Самоорганизация и неравновесные
процессы в физике, химии и биологии
 Мысли | Доклады | Самоорганизация 
  на первую страницу НОВОСТИ | ССЫЛКИ   

В.В. Седов. Расселение славян на Балканском полуострове и Пелопоннесе
от 01.03.08
  
Доклады


Из книги В.В. Седова, Славяне в раннем средневековье, М., 1995. В книге рассмотрены археологические культуры второй половины I тысячелетия н.э. в Центральной и Восточной Европе, связываемые со славянами и их соседями, прослеживаются пути формирования раннесредневековых народностей - болгар, сербов, хорватов, чехов, поляков, восточных славян и других

Этнический состав населения Балканского полуострова до его колонизации славянами был довольно пестрым. Местное иллирийское и дако-фракийское население, включенное в состав Римской, а затем и Византийской империи, подверглось частично или в значительной степени романизации и эллинизации. Романизировано было население Далмации, откуда романизация проникла более или менее крупными островками до центральных областей Балканского полуострова. После раздела Римской империи в 395г. в восточной части латинский язык стал уступать греческому. В раннем средневековье романизированное население сохранялось сплошным массивом в побережной части Далмации и смежных землях Боснии и Герцеговины, а островками - в нескольких районах Македонии и в Пинде, в меньшей степени в Черногории, Сербии, а на востоке между Софией и Пишем. Какие-то части этих романо-влахов в последних веках I тысячелетия, как полагают исследователи, переселились в Нижнедунайские земли и вместе с местным романизированным и славянским населением составили основу румынской народности. Эллинизации подверглись жители прибрежных регионов Черного и Эгейского морей, а также земель южной и восточной Фракии. Греческим было в основном и население многих византийских крепостей, разбросанных по всему Балканскому полуострову и по берегам Дуная.
Аборигенное иллирийское и фракийское население Балкан в значительной степени было ассимилировано. Потомки иллирийских племен в условиях романизации и эллинизации сохранялись лишь в регионах, примыкающих к Адриатическому морю между Черногорией и Эпиром. Сильно поредели в этой ситуации и ряды фракийских племен. Письменные источники сообщают, что в VI в. население, говорившее по-фракийски, имелось лишь в горных местностях. Некоторые географические названия, зафиксированные на территории расселения болгар, дают основание полагать, что славяне в процессе освоения Балканского полуострова встретились и общались с остатками фракийского населения - племенами бессов, сапов, пайонов и других.
Кроме того, очень небольшими анклавами перед славянским расселением на Балканском полуострове проживали герулы в окрестностях Сингидуна, бастарны, переселенные на Балканы императором Пробом еще в III в., лангобарды, локализуемые где-то в устье Гебра, скиры - в Малой Скифии.
В изучении проблемы расселения славян на Балканском полуострове и разработке деталей этого исторического процесса археологическим материалам пока не принадлежит ведущая роль. Это обусловлено, прежде всего, тем, что славяне, продвигаясь вглубь полуострова и оседая более или менее крупными группами в разных его местностях, активно и довольно охотно воспринимали культурные достижения византийских провинций. Балканский полуостров был мощно затронут еще римской цивилизацией и в ранневизантийский период это была зона относительно высокоразвитой культуры. Славяне, знакомясь с культурой городов Адриатики, с ремеслами и строительным делом Византии, быстро осваивали их и по мере расселения на Балканском полуострове очень быстро стали пользоваться теми же изделиями, в том числе и керамикой, что и прежнее население. Славяне в своей основной массе в землях Византийской империи уже не строили полуземляночные жилища, не изготавливали глиняные сосуды без помощи гончарного круга, не хоронили умерших по обряду кремации. Расселение славянских племен на Балканах, таким образом, вело к частичному или полному стиранию тех этнографических особенностей, на основании которых археологами выделяются славянские древности начала средневековья.
Существенную информацию о расселении раннесредневековых славян на Балканах содержат письменные памятники [1]. Важнейшими источниками о славянской колонизации рассматриваемого региона являются: сочинение Константина Багрянородного, Об управлении империей, Монемвасийская хроника и Чудеса святого Димитрия. Первые достоверные известия о движениях славянского населения к югу от Дуная датируются первой половиной VI в. Допустимы предположения об участии славян во вторжениях на территорию Византийской империи в предшествующее время в составе войск германцев и гуннов. Но каких-либо данных, прямо говорящих об этом, в распоряжении науки нет. Косвенным свидетельством того, что какие-то группы славян осели на территории Империи в конце V в. или на рубеже V и VI столетий, являются названия нескольких византийских крепостей, относимые исследователями к славянским по происхождению (среди сотни названий, содержащихся в перечне крепостей в сочинении Прокопия Кесарийского, О постройках, к таковым причисляется около 9 топонимов). Некоторые лингвистические соображения также дают основания для предположений о появлении первых славянских колонистов около середины V в. [2].
По всей вероятности, первые славяне обосновались в византийской провинции Малая Скифия (нынешняя Добруджа) после восстания Виталиана в 511г. Под 517г. Марцеллин Комит сообщает об опустошении Македонии и Фессалии гетами [З], в которых некоторые исследователи видят славян, другие - разноплеменное войско, в составе которого были и славяне. Ко времени правления имератора Юстина (518-527гг.) относится первое известное нашествие антов, о котором Прокопий писал: анты, живущие поблизости от склавинов, перейдя реку Истр, огромным войском вторглись в землю ромеев [4].
В правление императора Юстиниана (527-565гг.) набеги славян на земли Византийской империи повторяются все чаще и чаще и приобретают все большую мощь. Для защиты своих границ от нашествия варваров с севера возводится грандиозная оборонительная система крепостей вдоль Дуная. Однако у Византии не имелось необходимого количества войск, чтобы содержать во всех крепостях по растянутой оборонительной линии достаточные гарнизоны, способные сдерживать натиск задунайских племен. Прокопий сообщает, что Иллирию же и всю Фракию, считая от Ионийского залива до предместий Византия, включая и Элладу и область херсонесцев, гунны, и склавины, и анты (разоряли), совершая набеги почти что каждый год с тех пор, как Юстиниан воспринял власть над ромеями, (и) творили ужасное зло тамошним людям. Ибо думаю, что при каждом вторжении оказывалось более чем по 200 000 погубленных и порабощенных там ромеев, (поэтому) скифская пустыня впрямь стала повсюду в этой земле [5].
Источники неоднократно упоминают набеги на Византию варваров без указания их племенной принадлежности. Имеются все основания усматривать в этих варварах славян. Около 545г. Юстиниан предложил антам стать энспондами Византии. Очевидно, был заключен договор, согласно которому анты обязались не допускать военных вторжений гуннов на территорию Империи через свои нижнедунайские земли.
