелый муж прозрел,
И отдал сердце чувству братства,
А ум - творенью добрых дел...

И свято назначенье это:
В нем русский юноша избран
Вносить плоды любви и света
На общий жертвенник Славян

Видение
А.С. Хомякова

Беззвездная полночь дышала прохладой,
Крутилася Лаба, гремя под окном;
О Праге я с грустною думал отрадой,
О Праге мечтал, забываяся сном.

Мне снилось - лечу я: орёл сизокрылый
Давно и давно бы в полете отстал,
А я, увлекаем невидимой силой,
Всё выше и выше взлетал.

И с неба картину я зрел величаву -
В убранстве и блеске весь Западный край,
Мораву, и Лабу, и дальнюю Саву,
Гремящий и синий Дунай.

И Прагу я видел - и Прага сияла,
Сиял златоверхий на Петчине храм,
Молитва славянская громко звучала
В напевах, знакомых минувшим векам.

И в старой одежде святого Кирилла
Епископ на Петчин входил,
И следом валила народная сила,
И воздух был полон куреньем кадил.

И клир, воспевая небесную славу,
Звал милость Господню на Западный край,
На Лабу, Мораву, на дальнюю Саву,
На шумный и синий Дунай

Не гордись
А.С. Хомякова

Не гордись перед Белградом,
Прага, чешских стран глава!
Не гордись пред Вышеградом,
Златоверхая Москва!

Вспомним: мы роднне братьа,
Дети матери одной:  
Братьям братские объятья,
К груди грудь, рука с рукой!

Не гордися силой длани
Тот, кто в битве устоял!
Не скорби, кто в долгой брани
Под грозой судьбины пал!

Испытанья время строго;
Тот, кто пал, восстанет вновь:
Много милости у Бога,
Без границ его любовь!

Пронесётся мрак ненастный,
И, ожиданный давно,
Воссияет день прекрасный:
Братья станут за одно.
 
Все велики, все свободны -
На врагов - победный строй,
Полны мыслью благородной,
Крепки верою одной!

Киев
А.С. Хомякова

Высоко передо мною
Старый Киев над Днепром;
Днепр сверкает под горою
Переливным серебром.
     
Слава, Киев многовечный,
Русской славы колыбель!
Слава,  Днепр наш быстротечный,
Руси чистая купель!
     
Сладко песни раздалися,
В небе тих вечерний звон:
Вы откуда собралися,
Богомольцы, на поклон?
     
- Я оттуда, где струится
Тихий Дон - краса степей!
- Я оттуда, где клубится
Беспредельный Енисей!
     
- Край мой - теплый брег Эвксина!
- Край мой - брег тех дальних стран,
Где одна сплошная льдина
Оковала океан!
     
- Дик и страшен вид Алтая,
Вечен блеск его снегов:
Там страна моя родная!
- Мне отчизна - старый Псков.
     
- Я от Ладоги холодной!
- Я от синих волн Невы!
- Я от Камы многоводной!
- Я от матушки - Москвы.
     
Слава, Днепр - седые волны!
Слава, Киев - чудный град!
Мрак пещер твоих безмолвный
Краше царственных палат.
     
Знаем мы: в века былые,
В древню ночь и мрак глубок,
Над тобой блеснул России
Солнца вечного восток.
     
И теперь из стран далеких,
Из неведомых степей,
От полночных рек глубоких -
Полк молящихся детей;
     
Мы вокруг своей святыни
Все с любовью собраны...
Братцы, где ж сыны Волыни?
Галич, где твои сыны?
     
Горе, горе! их спалили
Польши дикие костры;
Их сманили, их пленили
Польши шумные пиры:
     
Меч и лесть, обман и пламя
Их похитили у нас;
Их ведет чужое знамя,
Ими правит чуждый глас.
     
Пробудися, Киев, снова!
Падших чад своих зови!
Сладок глас отца родного,
Зов моленья и любви.
     
И отторженные дети,
Лишь услышат твой призыв,
Разорвав коварства сети,
Знамя чуждое забыв,
     
Снова, как во время оно,
Успокоиться придут
На твое святое лоно,
В твой родительский приют.
     
И вокруг знамен отчизны
Потекут они толпой,
К жизни духа, к духу жизни,
Возрожденные тобой!

Родина
М.Ю. Лермонтова

Люблю отчизну я, но странною любовью;
Не победит ея разсудок мой!
Ни слава, купленная кровью,
Ни полный гордого доверия покой,
Ни темной старины заветные преданья
Не шевелят во мне отрадного мечтанья.
Но я люблю - за что не знаю сам -
Ее степей холодное молчанье,
Ее лесов безбрежных колыханье,
Разливы рек ея подобные морям:
Проселочным путем люблю скакать в телеге
И, взором медленным пронзая ночи тень,
Встречать по сторонам, вздыхая о ночлеге,
Дрожащие огни печальных деревень.
Люблю дымок спаленной жнивы,
В степи кочующий обоз,
И на холме, средь желтой нивы
Чету белеющих берез.
С отрадой многим незнакомой,
Я вижу полное гумно,
Избу, покрытую соломой,
С резными ставнями окно;
И в праздник, вечером росистым,
Смотреть до полночи готов
На пляску с топаньем и свистом
Под говор резвых мужичков

Поклон Руси
Гр. В.А. Соллогуба

Помним памятные были,
Помним чудные мы дни,
Чтоб и внуки не забыли
Однокровной нам родни.

Славой венчанной великой,
За Дунай неся закон,
Цареграда был владыкой
Царь Болгарский Симеон.