С тех пор, нужно полагать, усилился поток набегов славян из Среднего Подунавья. В 545г. Прокопий свидетельствует о проникновении славян во Фракию, в 547-548гг. они появлялись в Иллирии и Далмации, в 549г. - вновь во Фракии. Известно, что в 548г. славянское войско, переправившись через Истр-Дунай, двинулось к реке Гебр-Марице, а затем оно разделилось на два отряда. Византийская армия в сражениях с этими отрядами, несмотря на свое численное превосходство, потерпела поражение и в Иллирии, и во Фракии. Славяне, как пишет Прокопий, стали безбоязненно разорять все области, как фракийские, так и иллирийские, и оба (отряда) взяли осадой множество крепостей [6].
В 550-551гг. славяне после набега на земли Византийской империи впервые остались зимовать в ее пределах, положив начало мощной колонизации Балканского полуострова. Впрочем, надо полагать, что помимо военных набегов имело место и мирное проникновение славян на земли Империи, что не получило отражения в памятниках письменности. Топонимические изыскания показывают, что наиболее древние географические наименования славянского происхождения локализуются в предгорных местностях западной и центральной частей Балканского полуострова, где не велось активных военных действий. В таких микрорегионах мирные славянские поселенцы, занимаясь сельскохозяйственной деятельностью, могли чувствовать себя в безопасности [7]. По-видимому, такое медленное проникновение славянского населения продолжалось в течение всего VI столетия.
Аварская миграция в Среднедунайские земли, сопровождавшаяся притоком сюда новых масс славянского (антского) населения, и становление Аварского каганата заметно усилили славянскую колонизация Балканского полуострова, которой сопутствовали аваро-славянские военные походы вглубь Византии. Император Юстиниан с помощью даров и обещаний некоторое время сдерживал боевой натиск аварского кагана. Но после смерти Юстиниана в 565г. вступивший на престол Юстин II (565-578гг.) отказался от выплаты аварам дани, и начался период больших войн, продолжавшийся вплоть до 626г. и сильно потрясший основы Византийской империи.
Военные действия развивались неблагоприятно для Византии, поскольку ее основная армия в это время уже в течение около 20 лет вела боевые действия с персами. Уже в 565г. в состав Аварской державы вошли области Савы и Дравы. Византийские войска терпят ряд поражений от авар на северо-западе Балканского полуострова. В результате около 574г. Империя вынуждена была заключить мирный договор с аварским каганом, отдав ему часть Сремской области и выплатив дань.
Однако вскоре походы аваро-славянских боевых отрядов были продолжены. Особенно крупные вторжения вглубь Империи имели место в 577-578 и 581гг. Сирийский хронист VI в. Иоанн Эфесский в сочинении Церковная история относительно вторжения 581г. писал: В третьем году после смерти Юстина царя и правления победительного Тиверия - вышел народ лживый (определение, традиционное в сирийской историографии в описаниях варварских народов) славяне. И прошли они стремительно через всю Элладу, по пределам Фессалоники и Фракии всей. Они захватили много городов и крепостей: они опустошали, и жгли, и захватывали в плен, и стали властвовать на земле и живут на ней, властвуя, как на своей собственной, без страха, в продолжении четырех лет...И они выучились воевать лучше, чем ромеи [8].
Во время правления императора Маврикия (582-602гг.) аваро-славянские набеги на Византийские земли разгорелись с новой силой. Письменными источниками засвидетельствованы крупные вторжения 582, 584, 585 и 586-589гг. К 584г. относится первое нападение славян на Фессалонику. Опасной семидневной осаде со стороны аваро-славянского войска этот город подвергся и в 586г. Осаждающие ускоренным маршем прибыли из-за Дуная и с левобережья Савы. Фессалоника и на этот раз выдержала осаду, и хаган после неудачи возвратился в свои земли, а подвластным ему славянам повелел разорить Македонию и Грецию. Значительные массы славян в это время осели на этих землях и достигли Пелопоннеса. В те же годы славяне нападали на области Северной Италии.
В 591г. закончилась византийско-персидская война, и Маврикий предпринял энергичные действия по защите своих земель на Балканах. Сражения с аварами и славянами велись с переменным успехом. В 593г. аварские правители нарушили мир с Византией, осадив Сингидунум и вторгшись в Сремскую область. Одновременно множество славян проникло в Мезию и достиго побережья Мраморного моря. В ответ Маврикий направил крупный военный отряд под руководством Приска к северу от Дуная в земли славян и аваров. В 597г. такая же военная экспедиция была повторена. Однако славяне независимо от аваров продолжали свой натиск на юг. В 597г. они осаждали Солунь, в 599г., разбив византийский отряд при Янтре, напали на земли Фракии. В 601г. византийская армия добилась победы над аварами и славянами где-то на Дунае и на Тисе.
Ситуация резко изменилась в 602г., когда на византийский престол вступил Фока (602-610гг.), убивший Маврикия. В Византии начались волнения, затронувшие и гарнизоны придунайских крепостей. В результате Дунай перестал быть северной границей Империи, и славяне получили возможность беспрепятственно заселять Балканский полуостров. Параллельно военные отряды аваров и славян продолжали боевые действия против Византии. Вторжения во Фракию, которые достигали стен Царьграда, засвидетельствованы памятниками письменности под 611, 618, 622 и 626г. Осада столицы Византии в 626г., правда, завершилась безуспешно. Это было последнее большое нападение на Царьград аваро-славянского войска. Империя, отбив удары персов, теперь могла отстаивать свои балканские владения.
Однако расселение славян на Балканском полуострове остановить было уже невозможно. В течение VII в. эта территория, а также земли Пелопоннеса полностью были освоены славянским населением. Если раньше понятие Славянская земля распространялось на территории, расположенные на север от Дуная, то в VII в. это были центральные области Балканского полуострова, прежде всего, Македония и ее окрестности. Юго-восточные земли полуострова были еще под властью Византии. Славянские боевые отряды теперь формировались на Балканах - хорошо известны их нападения на Солунь-Фессалонику, подробный рассказ о которых содержится к византийском агиографическом сочинении VII в. Чудеса святого Димитрия. Впрочем, во второй половине VII в. Византия восстановила контроль над большинством областей Балканского полуострова. Только занятые славянами земли между Дунаем и Старой планиной продолжали оказывать серьезное сопротивление и оставались независимыми.