Княця Галицкого (1) веру
Властью Рим не удивил, -
И монах (2) в созвездий сферу
Ось земли установил.

Был и день на век позорный
Темных дум и темных дел,
Где от челяди соборной
Светлый праведник горел (3).

Был Хмельницкий, гетман бравый,
Был день славный навсегда,
Где зажглася над Полтавой (4)
Русской доблести звезда.

И досель живет преданье
О каком-то чудном сне,
О каком-то ожиданье
На Славянской стороне.

Кто-же близкого нам рода
Богом данная глава?
Кто для братского народа
Тайный символ торжества?

Как не ты, о Русь Святая,
Наша дорогая Мать?
Исполать (5) тебе, родная,
В вечном блеске исполать!

Путь великий совершая,
Мы живем в твоей судьбе,
И теперь, к тебе взывая,
Поклоняемся тебе.

Будь опорой русской веры,
Будь могуча и тверда,
Да боятся изуверы
Твоей силы и суда!

Крепкой стойкостью закона
Мира грозный будь оплот,
На свое прими ты лоно
Всех скорбящих и сирот!

1 - Даниила Романовича
2 - Николай Коперник
3 - Иван Гусь
4 - Победа Петра Великого над шведами в 1709
5 - Это слово происходит от греческого ейс полла, т.е. на многие лета
     
Русскому обществу
В.Л. Величка

В тумане смутных дней
В нелегкий путь пошли мы,
Огнем любви палимы,
Любви к земле своей!

Тому, кто сердцем верен,
Не страшен сильный враг!
Да будет каждый шаг,
Отважен, тверд и мерен!

Сплотимся лиш тесней
Вокруг родного дела,
Осветим правдой смело
Туманы смутных дней!

Обступим стяг священный,
Как доблестная рать!
За Русь! За нашу Мать
Поднимем кубок пенный

За русский пыл в крови,
За славные преданья,
За луч самосознанья
И торжество любви!

Ты знаешь край?
Гр. А.К. Толстого

Ты знаешь край, где все обильем дышет,
Где реки льются чище серебра,
Где ветерок степной ковыль колышет,
В вишневых рощах тонут хутора,
Среди садов деревья гнутся долу
И до земли висит их плод тяжелый?

Шумя, тростник над озером трепещет,
И чист, и тих, и ясен свод небес,
Косарь поет, коса звенит и блещет,
Вдоль берега стоит кудрявый лес,
И к облакам, клубяся над водою,
Бежит дымок синеющей струею?

Туда, туда всем сердцем я стремлюся,
Туда, где сердцу было так легко,
Где из цветов венок плетет Маруся,
О старине поет слепой Грицко,
И паробки, кружась на пожне гладкой,
Взрывают пыль веселою присядкой!

Ты знаешь край, где нивы золотые
Испещрены лазурью васильков,
Среди степей курган времен Батыя,
Вдали стада пасущихся волов,
Обозов скрип, ковры цветущей гречи
И вы, чубы - остатки славной Сечи?

Ты знаешь край, где утром в воскресенье,
Когда росой подсолнечник блестит,
Так звонко льется жаворонка пенье,
Стада блеять, а колокол гудит,
И в Божий храм, увенчаны цветами,
Идут козачки пестрыми толпами?

Ты помнишь ночь над спящею Украйной,
Когда седой вставал с болота пар,
Одет был мир и сумраком и тайной,
Блистал над степью искрами стожар,
И мнилось нам: через туман прозрачный
Несутся вновь Палей и Сагайдачный?

Ты знаешь край, где с Русью бились ляхи,
Где столько тел лежало средь полей?
Ты знаешь край, где некогда у плахи
Мазепу клял упрямый Кочубей?
И много где пролито крови славной
В честь древних прав и веры православной?

Ты знаешь край, где Сейм печально воды
Меж берегов осиротелых льет?
Над ним дворца разрушенные своды,
Густой травой давно заросший вход?
Над дверью щит с гетманской булавою?..
Туда, туда стремлюся я душою!

Снилось мне...
Гр. А.А. Голенищева-Кутузова

Снилось мне небо лазурное, чистое,
Снилось мне родины ширь необьятная,
Утро румяное, поле росистое,
Свежесть и юность моя невозвратная...
Снилось мне, будто иду я дорогою -
Ярче и ярче восток разгорается;
Сердце обьято разсветной тревогою,
Сердце от счастья любви разрывается.
Рощи и воды младенческим лепетом
Мне отвечают на чувство приветное -
Шепчут уста с умилением и трепетом
Имя любимое, имя заветное!..

Отчизна
А.Н. Плещеева

Природа скудная родимой стороны!
Ты дорога душе моей печальной;
Когда-то, в дни моей умчавшейся весны,
Манил меня чужбины берег дальний...

И пылкая мечта, бывало, предо мной
Рисует всё блестящие картины:
Я вижу свод небес прозрачно-голубой,
Громадных гор зубчатые вершины...

Облиты золотом полуденных лучей,
Казалось, мирт, платаны и оливы
Зовут меня под сень раскидистых ветвей,
И розы мне кивают молчаливо...

То были дни, когда о цели бытия
Мой дух, среди житейских обольщений,
Еще не помышлял...И, легкомыслен, я
Лишь требовал у жизни наслаждений.

Но быстро та пора исчезла без следа,
И скорбь меня нежданно посетила...
И многое, чему душа была чужда,
Вдруг стало ей и дорого и мило.

Покинул я тогда заветную мечту
О стороне волшебной и далекой...
И в родине моей узрел я красоту,
Незримую для суетного ока...