Широкое освоение славянами земель Греции началось в 578-581гг., когда имели место два мощных военных вторжения аваро-славян. Во время правления императора Ираклия (610-641гг.), как сообщает Исидор, уже вся Греция была оккупирована славянским населением. Причем расселение это было достаточно плотным. Еще в Х в., когда власть Византии над Грецией была восстановлена, эта область называлась славянской землей. Византийский патриарх Николай III (1084-1111 гг.) в одном из синодальных посланий писал, что 218 лет славяне хозяйничали в Греции, и римляне (то есть византийцы) не смели вообще показываться на Пелопоннесе [9]. Источники позволяют полагать, что славянское население проживало также на островах Эгейского и Средиземного морей - Крите, Эвбее, Фасосе, Корфу, Самосе, Эгине, Теносе, Левкосе и других [10].
Бурное и активное расселение славян в южном направлении затронуло и районы Малой Азии. Письменные источники сообщают о проживании славян в раннем средневековье в двух местностях - у побережья Мраморного моря в Вифинии и в Каппадокии-Сирии. Первое известие о славянах в Вифинии относится к середине VII в. Основными центрами их расселения здесь стали окрестности Никомедии, где поселилось много славян из Солуни в 668г., регион Никеи, где упоминаются племена сагудаты и гордо-серба, и берега реки Артана недалеко от Босфора. В Каппадокии и Сирии славянское население зафиксировано в округе Антиохии, где-то у Алеппо, южнее Тавриза, в окрестностях Апамеи и других местах [11].
Расселение славян на Балканском полуострове и Пелопоннесе было многоактным процессом, приведшим к нарушению их прежней племенной структуры, восходящей к праславянскому периоду. Лишь кое-где, по-видимому, сохранились какие-то небольшие племенные группировки или их части, которые связаны с праславянскими племенными образованиями. Большинство же славянских племен, известных по письменным источникам, являются новообразованиями, получившими названия по местностям, где они расселились. Таковы, в частности, мораване, заселившие бассейн реки Моравы, южного притока Дуная; тимочане, названные по гидрониму Тимок (правый приток Дуная); струменцы (или стримонцы), локализуемые на равнине по среднему и нижнему течению реки Струмы (впадает в Эгейское море) и ее притока Струмицы; ринхины, проживавшие по р. Ринхин, пока не идентифицированной с современной картографической номенклатурой. Их территория выходила к морю, вероятно, к востоку от Фессалоники. В VIII в. ринхины переселились в южные районы полуострова Халкидика.
Другие славянские этнонимы, фиксируемые на Балканском полуострове и Пелепоннесе, иного образования. Однако нет никаких оснований полагать, что они восходят к древним праславянским племенным образованиям. Где-то по среднему течению Вардара и по его притокам проживали верзиты (или берзиты). В Хронике Феофана (вторая половина VIII - начало IX в.) упоминается их земля Верзития. По мнению ряда исследователей, верзиты занимали также земли в бассейне р. Дрин до Охридского озера на северо-западе [12]. Южнее, в Эпире находилась территория вайюнитов. Западнее Фессалоники на плодородной Солунской равнине по нижнему течению Вардара и вдоль р.Быстрицы размещались драгувиты и сагудаты. Племя драгувитов некоторыми исследователями связывается с дреговичами Припятского Полесья, полагая, что это племя происходит откуда-то из Восточноевропейских земель. Это представляется маловероятным, поскольку, как показывают археологические материалы, восточнославянские дреговичи были новообразованием последних веков I тысячелетия н.э. [13]. Название этого племени является топографическим этнонимом (этимологически оно выводится из слов со значением болотистая местность - белорус, дрэгва, украин. дряговина и родственные им летто-литовские лексемы), которые могли образовываться в разных регионах независимо друг от друга [14]. Из среды сагудатов, очевидно, вышла группа славян, известная под тем же этнонимом в Вифинии. Южнее сагудатов на плодородных землях Фессалии и по побережью Эгейского моря обосновались велегезиты.
Славянские племена Балканского полуострова и ПелопоннесаВосточнее земель струменцев и ринхинов в Западных Родопах на реке Места-Нестос, впадающей в Эгейское море, в том регионе, где находится ныне город Смолян, локализуется племя смолян [15]. В XII в. смоляне упоминаются в составе Болгарского царства. По описанию Баварского географа первой половины IX в., среди племен полабских славян имелись смолинцы (Smeldingen), проживавшие в правобережной части нижней Эльбы близ устья Эльды [16]. Еще в прошлом столетии С.П. Писарев высказал мысль о проживании на берегах Днепра гипотетического славянского племени смолян, которое дало имя городу Смоленску [17]. Лингвистические изыскания О.Н. Трубачева показали, что действительно название этого города восходит к этнониму смоляне, то есть Смоленск - город смолян, а имя этого племени связано с занятиями подсечно-огневым земледелием [18]. Не исключено, что смоляне Балканского полуострова, смолинцы Полабья и смоляне Верхнего Поднепровья некогда составляли единое праславянское племя, впоследствии в результате великой славянской миграции начала средневековой поры расчлененное и разбросанное по разным регионам. Коренной регион праславянских смолян определить не удается, но несомненно, что части этого племени проделали большой путь от своего исходного центра. Известная надпись на корчаге, найденной в Гнездове под Смоленском, согласно изысканиям О.Н. Трубачева, является ранним свидетельством проникновения в Русские земли глаголицы и отражает импульс из Среднего Подунавья [19].
Славянское население, осевшее в Северной Фракии и Македонии, объединялось в несколько Славиний, неизвестных по наименованиям. К сожалению, источники не дают возможности определить их суть, выявить какие-либо племенные или этносоциальные особенности, отличающие Славиний друг от друга. По-видимому, это были территориальные новообразования, в которые входили славяне различного племенного происхождения.
На юго-востоке территории Болгарии, у восточных балканских перевалов локализуются северы. Сюда они были переселены, как полагают исследователи, болгарским ханом Аспарухом. Л. Нидерле считал, что прежде это племя проживало где-то на нижнем Дунае. Этноним северы тождественен с названием восточнославянского племени север (северяне). Допустимо предположение, что балканские северы - отколовшаяся часть большого праславянского племени, сложившегося в условиях славяно-иранского симбиоза в антском ареале. Подробнее об истории этого племенного образования сказано ниже.
Несколько славянских племен проживало на Пелопоннесе. Их названия остаются во многом неизвестными. Константин Багрянородный, рассказывая о военных походах, организованных императором Михаилом III (842-867г.) с целью покорения славян Пелопоннеса, сообщает, что последними были подчинены милинги и эзериты. Они проживали в южных регионах полуострова на склонах горных хребтов Тайгета, милинги в западной части, эзериты - в восточной, именуемой Элос.