Поля изрытые, колосья желтых нив,
Простор степей, безмолвно величавый;
Весеннею порой широких рек разлив,
Таинственно шумящие дубравы;

Святая тишина убогих деревень,
Где труженик, задавленный невзгодой,
Молился небесам, чтоб новый, лучший день
Над ним взошел-великий день свободы.

Вас понял я тогда; и сердцу так близка
Вдруг стала песнь моей страны родимой -
Звучала ль в песне той глубокая тоска,
Иль слышался разгул неудержимый.

Отчизна! не пленишь ничем ты чуждый взор...
Но ты мила красой своей суровой
Тому, кто сам рвался на волю и простор,
Чей дух носил гнетущие оковы...

Родная земля
А. Круглова

Быть может ты и прав, с тобою я не спорю,
Да и чему-же спор, - тебя я не пойму:
Душой сочувствую и я чужому горю,
Но более всего - родному своему.

Иду-ли пыльною, проселочной дорогой,
Вхожу ли в темный лес, чтобы укрыться в тень,
Встречаю-ль на пути храм старый и убогий -
Отраду чистую забытых деревень;

Гляжу-ли на поля, желтеющие рожью,
На безконечный луг, одевшийся в цветы, -
На них в своей мольбе, зову я благость Божью,
О них в моей душе - тоскливые мечты.

Мне трудно объяснить, но сердцем понимаю.
Что если о других, далеких мне, скорблю,
То о родной земле я иначе страдаю,
Ее своей душой я иначе люблю.

В поле
Ф.Н. Берга

Дай тебе, Боже, родная Земля,
Мира, свободы, покою!
Как эти села, как эти поля
Крепко сроднились со мною!
Чудное утро за ночью дождливою:
Серая тень переходит за нивою,
Тучки плывут в синеве,
И широко по траве
Тянется ветер сбруей благовонною
В рощу зеленую,
Дождиком свежим омытую,
Солнечным светом залитую.

Дай тебе, Боже, родная Земля,
Дождичка, ведра в поля
И сохрани их от града, от голода,
Жара сухого, да позднего холода!
Бог вам на помощь, Христовы работнички!
Глубже вам вспахивать пашенку черную,
Шире косой размахнуться проворною -
Будет большой урожай,
Град не побьет, саранча не напустится
Как все кругом зацветет да распустится -
Знай увози - собирай!
В полдень-ли жаркий, полуночью тихою,
Медом потянет от кашки с гречихою,
Станут хлеба, что стена.
И засквозятся, что золото яркое,
Стебли сухие на солнышко жаркое,
И зашумят, как волна.
Песни по селам споют веселые,
Стоном застонут телеги тяжелые -
Горы снопов повезут.
Все, чем поля за труды ни поплотятся,
Все на току на сухом умолотится
Все в закрома покладуть.

Дай тебе, Боже, родная Земля,
Мудрых вождей и великих,
Чтобы не слышали эти поля
Криков проклятия диких,
Чтоб не лилась неповинная кровь,
Слёз неутешных не лилось...
Чтоб вековечно Святая Любовь
В грешных сердцах воцарилась.

Русь
Н.А. Некрасова

Битву кровавую
С сильной державою
Царь замышлял.
- Хватит-ли силушки?
Хватит-ли золота?
Думал, гадал.

Ты и убогая,
Ты и обильная,
Ты и могучая,
Ты и безсильная,
Матушка-Русь!

В рабстве спасенное
Сердце свободное -
Золото, золото
Сердце народное!

Сила народная,
Сила могучая: -
Совесть спокойная,
Правда живучая!

Сила с неправдою
Не уживается,
Жертва неправдою
Не вызывается. -

Русь не шелохнется,
Русь - как убитая!
А загорелась в ней
Искра сокрытая -

Встали - не бужены,
Вышли - не прошены,
Жита по зёрнушку
Горы наношены!

Рать подымается
Неисчислимая,
Сила в ней скажется
Несокрушимая!

Ты и убогая,
Ты и обильная,
Ты и забитая,
Ты и всесильная,
Матушка-Русь!..

Последняя элегия
М.П. Розенгейма

Боры да поляны, бедная природа,
Сторона родная русского народа!
Как царевна в сказке, духом тьмы заклята,
Спишь ты, Русь Святая, мертвым сном обьята,
Тщетно отголосков жизни ловит ухо, -
Нет живого звука, все мертво и глухо!
Веет отовсюду холодом могилы...
Где-же люди веры, где-же люди силы?
Люди убеждений, неподкупно твердых,
Под грозою крепких, пред  милостью гордых?..

Мать моя, Отчизна! Русь моя Святая!
В общей апатии, гибнешь ты, родная.
Но смотреть на гибель и молчать - нет мочи!
Кровью плачет сердце, а слезами - очи.
Что-же о прогрессе, что-же вы кричите?
Где оно движенье? В чем оно, скажите?
В чем успехи наши?..где они?..о где-же?
Типы нашей жизни, все одни и те-же...

Русь, проснися!
М.П. Розенгейма

Русь проснися! Время, время!
Встань, мой край родной!
Сбрось постыдной лени бремя,
Встань, Господь с тобой!

Час ударил пробужденья,
Слышишь клич: вперед! -
Встань, на дело обновленья
Жизнь тебя зовет.

Оглянись, мой край родимый,
Из конца в конец -
Сколько средств необозримых
Дал тебе Творец!..

Знаю: тяжкие оковы
На тебе лежат,
Сторожа твои суровы
Зорко сторожат;

Знаю: сон твой подневолен, -
Это сон тюрьмы...
Встань, трудись - и будешь волен,
И уйдешь от тьмы.