Исторические источники свидетельствуют, что основные массы славянских переселенцев происходят из Среднедунайского региона. Все военные аваро-славянские отряды формировались именно в этих землях. Основным методом славянской колонизации Балканского полуострова были волны массового переселения, которым предшествовали крупные нападения аваро-славянских или собственно славянских боевых отрядов. Военные вторжения подготавливали условия для расселения крупным масс земледельческого населения. В результате таких вторжений уничтожались византийские крепости и, таким образом, крупные участки очищались от военных сил и администрации Империи, страдало и нередко заметно редело при этом и мирное местное население. Освобожденные и отчасти опустошенные участки заселялись славянскими колонистами, продвигавшимися более или менее крупными группами. Конкретные формы таких переселений нам пока неизвестны. Думается, что они происходили преимущественно в осеннее время, когда местные жители обладали запасами продовольствия и фуража, и были возможности обеспечения собственных семей за счет разорения автохтонного населения.
Наряду с такими массовыми расселениями несомненно имело место и проникновение в различные регионы Балканского полуострова мелких групп славянского населения. Подобное просачивание фиксируется, в частности, в южных землях Нижнего Подунавья.
Весьма ценным источником в изучении славянского освоения Балканского региона является топонимика. Результаты исследований географических названий не только во многом дополняют и уточняют данные исторических источников, но представляют возможности для конкретных исторических заключений. Так, на основе топонимических материалов выясняются более или менее детальные пути продвижения славян на Балканах. В исторических трудах длительное время обсуждается вопрос о местах переправы славянами Дуная. Предполагается, что было два основных потока славянской миграции на Балканы: один пересекал Дунай в его нижнем течении, другой - в среднем, где-то в районе Железных ворот.
Большой научный интерес в этом отношении представляет работа болгарского ученого Й. Заимова [20]. Исследование топонимических материалов Балканского полуострова и их географического распределения позволило ему воссоздать пути проникновения и оседания славян в этом регионе в VI-VII вв. и выделить миграции отдельных групп. Й. Займов обратил внимание, прежде всего, на наиболее древнюю и весьма распространенную группу славянских топонимов, оформленных суффиксами -ане/-яне (доляне, горяне, ополяне и т.п.), среди которых имеется немало названий, содержащих в своей основе редкие и исчезнувшие ныне праславянские лексемы. География этой группы топонимов, как утверждает исследователь, должна надежно отражать главные пути расселения славян на первых этапах освоения ими Балканского полуострова.
На основе картографирования обширного топонимического материала И. Займов пришел к заключению, что в VI-VII вв. главная переправа славян через Дунай находилась в его среднем течении около Видина. Меньшие группы участников миграционных потоков, преодолев Дунай, поворачивали далее на восток и продвигались вдоль правого берега этой реки Основные же массы славян по правым притокам Дуная Тимоку и Мораве направлялись на юг, разделяясь затем на два рукава. Один поток переселенцев осваивал земли Македонии, Фессалии, Албании, Греции, Пелопоннеса и Крита, другой - по рекам Струме достигал северного побережья Эгейского моря и направлялся к Мраморному морю.
Топонимические материалы свидетельствуют, что в северной части Балканского полуострова передвижения славян проходили по рекам и долинам, а в южной, где противодействия византийских гарнизонов и местного греческого населения было более сильным, славяне перемещались по гористой местности. Исследователи неоднократно обращали внимание на обилие славянской географической номенклатуры в горных областях юга Балканского полуострова и Греции [21].
Географическое распределение ранних славянских топонимов показывает, что первоначально славянами наиболее плотно была освоена Македония со смежными землями, в том числе с округой Фессалоники. Здесь славянские географические названия обильны и в равнинных, и в гористых местностях. Довольно густо славянские поселения располагались и в Греции.
Картину славянского расселения на Балканах и в Греции дополняют топонимы, образованные от славянских этнонимов. Так, от племенного названия сербов происходит, по-видимому, средневековый город Серблия или Сербия у реки Быстрицы в Фессалии. Об участии выходцев из среды сербов в колонизации Греции и Эпира говорит ряд топонимов, образованных от племенного имени и разбросанных по этим землям. К сербскому племени, очевидно, принадлежит и группа славянского населения, зафиксированная источниками под именем гордосерба в Вифинии. В Македонии, Греции и на Крите известны топонимы Хорваты, определенно указывающие на участие этого племени в заселении этих земель.
Переходя к характеристике археологических материалов, следует сразу подчеркнуть, что на Балканах не следует искать славянскую культуру, полностью идентичную той, которая была свойственна славянскому населению регионов к северу от Дуная. Влияние развитой материальной культуры Византии и местных племен вело, как уже отмечалось, к сглаживанию специфики бытового материала, в особенности это касается орудий труда и керамического материала.
Археологические данные, прежде всего, свидетельствуют о том, что основной поток славянских колонистов действительно направлялся на Балканы из Среднедунайского региона. Можно вполне уверенно утверждать, что славяне, селившиеся на просторах Балкан и в Греции, хоронили умерших по обряду трупоположения в грунтовых могильниках.
Захоронения по обряду кремации, относящиеся к столетиям активного продвижения славян на Балканы, известны преимущественно в северных придунайских землях полуострова. При этом в северо-западной части его, южнее Савы, зафиксирован лишь один могильник с трупосожжением в глиняной урне, напоминающей пражско-корчакскую керамику - в Кашиче около Задара [22]. Более многочисленны могильники с захоронениями по обряду кремации на территории Болгарии. Среди них наиболее древними являются некрополи, содержащие исключительно трупосожжения. Находятся они в основном в землях, примыкающих с юга к поречью нижнего Дуная. Это известные могильники Гарван 1, Попина 2, Бабово и Юпер [23]. Среди погребальных урн из этих кладбищ имеются единичные лепные горшкообразные сосуды, напоминающие пражско-корчакскую или пеньковскую керамику, но основная масса урн - гончарная посуда, нередко украшенная орнаментом в виде волнистых линий, того же облика, что характерна для синхронных древностей Дунайско-Прутского междуречья. Урны зарывались на глубину 20-80 см от поверхности. Среди кальцинированных костей обнаружены железные ножи, пряжки, остатки бронзовых украшений. Датируются захоронения по обряду трупосожжения от конца VI до VIII в. Раскапывались в этом регионе и синхронные поселения с полуземляночными жилищами с печами-каменками в одном из углов.
По всем своим показателям культура населения, оставившего рассмотренные памятники (называемая нередко культурой типа Попина), сопоставима с древностями Дунайско-Днестровского междуречья VI-VII вв., сформировавшимися, как говорилось выше, в условиях взаимодействия славянского населения пражско-корчакской и пеньковской групп с автохтонными жителями этих земель. Появление поселений и могильников славян на южном берегу Дуная вне всякого сомнения было результатом инфильтрации сравнительно небольших групп населения из северных регионов Нижнего Подунавья.
Могильники с захоронениями по обряду трупосожжения известны и в других регионах Болгарии. Среди них есть немногочисленные памятники, содержащие исключительно захоронения по обряду кремации, но большинство некрополей биритуальные.
Как уже говорилось, У. Фидлер подразделил погребальные древности Нижнего Подунавья VI-VII вв. на две группы - славянские и ранневизантийские [24]. Некрополи Болгарии, как биритуальные, так и содержащие исключительно трупосожжения (за исключением описанных выше, относимых к культуре Попина) или только трупоположения, относятся исследователем к группе ранневизантийских. Возникновение многих из этих могильников относится к IV в. Обрядность характеризуется большим многообразием. В IV-V вв. широко были распространены погребения, обложенные камнями. В Томисе и Одессосе открыты расписные могилы этого времени. В VI в. широкое распространение получают склепы, выложенные из кирпича или камня, но чаще встречаются простые могилы. Зафиксированы случаи использования заброшенных гончарных печей в качестве погребальных камер. Около Истрии открыты впускные захоронения этого времени в древних курганах.
Около половины общего количества раскопанных захоронений ранневизантийских могильников безынвентарна, другие содержат немногочисленные вещи. Основными находками являются металлические поясные принадлежности и предметы, привешивавшиеся к поясам (железные ножи, кресала, кремни), а также костяные гребни. Не исключено, что какая-то часть захоронений в ранневизантийских могильниках Болгарии оставлена первыми славянскими переселенцами, подселившимися с аборигенному населению. Однако выделить такие погребения не представляется возможным.
Более определенно можно говорить о славянской атрибуции части погребенных в могильниках, возникших в VII в. Но это уже памятники периода расселения в Нижнем Подунавье болгар-тюрок, которому посвящен ниже отдельный раздел.
Раскопками 1959-1960 гг. в Олимпии были открыты захоронения по обряду кремации. В четырех глиняных урнах, изготовленных без гончарного круга, находились остатки трупосожжений и немногочисленные вещевые находки (железные нож и кольцо, небольшой стеклянный сосуд и какое-то изделие из голубого стекла), датирующие захоронения VII в. В 1974г. было открыто еще одно трупосожжение. Глиняные сосуды, как полагают исследователи памятника, принадлежат к пражской керамике в широком понимании этого термина как обозначающего славянскую лепную посуду раннего средневковья. Славянская принадлежность этих трупосожжений представляется несомненной [25].
В западной части Балканского полуострова славянские погребения по обряду трупосожжения почти неизвестны. Вполне очевидно, что расселявшиеся здесь массы славянского населения уже хоронили умерших по ритуалу ингумации. Это - один из существенных показателей того, что освоение данных земель славянами осуществлялось преимущественно из Среднедунайского региона, где обряд ингумации господствовал уже на рубеже VI и VII столетий. Славянские могильники с трупоположениями, основанные в VII в., исследовались во многих местах на территории Сербии, Хорватии, Македонии и Греции [26].
Трупоположения в этих грунтовых могильниках, как правило, имеют широтную ориентацию. В отличие от позднейших христианских кладбищ расположение могил на них носит несколько хаотический порядок. Среди захоронений немало безынвентарных, но довольно часто встречаются немногочисленные вещевые находки - перстни, браслеты, головные украшения, пряжки, ножи и другое. В некоторых могильниках зафиксированы обкладки могил каменными плитами. В ряде случаев в Далмации и Истрии погребения отмечались в головах и ногах камнями, появляются и первые подплитовые захоронения. В Керкыре на территории Греции в 1930 г. было раскопано около 50 трупоположений в ящикоподобных сооружениях из плитняка, что связано, как полагает исследователь памятника, с воздействием христианства. В женских погребениях находились серьги, височные кольца, перстни, бусы, а также железные ножи, глиняные и стеклянные сосуды, в мужских - изредка предметы вооружения. Датируется этот могильник VII в. Автор раскопок X. Булле полагал, что памятник принадлежит аварам [27]. Ему возразил М.В. Вайтманн, указавший на полное отсутствие в захоронениях аварских находок. Он полагает, что, учитывая материалы рядом расположенного поселения, можно с большой долей вероятности связывать и селище, и некрополь со славянским населением этого края [28]. В Коринфе в одном из скелетных захоронений, относящемся к концу VI или к началу VII в., встречена керамика пражского типа.
Вместе с тем, исследователи западно-балканских некрополей с захоронениями по обряду ингумации отмечают, что немалая часть их была основана автохтонным населением, вступившим в контакты с поселившимися рядом славянами.
Распространение находок антских типов на Балканском полуостровеа - места находок пальчатых (антских) фибул; б - находок звездчатых серег; в - вещей мартыновского стиля; г - северная граница Византийской империи
1 - Прозор; 2 - Голубинцы; 3 - Золун; 4 - Оток; 5 - Бискупия; 6 - Скадра; 7 - Лезха; 8 - Лачи; 9 - Круя; 10 - Каменево (Пстровац на Млави); 11 - Царичин град; 12 - Битола; 13 - Бресто под Виничанами; 14 - Мадара; 15 - Велико Тырново; 16 - Люляково; 17 - Стара Загора; 18 - Ямбол; 19 - Стамбул; 20 - Велестино; 21 - Неа Анхиалос; 22 - Коринф; 23 - Спарта; 24 - Пергамон
Одним из ярких показателей участия антского населения в колонизации Балкан и Пелопоннеса являются находки пальчатых фибул славянских типов. Их картография, кажется, свидетельствует о заселении западной части Балканского полуострова из Среднедунайского региона. Здесь, южнее Дуная и Савы, находки этих украшений локализуются преимущественно в бассейне Марицы и далее в Македонии и Албании [29], а самые южные - на Пелопоннесе. Из Греческого региона происходят две пальчатые фибулы. Одна встречена в могильнике с трупоположениями в Неа Анхиалосе - византийском городе, жизнь в котором прекратилась, судя по монетным находкам, при императоре Константине III (642-668гг.). Другая славянская пальчатая фибула найдена в Спарте. Есть такие находки и в Малой Азии. Все они были известны Й. Вернеру и вошли в его каталог [30].