Край родимый, пробудися, -
Труд тебя зовет,
На призыв тот отзовися,
Громовым: вперед!

Мать-Родина
Н.А. Некрасова

В минуты унынья, о родина-мать!
Я мыслью вперед улетаю,
Еще суждено тебе много страдать,
Но ты не погибнешь, я знаю.

Был гуще невежества мрак над тобой,
Удушливей сон непробудный,
Была ты глубоко-несчастной страной,
Подавленной, рабски безсудной.

Давно ли народ твой игрушкой служил
Позорным страстям властелина?
Иноплеменник, как коня, выводил
На рынок раба-славянина,

И русскую деву влекли на позор,
Свирепствовал бич без боязни,
И ужас народа при слове - набор -
Подобен был ужасу казни?

Довольно! Окончен с прошедшим разсчет,
Окончен разсчет с властелином!
Сбирается с силами русский народ
И учится быть гражданином,

И ношу твою облегчила судьба,
Сопутница дней славянина!
Еще ты в семействе, покуда, - раба,
Но мать уже вольного сына!

Русская старина
Кн. Д.П. Голицына

Ты нас учи успехам зарубежным,
Чужого ж строя к нам не приноси
Хулителем безсмысленно мятежным
Того, что Бог посеял на Руси.
Себя в обычай мертвый не зароем,
Но продавать не станет старины,
Русь создалась своим домашним строем,
Им дорожить, что кладом, мы должны!

Святая Русь
Кн. П.А. Вяземского

Когда народным бурям внемлю
И с тайным трепетом гляжу,
Как Божий гнев карает землю
Предав народы мятежу;

Когда надменные ученья,
Плоды лжемудрости и тьмы,
Питают ядом обольщенья
Самолюбивые умы;

Когда рука слепой гордыни,
Не зная граней, ни препон,
Срывает общества твердыни:
Преданья, правду и закон;

Когда дух буйный и тревожный,
Когда разнузданная страсть,
Под знаменем свободы ложной
Насилий воцаряют власть, -

О, как в те дни борьбы мятежной
Еще любовней и сильней
Я припадаю с лаской нежной
На лоно матери моей!

Как в эти дни годины гневной
Ты мне мила, Святая Русь,
Молитвой теплой, задушевной,
Как за тебя в те дни молюсь!

Как дорожу моей любовью,
И тем, что я твой сын родной!
Как сознаю душой и кровью,
Что кровь твоя и дух я твой!

Как я люблю твое значенье
В земном всемирном бытии,
Твое высокое смиренье
И жертвы чистые твои,

Твое пред Промыслом покорство,
Твое безстрашье пред врагом,
Когда идешь на ратоборство,
Приосенив себя крестом!

Мне святы все твои скрижали!
Из них стереть бы ни хотел
Я ни одной твоей печали,
Ни одного из громких дел.

Мне святы старины могилы
И дней грядущих колыбель,
И наша Церковь - благ и силы
И душ и доблестей купель.

Мне свят язык наш величавый:
Столетья в нем отозвались;
Живая ветвь он корня славы,
Под нею царства улеглись;

На нем мы призываем Бога,
Им братья мы семьи одной,
И у последнего порога
На нем прощаемся с землей.

Святая Русь! Родного слова
Многозначительная речь!
Завет нам Божьего покрова
И оклик наш средь бурных сечь!

Из слов земных живей и чаще
Звучишь ты сердцу и уму,
Всех песней ласковей и слаще
Поешь ты слуху моему.

Святая Русь! В самом значеньи
Ей Промысл путь предуказал;
Не даром при ея крещеньи -
Он ей то имя даровал.

Нам явны из его глагола
Ея призванье и судьба:
За Божий дом, за честь престола,
За правду жертвы и борьба.

Безукоризненная клятва
И попеченьем чистых рук
О Боге зреющая жатва
Добра, успехов и наук.

О дорожи своим залогом!
Блюди такой избранный путь,
И пред людьми и перед Богом,
Святая Русь, святою будь!

О, будь всегда, как и до ныне,
Ковчегом нашим под грозой
И сердцу русскому святыней
И нашей силой пред враждой!

У Межигорского Спаса
(монастырь под Киевом, бывшая приходская церковь запорожских козаков)
В.Ф. Луцыка (Бодака Музуки)

Видишь-ли Ты, Чудотворный,
Кто здесь бьет поклоны?
Знаешь-ли Ты, чьи днесь слышны
Мольбы да и стоны?
И чия свеча икону
Твою озаряет,
Кто молитву от души недр
К Тебе посылает?..
Знаешь-ли Ты?..Прикарпатских
Я пределов житель;
Скорбь меня в Твою святую
Пригнала обитель.
Скорбь пригнала и надежда
В Твоих чудес силу,
Что не дашь нас, живых, класти
В сырую могилу...
Защити нас!..Вот сын предков
Пред Тобою в прахе,
Тех, что кровь несли за веру,
Головы на плахи;
Тех, что мощную рукою
Врагов покоряли,
И для Руси славы, чести,
Воли добывали,
Клали злато на престол Твой,
Жемчуги, саиты,
И умели буйны чубы
Пред Тобой корити...
Я, сын предков тех могучих,
Голодный и голый!..
У меня нет сребра, злата
На Твои престолы:
Не замету буйным чубом
Праха пред Тобою:
Злато...взято - чуб...оборван
Вражею рукою,
На челе-же - вместо венка,
Древней предков воли -
Начертано рабство знамя,
Горя и недоли...
Но Ты моей не стыдися
Рубахи дырявой!
Ведь не я ее замарал
Рабскою неславой...
Ведь в моей-же груди томной
Тот-же огнь пылает,
Пред которым враг всесильный
Трусит, убегает;
Ведь в моем-же сиром сердце
Та-же предков вера,
Насажденная рукою
Князя Владимира;
Ведь в моем-же слезном взоре
Та-же гордость тлеет,
Пред которой палач даже
Трепещет, немеет...
Не стыдися, Чудотворный!
Я ведь сын народа,
Что сберег свой прапор русский
От рода до рода,
И днесь взор свой с упованьем
К Тебе обращает,
Солнце доли в окно хаты
Своей ожидает.
И молится, уповая
В Твоих чудес силу,
Что не дали нас, живых, класти
В сырую могилу...