Пальчатые фибулы славянских типов встречены также в ряде мест восточных районов Балканского полуострова. Нижнедунайские находки, по-видимому, являются результатом инфильтрации славян из арела ипотешти-кындештской культуры. Пальчатые фибулы из бассейна Марицы связаны, скорее всего, с ответвлением потока славянской миграции, исходящего из Среднего Подунавья.
На Балканском полуострове, вплоть до Фессалии, получили распространение и предметы так называемой мартыновской культуры. В Велестино найдено 15 металлических фигурок, в гротесковой форме изображающих птиц, копытных животных. Еще 5 фигурок - женские изображения, в том числе есть фронтальные изображения с поднятыми руками, другие держат на руках младенцев. Мужские фигурки - всадник в шлеме с мечом и круглым щитом, фронтальное изображение бородатого воина с боевым топором, фронтальные изображения бородатых людей с диадемами или в орнаментированной одежде. Специально изучавший велестинскую коллекцию Й. Вернер датировал ее VII в. и отнес к единому культурному стилю, который объединяет эти находки с антскими пальчатыми фибулами и известными мартыновскими изображениями. Исследователь полагал, что фигурки имели культовое назначение, что впоследствии попытался обосновать Н. Чаусидис [31].
Поселения славян, расселившихся в VI-VII вв. на Балканском полуострове и Пелопоннесе, изучались во многих местах. Селища с подквадратными полуземляночными жилищами, весьма характерными для коренных территорий пражско-корчакской и пеньковской культур, известны исключительно в восточной части Балканского полуострова, причем основная часть их тяготеет к поречью Дуная. Единичные поселения с жилищами-полуземлянками изучались также в бассейне р. Марицы, но на побережье Эгейского моря они неизвестны [32].
В северных регионах Болгарии славянские селища VI-VII вв. раскапывались около Гарван, Попина, Дунавец, Среберна, Старо Село, Нова Черна, Велчедрем, Врев и других. В центральной части наиболее известны раскопки селища около Севлиево, в южной - около Любеново, Минерални Бани и Марицы [33]. По своим топографическим особенностям многие из них идентичны севернодунайским; не отличались о них в этом отношении и селения, основанные на местах проживания аборигенного (фракийского и греческого) населения. Таковы, в частности, селения VI-VII вв. в Любеново, Хасково, Благоевграде, Стара-Загоре и других.
И письменные, и археологические материалы свидетельствуют, что славяне нередко основывали свои поселения также на месте античных крепостей, разрушенных во время предшествующих военных нападений. Таковыми среди исследованных раскопками являются, например, селения в Долно Церово и Пернике на Струме [34].
Славянская деревня в рассматриваемый период состояла из индивидуальных дворов, представлявших собой небольшие хозяйственные комплексы. Около жилищ и внутри них находились ямы-хранилища продуктов сельскохозяйственного производства. На некоторых поселениях в грунте были устроены цистерны с запасами воды. Почти в каждом жилище встречены такие распространенные бытовые предметы, как железные ножи, ножницы, ручки и обручи от деревянных ведер, скобы, гвозди и т.п. Каждая семья, по-видимому, вела индивидуальное хозяйство. Можно полагать, что земельные участки в пределах общинных владений находились в индивидуальном пользовании.
В Адриатике, западных районах Балканского полуострова и на Пелопоннесе жилые постройки славян имели наземный характер, а иногда славянские переселенцы использовали жилища автохтонного населения. К сожалению, нужно отметить, что археологическими раскопками в этих землях до сих пор исследовано очень немного славянских поселений VI-VII вв., поэтому целостной картины домостроительства этого времени воссоздать не удается. В Сербии, в том числе в бассейне Моравы, и Македонии культурные напластования VII-VIII вв. известны лишь по отдельным вещевым или керамическим находкам; остатки жилищ открыты только в слоях, датируемых начиная с IX в. Это были наземные дома срубной конструкции. В Боснийской земле раскопками поселения Мушичи под Вышеградом исследовались следы жилых построек (выявлены лишь овальные ямы - подполья наземных домов) в слоях VII-VIII вв. с лепной и раннегончарной керамикой [35].
Славяне, расселившиеся в Греции, быстро приспособились к местному домостроительству. Раскопками поселения в Керкыре на северо-западе Пелопоннеса поверх напластований античного времени были выявлены слои VII в. Поселение находилось на возвышенном плато и занимало значительную площадь. Оно состояло из множества двукамерных домов размерами около 4х5 м. Цоколи этих построек выкладывались из каменных плит, стены сооружались из кирпича, а крыши из черепицы [36]. Материалы расположенного поблизости могильника (речь о нем шла выше) и славянская топонимика этого региона дают все основания полагать, что на поселении проживали исключительно или в основном славяне.
Письменные источники, материалы археологии и свидетельства топонимики позволяют охарактеризовать многие стороны материальной культуры, быта и жизни славянского населения, расселившегося на Балканском полуострове и Пелопоннесе. Не подлежит сомнению, что основная часть славян была занята земледельческим трудом. Об этом говорят византийские авторы - Прокопий Кесарийский, Псевдо-Маврикий и Менандр, - характеризуя славян VI в., проживавших к северу от нижнего Дуная. Называются просо и пшеница как основные сельскохозяйственные культуры.
Земледелие оставалось доминирующей отраслью экономики и на новых местах расселения славян. Согласно данным, содержащимся в труде Чудеса святого Димитрия и относящемся к 70-м годам VII в., велегезиты, драгувиты, сагудаты и другие славянские племена Фессалии и окрестностей Фессалоники выращивали хлебные культуры и излишки урожая продавали в города.
Славяне, осваивавшие Балканские области, использовали хорошо обработанные земли со сложившимися сельскохозяйственными устоями. Они рано вошли в контакты с местным населением и активно освоили его многолетный уклад и производственный опыт. В письменных источниках имеется свидетельство конца VI или начала VII в. о том, что первые славяне в окрестностях Фессалоники отнимали у местного населения орудия, необходимые им для жатвы хлебов. При раскопках славянских поселений VII- Х вв. встречены железные серпы, косы, наральники, а также каменные жернова [37]. На поселениях в бассейнах Струмы и Месты раскопками открыты остатки зернохранилищ, в которых находилось большое количество пшеницы и проса [38]. Всегда многочисленны на поселениях пряслица от веретен, указывающие, очевидно, на широкое культивирование льна.
Славяне, расселившиеся в Македонии, Фессалии и Греции, занимались также огородничеством, садоводством и виноградарством. Об этом имеются сведения в упомянутом выше труде Чудеса святого Димитрия. В сочинении Иоанна Камениата, На взятие Фессалоники, сообщается, что в окрестностях этого города, где проживали драгувиты и сагудаты, было множество садов и виноградников. На славянских поселениях в Македонии, относящихся к несколько более позднему времени, при раскопках найдены были кривые садовые ножи и ножи для подрезывания винограда.
Важной отраслью хозяйственной деятельности славянского населения оставалось и скотоводство. Судя по археологическим материалам, полученным при раскопках поселений на территории Болгарии, около 95% костных остатков принадлежат домашним животным. При этом на долю крупного рогатого скота приходится 46% остеологического материала, 21% составляют кости свиньи, 18,5% - костный материал мелкого рогатого скота и около 5% - кости коня. Охотились преимущественно на кабана, серну, оленя и тура. После VIII в. процент диких животных в остеологическом материале понижается до 2%. Изучение остеологических материалов показало, что постепенно возрастало употребление населением в пищу мяса крупного рогатого скота [39]. О развитии скотоводства среди славянского населения можно судить и на основе некоторой информации письменных источников. Так, Псевдо-Маврикий отмечал у славян множество всяких животных, называя конкретно волов и коз. Имеются свидетельства о развитии коневодства в славянской среде Балканского полуострова. Лошадь использовалась и как тягловое животное в сельском хозяйстве, и при транспортировке, и в военном деле. По свидетельству Прокопия Кесарийского и Феофилакта Симокатты, отряды конницы имелись в славянском войске уже в VI в., и византийцы использовали их в войнах в Италии.
Славяне, расселившиеся в предгорных местностях, где было много лугов и пастбищ, в большей степени занимались пастушеством. Рыбная ловля в хозяйственной деятельности славянского населения на Балканах имела вспомогательное значение. При раскопках некоторых поселений найдены кости сома и осетра, более часто встречаются рыболовные крючки, а также каменные и глиняные грузила от сетей.
Интереснейшие результаты по изучению экономики славян VI-VII вв. получены Ф. Малингудисом на основании изучения топонимических материалов Греции [40]. Этот источник со всей определенностью показывает, что основой хозяйственной деятельности славянского населения, расселившегося южнее Дуная, было земледелие, причем появились славяне на Пелопоннесе в качестве сложившихся земледельцев. Военные нападения славян и аваров на города и крепости Византийской империи, с одной стороны, и массовая славянская колонизация земель, наиболее удобных для хлебопашества, с другой стороны, были неоднозначными процессами.
Анализ топонимиии и лексики современного греческого языка демонстрирует развитость славянского земледелия; это касается и Пелопоннеса, и Эпира, и Западной Греции. В топонимии этих областей зафиксирован весь спектр славянской земледельческой лексики начиная от обработки пашенных участков (корчевать, выжигать, поле, борона, ярмо, мотыга и др.) и кончая уборкой урожая и молотьбой зерна (серп, коса, ток, гумно, молотьба и др.). К этому добавляются такие лексемы, как жито, пшено, ветряная и водяная мельницы, сад, слива и т.п.
Материалы свидетельствуют, что славяне, осевшие в VI-VII вв. на юге Балканского полуострова и Пелопоннесе, были хорошо знакомы с провинциальноримскими достижениями в области сельскохозяйственной деятельности. Во вновь освоенные земли ими были принесены новшества, неизвестные в этих краях. К таковым, в частности, принадлежат водяные мельницы, известные по памятникам провинциальноримского ареала, бороны, приспособленные для обработки пахотных участков в равнинных местностях (до этого греки знали иной тип бороны, более пригодный для предгорных и гористых земель), косы, серпы и мотыги, своим происхождением связанные с провинциальноримским культурным ареалом.
Имеются также основания утверждать, что среди расселявшегося на просторах Балканского полуострова и Пелопоннеса славянского населения были развиты такие отрасли ремесленного производства, как деревообработка, металлообработка и гончарство.
Плотницкое мастерство славян получило известность в византийском мире еще тогда, когда они жили на левом берегу Дуная. Феофилакт Симокатта сообщает, что аварский каган нередко привлекал славян как умелых мастеров к строительству судов и плотов для переправы через Дунай. Сведения, содержащиеся в Чудесах святого Димитрия, говорят о наличии у славян большого числа судов и лодок. Известно, что в 626г. во время осады Константинополя славяне по распоряжению аварского кагана должны были переправить из Малой Азии на своих однодеревках целую армия персов. Из Пелопоннеса в VII в. славяне переправлялись более или менее крупными группами на своих судах на острова Эгейского и Средиземного морей и заселили многие из них. По описанию Константина Багрянородного, славянские суда имели мачты и паруса. Однодеревки, выдолбленные из одного крупного бревна и скрепленные при помощи скоб и болтов в сложные конструкции, вмещали до 40 человек. Мореплавание стало основным занятием какой-то части славянского населения прибрежных регионов.
При раскопках славянских памятников найдены и орудия труда плотников - долота, скобели, топоры, пилы, молотки. Топонимические материалы свидетельствуют, что в славянском мире были развиты деревообработка и строительное дело. Диалектные материалы Пелопоннеса, отмечает Ф. Малингудис, недвусмысленно показывают, что местное греческое населения заимствовало у славян ряд строительных терминов. Имеются также топонимы, свидетельствующие о занятиях и обработке металлов. Однако, как можно судить по данным археологии, металлообрабатывающие ремесла в славянском мире рассматриваемого региона получили широкое развитие лишь в VIII-IX вв., когда жизнь на Балканах стабилизировалась и славянские ремесленники в полной мере освоили достижения византийского бронзолитеиного дела и ювелирного искусства. В периоды колонизации этих земель славяне еще не знали городской жизни.
Славянское население, осевшее в Фессалии и окрестностях Фессалоники, скоро наладило торговые связи с византийскими городами, продавая их жителям хлеб, овощи и фрукты и приобретая, вероятно, изделия ремесленного труда, украшения и другие товары.
Социальная структура славянского общества и его политическая организация времени колонизации Балканского региона реконструируются лишь гипотетически. Скупые свидетельства византийских авторов по этому поводу носят к тому же субъективный характер и дают несколько приниженную картину жизни и быта славянства. Описания Прокопия Кесарийского и некоторых других авторов относятся в большей степени к славянам Северного Подунавья, до их широкого расселения на Балканском полуострове. Миграция в земли Византийской империи во многом изменила славянское общество. Участие в военных действиях вело к обогащению племенной верхушки, к углублению имущественной дифференциации и к социальному расслоению общества.