Колыбельная песня
Константина Романова, т.е. вел. кн. Костантина Константиновича

Спи в колыбельке нарядной,
Весь в кружевах и шелку,
Спи, мой сынок ненаглядный,
В теплом своем уголку.

В тихом безмолвии ночи,
С образа, с грустью святой,
Божией Матери очи
Кротко следят за тобой.

Сколько участья во взоре
Этих печальных очей,
Словно им ведомо горе
Будущей жизни твоей.

Быстро крылатое время!
Час неизбежный пробьет:
Примешь ты тяжкое бремя
Горя, труда и забот.

Будь-же верен ты преданьям
Доброй, простой старины,
Будь-же всегда упованьем
Нашей родной стороны.

С верою твердой, слепою,
Честно живи ты свой век,
Сердцем, умом и душою
Русский будь ты человек!

Пусть тебе в годы сомненья,
В пору тревог и невзгод,
Служит примером терпенья
Наш терпеливый народ.

Спи-же! Еще не настали
Годы сметений и бурь,
Спи-же, не зная печали -
Глазки, малютка, зажмурь...

Тускло мерцает лампадка
Перед иконой святой,
Спи-же беспечно и сладко,
Спи, мой сынок дорогой!

Галичина
Д.Н. Вергуна

Вы знаете-ль мою страну
Мою Галичину родную,
Вы знаете-ль ея весну,
Весну полудня золотую?

Красы ея пышнее, ярче,
Душистее ея цветы,
Луч солнечный светлее, жарче,
Сочнее злаки и листы.

Там наливней и жита колос,
Блестящее небес роса...
За то там глуше правды голос,
За то горючее слеза...

Но среди горя, зла и бед,
Там мне дороже жизнь родная,
Там все свои, там лучше свет,
Там солнца неги, нега рая...

На чужбине
И.Я. Зданевича

Угрюмый вид чужой страны
Вселяет грусть, рождает сны...
Во сне родной мне край чудится,
Душа грустит и там стремится,
Где отчий дом, родимый круг:
Сестра и мать, и брат и друг;
Там спят мечты минувших дней,
Счастлива жизнь весны моей...

А.С. Пушкину
Д.Н. Вергуна

Им хорошо, певцам Руси державной,
Им гениев своих не трудно восхвалять!
По образцам певцов плеяды славной
Легко им песни петь, легко их и слагать!

Но нам, сынам Руси той подьяремной,
Что век шестой уже ярем чужой влачит,
Нам, рвущимся на свет из тьмы тюремной,
Где нам учится петь, нас кто-же вдохновит?

И мы поем нескладно и как знаем,
И трудно нам ласкать песнолюбивый слух,
Но в песнях наших свято сохраняем
Огонь любви к Руси и святорусский дух!

Тот свет, что Владимир-князь
По всей Руси зажег,
Тот дух - на нашей родине
Давным давно бы мог
Погаснуть, улетучиться...
И в копоти чужой
Не раз уж задыхался он...
Но всякий раз живой
Пахнул дух русский в нашу Русь -
И ожил, не потух,
И вспыхнул ярким пламенем
Наш святорусский дух!
Пахнул раз дух Хмельницкого,
Козаков удалых,
Потом и Гонта мстительный
Приободрил родных, -
А там пришли будители,
Вдохнули в наш народ
Тот дух, которым до сих пор
Он дышет и живет...

И крепнет Русь Червонная,
И не погибнуть ей,
Пока стомиллионная
Там Русь стоит за ней!
- Едина, неделимая -
Храни святой завет,
Стой, стой, непобедимая,
И обнови весь свет!

Свободное слово
К.С. Аксакова

Ты чудо из Божьих чудес,
Ты мысли светильник и пламя,
Ты луч нам на землю с небес,
Ты нам человечества знамя,
Ты гонишь невежества ложь,
Ты вечною жизнию ново,
Ты к свету, ты к правде ведешь,
Свободное Слово!

Лишь духу власть духа дана,
В животной-же силе нет прока;
Для Истины - гибель она,
Спасенье - для лжи и порока;
Враждует-ли с ложью, - равно
Живит его жизнию новой...
Неправде - опасно одно
Свободное Слово!

Ограды властям никогда
Не зижди на рабстве народа!
Где рабство - там бунт и беда;
Защита от бунта - свобода.
Раб в бунте опасней зверей,
На нож от меняет оковы...
Оружье свободных людей
Свободное Слово!

О, слово, дар Бога святой!
Кто слово, дар Божеский, свяжет,
Тот путь человеку иной, -
Путь рабства преступный укажет.
На козни, на вредную речь
В тебе-же и целенье готово,
О, духа единственный меч
Свободное слово

Илья-Богатырь
К.С. Аксакова

Про былых людей и время
Песню гордо затяну;
Слушай, ветреное племя
Про седую старину!

Правду-матку чтя сурово,
Правды матки не тая,
Молвил искреннее слово
Князю не-в пору Илья.

И, подняв внезапно очи,
Гневом ярым воспалясь,
Глянул сумрачнее ночи,
Недовольный словом князь.

Опрокинув стол дубовый,
Сдвинув в сторону скамью,
Встал он, грозный и суровый,
И схватить велел Илью.

Со стола летит братина,
Позолотою горя,
И уж встала вся дружина
На Илью-богатыря.

У Ильюши руки крепки:
Дай лишь волю он рукам,
Разлетелись бы как щепки
Княжьи слуги по углам;

У Ильюши зычен голос:
Крикни он - от первых слов -
Поднялся-бы дыбом волос
У возставших храбрецов:

У Ильи глаза могучи:
Захоти он - и, ей-ей,
Засверкали-б, как из тучи,
Блестки тысячи огней.

Но в обычае невесте
Опускать стыдливо взор,
А бойцу внимать на месте,
Молча, княжий приговор...

И пошел Илья, послушный
Княжью слову богатырь,
В погреб сумрачный и душный,
Где летает нетопырь,

Где во мгле таится жаба,
В склеп заползшая давно,
И куда проходит слабо
Луч в высокое окно.

Томится в неволе Илья-богатырь,
Гнетут его стены темницы;
А думы и рвутся и просятся в ширь,
Над Русью летают, как птицы.

Здесь, в погребе душном, он может внимать
Лишь грохоту дальнего грома;
Здесь слышит он только, как бьются в окно
И воют и мечутся бури;

И снова все тихо...Не видел давно
Клочка он небесной лазури...

Его не ласкает мерцаньем своим
Звезда, а весеннее солнце,
Светящее миру и людям живым,
К нему не заглянет в оконце.

Желал-бы глядеть на простор он степной,
Дохнул бы он воздухом чистым,
Взглянул бы, как реки играют волной
При свете луны серебристом...

Но сыростью веет и хладом от стен, -
Не запахом леса и поля;
Тяжел для Ильи и томителен плен,
Тяжка и позорна неволя.

Гнетут ему душу затишье и тьма,
Не слышит родного он звука...
Заточнику скорбному сила сама
Теперь наказанье и мука.

Для силы могучей неволя тяжка...
Что пользы, что сила играет
По жилам, как живчик, что даль широка
И удаль предела не знает.

Коль негде расправить томящихся плеч,
Коль грудь изнывает от боли?
Что пользы, что с ним и кольчуга и меч,
Коль нет ему волюшки-воли?..

Лишь дважды иль трижды его пожалев,
Веселая пташка лесная
К нему прилетала смирить его гнев,
Про волю ему напевая,

Да воспомнил он дивную неба красу
И роскошь вселенной природы,
Увидев влетевшую в погреб осу,
Жужжавшую песню свободы...

Томится в неволе Илья-богатырь,
Гнетут его стены темницы,
А думы рвутся и просятся в ширь,
Над Русью летают, как птицы.

И в душной темнице, полунедвижим,
Радеет о русской он славе,
И носится духом могучим своим
То к ближней, то к дальней заставе.

Где, грудь осеняя широким крестом,
Руси неподкупные слуги,
На страже усердствуют ночью и днем
Его богатырские други.

С ними усердно он Русь сторожит
В темнице недремлющим духом;
Он слышит, как где-то оружье гремит -
И в даль он уносится слухом.

И взором обьемля весь русский простор,
Из душной холодной могилы,
Он видит - на Русь надвигается с гор,
Могучие, грозные силы, -

И с севера, с юга, сверкая броней,
Поднявшись на Русь издалека,
Враги налетают - летят саранчей
И тучи несутся с востока,

За Русь он боится, болеет душой,
Она - его думы царица...
Готов хоть сейчас-же он ринуться в бой;
Крепка и могуча десница...

Он видит Руси и плен и позор,
Безсилье, смиренье, неволю,
И рвется свободной душой на простор...
Теперь бы по чистому полю

Он  мчался, встречаясь с могучим врагом,
Разил-бы и бил супостата,
И к князю явился-б с победным челом,
И дрогнула-б княжья палата,

Седого увидев внезапно бойца,
Воскресшего вновь из могилы,
Как прежде, свершившего долг до конца,
Сразившего вражия силы.

Владычица-Русь зажила бы опять
В покое и счастье и мире,
И грянули-б песни, и стали звучать
Ковши на ликующем пире.

И снова-б с землею своей примерясь,
Сдружась с богатырскою силой,
Стал солнцем народным-бы, Киевский князь,
Теперь-же - и хилый, унылый.

Но скованы руки седого бойца,
Бездействуют мощные силы,
И падают жгучие слезы с лица
На дно его хладной могилы.

- Как прежде, тяжел мой заржавевший меч,
Есть прежняя сила в деснице;
Как прежде, честна и сильна моя речь,
И в душной холодной темнице,

Как прежде, правдив и свободен мой дух...
Свободен вот этот слепой нетопырь
(Для жабы свободы не надо),
Закован лишь только Илья-богатырь,
Подвижник Руси и ограда.

Здесь холод и голод не сгубит меня,
От сырости здесь не умру я,
И в долгом недуге, безплодно стеня,
Здесь дни не окончу, тоскуя.

Пусть здесь мне слышен сражения шум,
Не страшен и меч иноверца,
Да нет здесь покоя от тягостных дум,
От ран наболевшего сердца.

Пусть здесь мне не виден простор боевой,
Пусть звук не проходит сквозь стены,
Да чую я зла торжествующий вой,
И воздух я чую измены.