Согласно Прокопию, склавины и анты, не управляются одним человеком, но издреле живут в народовластии, и оттого у них выгодные и невыгодные дела всегда ведутся сообща [41]. По-видимому, здесь имеется ввиду, что племенные объединения славян управлялись общим собранием воинов или племенными сходками. Роль вождя племени или племенного объединения покоилась на его авторитете как военного руководителя. Может быть, вожди и старейшины были выборными.
Большую часть славянского общества составляли свободные общинники, занимавшиеся индивидуально (семьями) сельскохозяйственной деятельностью. Участие в военных набегах было преимущественно добровольным, поскольку рядовые дружинники были заинтересованы в захвате добычи. Впрочем, славянское население, входившее в Аварский каганат, вынуждено было иногда составлять ополчения и не на добровольной основе [42].
К середине VII в. вся территория Балканского полуострова и Греция оказались освоенными славянским населением. Их дальнейшее культурное и этническое развитие происходило в различных частях этого обширного региона неодинаково, что обусловлено множеством исторических обстоятельств. Эти процессы будут рассмотрены в соответствующих разделах, посвященных становлению болгарской, сербской, хорватской и македонской народностей. Здесь же необходимо сказать о тех землях, где в силу ряда причин славянский этнос, смешавшись с аборигенным населением, оказался ассимилированным последним.
Одним из таких регионов является Греция. На основе исторических данных устанавливается, что она была заселена славянами в два этапа. Первый датируется последними десятилетиями VI в., когда был взят Коринф и славяне начали проникать на Пелопоннес. Второй этап славянского освоения относится к первым десятилетиям VII в., когда мощные миграционные волны охватили всю территорию Греции; славяне достигли островов, в том числе поселелись на Крите, а отдельные группы - и в Малой Азии. Топонимика неоспоримо свидетельствует, что славянское расселение было весьма широким и массовым: на Пелопоннесском полуострове обнаруживается около 400 географических названий славянского происхождения, в районе Фессалоники и Халкиды - около 150, в Фессалии - свыше 100. Лингвистический анализ новогреческого языка выявляет заметное воздействие славянской речи. Славянская лексика отражает, прежде всего, сельскохозяйственную деятельность, а также заметно касается флоры и фауны. Совершенно очевидно, что греческое население контактировало исключительно со славянами-земледельцами.
Вместе с тем, не подлежит сомнению, что расселение славянских масс на терpитории Греции было подготовлено и стало возможным лишь в результате военных вторжений. При изучении культурных напластований Коринфа выявлены следы пожарищ и разрушений, а также гибели части населения этого города, датируемые концом VI в. Слои VII-VIII вв. в Коринфе выявляют варваризацию материальной культуры и быта населения. Следы разрушений, относящихся к концу VI или началу VII в., отчетливо фиксируются в Афинах, Фессалии, Эвбее и Локрисе. Археологически выявляется и запустение в это время целого ряда поселений с культурными отложениями, характеризующимися позднеримской и ранневизантийской керамикой. В особенности это касается восточной и южной прибрежной полос Греческого полуострова, а также некоторых островов. В западной части Пелопоннеса запустения или гибели поселений не фиксируется, здесь жизнь греческого населения протекала относительно спокойно.
О вторжении больших масс нового населения на территорию Греции говорят и клады монет, зарытые в конце VI - начале VII в. Нумизматика устанавливает, что с этого времени наступает перерыв в денежном обращении. В культурных напластованиях VII-VIII вв. поселений Греции не обнаруживается каких-либо следов византийского военного и церковного строительства.
Господство славянского населения в Греции продолжалась свыше 200 лет. В конце VIII века наступил перелом. В 783г. Византия провела победоносный поход Ставракия в Элладу и окрестности Фессалоники. В первой половине следующего столетия была завоевана почти вся Морея, а в 940 г. окончательно покорены милинги и эзериты. Восстановление власти Византийской империи привело к активизации греческого этнического элемента. И если в VII-VIII вв., как считают М. Вайтманн и некоторые другие исследователи, в отдельных регионах имела место славянизация какой-то части местных греков, то теперь началась языковая ассимиляция славянского населения. Очевидно, в условиях славянской колонизации территории Греции сохранилось достаточное количество древнего греческого населения, которое в состоянии было ассимилировать славян.
Албанские археологи считают, что славянское население начало расселяться на их землях с 584г., то есть с начала аваро-византийских войн. Миграция шла из Среднедунайского региона, в основном вдоль р. Моравы в направлении Фессалоник, и растекалась довольно широко. Территорию Албании до этого времени заселяли иллирийские племена, которые после крушения Римской империи вошли в состав Византии. В конце IV в. в эти земли проникли визиготы, принесшие своеобразные фибулы. После инвазии славян, основными следами которой является топонимия, культурное развитие на территории Албании протекало по двум направлениям. В южных районах оно было идентично македонскому ареалу. С 851 по 1018г. Южная Албания входила в состав Болгарского государства. В северной части с начала VII в. формируется своеобразная археологическая культура, получившая название команской.
Древности коман-культуры известны преимущественно по раскопкам грунтовых могильников и, прежде всего, по наиболее изученному в местности Круя [43]. Захоронения по обряду ингумации помещались в ямах глубиной до 1,4 м с каменными ящикообразными конструкциями, сложенными на известковом растворе. Большинство умерших ориентированы в направлении север - юг, клали их в могилы на спине с вытянутыми вдоль туловища или сложенными на груди руками.
Вещевой инвентарь захоронений состоит из разнообразных украшений (бронзовые, серебряные и стеклянные бусы, проволочные и лунничные височные кольца, в том числе с филигранной орнаментацией, шайбообразные, дисковидные и зооморфные фибулы, браслеты, перстни, привески), предметы вооружения (наконечники копий и стрел, мечи), поясные принадлежности и железные ножи. Керамика гончарная, красной и серой поверхности, нередко орнаментированная различными прочерченными узорами.
Анализ вещевых материалов показывает, что команская культура была сложным формированием, включившем местное позднеримское наследие, византийское влияние и славянские элементы. Славянский этнический компонент проявляется в находках пальчатых фибул типа Марош-Гымбаш-Пергамон (могильники Круя и Лезе), в довольно широком распространении лунничных и проволочных височных колец, тождественных тем, что известны в достоверно славянских древностях Адриатического побережья и Приальпийских земель.
Команская культура функционировала до начала IX в. Ее исследователи утверждают, что эта культура отражает становление албанцев, формирование которых протекало на основе древнего иллирийского этноса при ассимиляции осевших в этом регионе славян [44].
http://lib.crimea.ua/avt.lan/student/book5/part1/p1_7.html

  


СТАТИСТИКА