Не сгубят меня здесь ни холод, ни хлад,
Насилье меня не коснется,
Лихие недуги меня не сразят, -
Да сердце в груди разорвется! -

Чуя на сердце тревогу
Думой черною томясь!
Мрачен ходит по чертогу,
Удрученный горем князь.

Помнит он, как в дни былые,
Под немолчный звон ковшей,
Слушал речи огневые
Он в кругу богатырей.

Пусть порой бывали речи
И задорны, и хмельны,
Да за то, ведь, были плечи
Богатырские сильны.

Пусть, заслышав речь иную,
И терзался княжий слух,
Да хранил, ведь, Русь Святую
Богатырский крепкий дух;

Пусть и горькую дерзали
Други правду говорить
Да, ведь, было с кем печали,
С кем и радости делить...

А теперь...Убит кручиной,
Он, как дуб сторожевой,
Одиноко над равниной
Никнет гордой головой...

А теперь...В тоске глубокой
Бремя чувствуя обид,
Он, как колос одинокий,
В поле скошенном стоит.

И молчит, молчит глубоко,
В крепкий сон погружена,
Ни привета, ни упрека,
Не дающая страна.

И слезы у князя текут по щекам,
Проснулася княжая совесть
И шепчет ему, помогая слезам,
Его заблуждения повесть.

Нет силы без правды; для правды-ж простор
И воля нужны, и свобода;
На правду озлившись, ты злой приговор,
О, князь, подписал для народа.

И мыслит Владимир: бежит от очей
И сон, и вся жизнь мне постыла;
Не слышен мне звук богатырских речей,
Молчит богатырская сила.

И в окна, и в двери стучится мне враг,
Опасность все ближе и ближе;
Средь робких дружин княженецкий мой стяг
Спускается ниже и ниже.

Могучих орлов разлетелась семья,
В лесах где-то рыщет Дубыня,
И умер давно уж мой старый Илья,
И в дальней опале Добрыня.

Хоть ты бы воскрес, непокорный старик!
Хоть ты бы возстал из могилы,
Илья-богатырь! Твой воинственный крик
Собрал-бы могучия силы...

И плеч богатырских завидя размах,
И посвист засслышав могучий,
Врагов саранча разлетелась бы в прах,
Взвилась бы клубящейся тучей.

Да спишь ты в могиле, Илья-богатырь!
Я сам тебе вырыл могилу,
Озлившись на свет, как слепой нетопырь,
Я сам загубил свою силу...

Я сам тебя в погреб могильный зарыл,
Велел не снабжать тебя пищей...
Ты умер, а я - и убог, и уныл,
О силе взываю, как нищий. -

И руки ломает в отчаяньи князь,
По терему ходит угрюмый,
Раскаяньем поздним безплодным томясь
Терзаясь печальною думой.

Как Господня благостыня,
Под собою не чуя ног,
Входит радостно княгиня
К князю грустному в чертог.

Величавы и безгневны
Князя мрачного черты,
Лик сияет Евпраксевны
Блеском чудной красоты.

Благовествует княгиня:
Князь! Доселе жив Илья!
В прах разсеялась гордыня
Ярость лютая твоя.

Есть гроза для силы дикой,
Есть к спасению возврат,
И твой гнев, твой грех великий,
Бог и Русь тебе простят.

Бог не даст погибнуть силе,
Бог - Великий Судия;
Князь! в сырой своей могиле
И доселе жив Илья.

Ежедневно возсылала
Я молитву горячу,
И к Илье, что вечер, слала
Воску ярого свечу.

В темном погребе оконце
Я велела прорубить,
Чтоб могло украдкой солнце
Луч в могилу уронить.

За твой грех молясь и каясь,
Я в могилу, поутру
От обеден возвращаясь,
Опускала просфору;

А как тьма еще царила,
И чуть брезжилась заря, -
Поднималась и поила
Я водой богатыря.

За крещенскою водою
Я ходила в монастырь,
Чтобы силою святою
Укреплялся богатырь.

Бог не даст погибнуть силе...
Силы прежние тая,
И в сырой своей могиле,
Князь, доселе жив Илья.

Есть гроза для силы дикой,
Есть к спасению возврат...
Князь, возстань! Твой грех великий
Бог и Русь тебе простят! -

Не Днепр, в брегах своих играя,
Сломил лежавший долго лед,
Не гром прогрянул, очищая
От туч высокий небосвод.

Не ветер, вьющий от моря
Дыханьем трепетным весны,
Принес конец године горя
И тяжким бедствиям войны. -

На площадях везде движенье
Колоколов, гремит набат
И, чуя, близкое спасенье,
Толпы народные шумят.

Вся Русь от края и до края
Стряхнула разом чары сна
И рвется, трепета не зная,
С врагами встретиться она.

Не в синем море гул далекий,
Ни буря грозная ростет, -
Из сох по всей Руси широкой
Мечи кует себе народ.

Не под налетом бури диким
Леса и пнутся, и трещат, -
То враг смятением великим
И тайным трепетом обьят.

Не под палящим, жгучим блеском
Весны живительных лучей
Высоко, с криками и плеском,
Летит станица лебедей, -

То весть из Киева - святая,
Чрез степи, горы и леса
Летит от края и до края
И шумно рвется в небеса;

То, принимаясь жадно слухом,
Бодря склонившихся в пыли,
Пахнула снова русским духом
По лону русской всей земли.

Не солнце красное с приветом
Из за высоких гор взошло,
То вновь сияет прежним светом
И блеском княжее чело.

И, осудив себя сурово,
С землей своею примирясь,
Глядит вперед без страха снова
И верит в Русь отважно князь.

Отворен погреб; снят запор;
Оковы пали; заточенью
Конец и мук, - и простор
Есть силе пылкой и стремленью.

В едва раскрывшуюся дверь
Влилися вдруг потоки света:
Лучами жаркими теперь
Грудь богатырская согрета.

И жмется в страхе нетопырь,
Свою почувствовав природу,
И рвется к свету богатырь
На воздух, волю и свободу.

И говорят ему: - иди!
Сам князь, Илья, на мировую
Зовет тебя, хотя в груди
Вину он чувствует большую.

Спеши родную Русь спасать,
Зане теперь мы все уныли,
Зане безсильна наша рать,
И богатырской нет в ней силы.

На князя злобы не тая,
Смирись скорей пред волей княжей!
Сам Бог хранил тебя, Илья,
На одоленье силы вражей. -

И, заслонив от света взор,
Ступая медленно ногами,
Илья выходит на простор
Еще дрожащими шагами.

Его лицо покрылось мхом,
Вплоть до колен брада седая,
Густые кудри над челом
Сребристым инеем сверкая,

Как лес, подьемлются. Спина
Крутой погнулася дугою;
На платье плесень лишь видна,
И перержавел шлем с бронею,

И трижды сильно он вздохнул
Волнуем негой непонятной,
И трижды жадно потянул
В себя он воздух благодатный.

И дивной радостью обьят,
Расправил старыя он плечи,
И звуку каждому был рад
Родной, давно забытой речи.

И взор сверкнул богатыря
Опять отвагой молодою,
Окрест стоящих озаря,
Огнистой молнии струею.

- Я здесь, - воскликнул он, исчах, -
Меня изгрызла здесь забота,
А на просторе, на полях,
Найдется старому работа.

За труд привычный я возьмусь, -
Еще плечо не ослабело,
И для меня в тебе, о Русь!
Еще всегда найдется дело.

Победа! Победа! Волнуется враг,
И силу и бодрость теряя,
И русский высоко взвивается стяг,
И Русь вся воскресла Святая.

И духом воспрянул весь русский народ,
Надежда его оживила
При виде, как рвется вперед, да вперед
На бой богатырская сила.

Из дальней опалы торопится в стан,
Ликуя, Никитыч-Добрыня,
И рубится пламенно инок Полкан,
И в чаще дубровной - Дубыня.

Откинул с презреньем разбойничий нож,
И снова лихой, да веселый, -
Крестит супостатов, румян да пригож
И Васька мечем Долгополый.

Та сила, что долго и крепко спала,
Воскресла для славного дела.
Победа! Врагов истребили до тла!...
И весть та всю Русь облетела.

И в Киеве-граде, при звоне ковшей,
Как прежде, приветлив и ясен,
Пирует Владимир, средь прежних друзей
И круг богатырский прекрасен,

И громкая песня свободно ростет,
Летит чрез поля и дубраву,
И славит Владимира русский народ,
И всю богатырскую славу.

Вперёд
А.Н. Плещеева

Вперёд! без страха и смущенья,
На подвиг доблестный, друзья!
Зарю святого искупленья
Уж в небесах увидел я!

Смелей! дадим друг другу руки
И смело двинемся вперед -
И пусть под знаменем науки
Союз наш крепнет и ростет!

Жрецов греха и лжи мы будем
Глаголом истины карать,
И спящих мы от сна разбудим
И поведём на битву рать!

Не сотворим себе кумира
Ни на земле, ни в небесах;
За все дары и блага мира
Мы не падем пред ним во прах.

Провозглашать любви ученье,
Мы будем нищим, богачам,
Из-за него снесем гоненье,
Простив озлобленным врагам.

Блажен, кто жизнь в борьбе кровавой,
В заботах тяжких истощил;
Как раб ленивый и лукавый,
Талант свой в землю не зарыл!

Пусть нам звездою путеводной
Святая истина горит -
И верьте, голос благородный
Не даром в мире прозвучит!

Внемлите ж, братья, слову брата,
Пока мы полны юных сил!
Вперёд, вперёд, и без возврата,
Чтоб рок вдали нам не сулил!

Друзьям
М.Ф. Глушкевича

Когда, друзья, мечтами опьяненный,
Я ваших весь заслушаюсь бесед,
Тогда пред вашим кругом преклоненный,
Твержу вам мой восторженный привет:

Вперед, вперед, герои молодые,
Ставайте под родное знамя в ряд,
Любви, науки меч и щит святые
Пусть славой родину нам озарят!

Пусть труд, тот гордой вольности родитель
Страстям, безволью, лжи живой укор,
Приемлет вас в священную обитель,
На вас направит прочих братьев взор!

Бодритесь духом, силы призывайте,
Пусть силу духа освятит любовь,
Свободой гордые главы склоняйте
Пред верой в счастье будущих веков!

Заветные слова святой отчизны:
За Русь и за свободу, жизнь и труд -
Пусть, наконец, трудами нашей жизни,
В желанный, прочный подвиг, возрастут!

А ты, великий, мощный, неизменный,
Ты, русский дух, свой храм благослови
И юный жар дружины вдохновенной
Огнем святых порывов оживи!

Осип Андреевич Мончаловский (1858-1906)
Димитрий Николаевич Вергун (1871-1951)
Владимир Федорович Луцык (1859-1909)
Мариан Феофилович Глушкевич (1878-1935)
см. Василий Романович Ваврик. Краткий очерк Галицко-Русской письменности
http://sinsam.kirsoft.com.ru/KSNews_673.htm

  


СТАТИСТИКА